Зачем рассерженные горожане идут в депутаты муниципального собрания

Здесь и сейчас
23 января 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
После выборов в Госдуму 4 декабря и акций протеста, вызванных результатами этих выборов, некоторые москвичи решили попробовать на себе, а что же такое быть политиком. Тем более, что возможность сейчас есть - вместе с президентскими выборами 4 марта в столице пройдут выборы в муниципальные собрания Москвы.

В студии ДОЖДЯ - кандидат в депутаты столичного района Печатники Максим Мотин. Обсудили с ним, зачем он идет в депутаты.

Писпанен: Почему вы решили пойти во власть?

Мотин: Давайте разграничивать все-таки. У некоторых депутатов, кандидатов в депутаты, кто сейчас идет как самовыдвиженцы или от нескольких партий, некоторые люди, большинство подавляющее, они просто хотят лучшую жизнь в своем районе. Вот они живут, они видят, что мусор не убирают, они видят, что пандусов для инвалидов нет, они видят, что детские площадки они не реконструируются, не строятся новые, а ремонтируются какие-то старые, которые 30 лет уже стояли, а, вроде как власть отчитывается, что построили новую площадку. Или взяли, покрасили забор, на коробке футбольной написали, что это «Единая Россия» построила новую площадку, вот, все довольны. На самом деле как был асфальт там, как играть нельзя было в футбол, так и нельзя там сейчас играть в футбол.

Казнин: А реальные механизмы давления разве есть у вас?

Мотин: Понятно, что за последние годы, вот это местное самоуправление было фактически уничтожено. Что такое депутат муниципального собрания - это общественная должность, у которой нет ни зарплаты, ни льгот. Если мы не называем льготой проезд на общественном транспорте, если мы про это забудем, то льгот нет никаких. Но, тем не менее, есть очень мощная форма воздействия - это депутатский запрос. То есть, депутат муниципального собрания, он имеет право отправлять депутатские запросы по любому виду деятельности, которые происходят в их районе. Депутат, это тот человек, за которого проголосовали местные жители, они наделили правом его от их имени спрашивать с чиновников, с управы, почему у нас не убирают мусор, почему у нас, например, нет детских площадок, почему, у нас места для парковки, когда есть возможность их построить без ущерба для зеленой территории, почему этого не делают, почему нет магазинов для нормальных, для средних граждан, для малообеспеченных граждан в шаговой доступности.

Казнин: Это работает?

Мотин: Это работает. Это должно работать.

Казнин: Должно, это понятно.

Мотин: Опять-таки, смотрите, что может сделать депутат. Если управа - адекватные люди и хотят делать что-то, то депутат муниципального собрания - это отличный инструмент для них. Им с ним нужно дружить, прислушиваться к нему, потому что фактически он делает за них их работу. Он такой модератор между определенными слоями общества и он уже выносит на суд управы: ребят, мы поговорили с людьми, вот этот дом хочет, чтобы площадка детская стояла здесь, площадке детской нужны такие-то, такие-то горки, потому что у нас дети такого-то возраста живут, детский садик лучше здесь построить, потому что смотрите, действительно, много мам с колясками, беременных, вот здесь скоро будет приток малышей. То есть, депутаты местного самоуправления, они фактически помощники управы. Если управа идет навстречу, то эти вопросы все можно решать. Другое дело, если управа, естественно, ставит палки в колеса, запрещает, не допускает никуда, не дает никаких отчетов.

Казнин: Да, может быть, просто не обращает внимания? Это вот вы описываете идеальную ситуацию. Ведь в большинстве регионов, да и в Москве тоже, это же совсем не так все происходит.

Мотин: Не так что происходит?

Казнин: То есть, не обращает внимания большая власть на муниципальные образования…

Писпанен: Какая разница, депутатский это запрос, не депутатский запрос.

Мотин: Я собирал когда сам подписи. Когда я ходил, собирал подписи сам, я у всех спрашивал: «Вы хотя бы знаете фамилию вашего депутата, за кого вы отдали голоса 4 года назад?». Ни один человек не знал. За все 4 года ни разу ни к кому никто не приходил, ни чьим мнением не интересовались, в почтовые ящики никаких вопросов не кидали. То есть, абсолютно у людей не интересовались, а что они хотят улучшить. Те люди, которые идут сейчас в депутаты муниципального собрания, у нас подход такой, у меня, по крайней мере, точно, я готов работать и реализовывать те пожелания, которые есть у граждан.

Писпанен: Это такая общественная нагрузка, насколько я понимаю, которую вы сами хотите взвалить себе на плечи для того, чтобы сделать жизнь лучше.

Мотин: Безусловно.

Писпанен: А много таких энтузиастов как вы, как вы думаете?

Мотин: Я знаю, что порядка 100 человек по Москве точно выдвигают свою кандидатуру. Это только те, кого я знаю, а есть там такая школа депутатов, инициатива «Наш город». Инициатива «Наш город», в нее порядка 100 человек уже вступили. Другое дело, что сейчас опять-таки нет худа без добра. Я думаю, власть отчитается, что по Москве выиграло порядка 700-800 самовыдвиженцев, независимых кандидатов, они станут депутатами муниципального собрания. Причина простая - партия «Единая Россия» побоялась писать о том, что все члены, которых она выдвигает, члены партии «Единая Россия» и они все идут как самовыдвиженцы.

Казнин: Как независимые.

Мотин: Как независимые кандидаты.

Казнин: Это вот темная сторона Луны, а есть еще что-то? Идут еще для каких-то целей?

Писпанен: И вообще, зачем раньше шли тогда, если зарплаты нет, проезд…

Казнин: Зарплаты нет, влияния рычагов практически нет?

Мотин: Объясню. В основном это шли те, кто работают в ЖЭКе, директора школ, детских садиков, каких-то таких общественных организаций, потому что что-то из города спускают какой-то приказ, его нужно подписать. Все молча подписывают, не вчитываясь.

Писпанен: То есть, это техническая должность была, которая совершенно не влияла на жизнь?

Мотин: Абсолютно техническая должность. И туда нужны были люди, которые не задают лишних вопросов. Вот не дай бог, кто-то из них что-то будет спрашивать.

Писпанен: А тут, наконец, проснулись рассерженные горожане, вот это вы имеете в виду?

Мотин: Зачем они нужны, правильно? Как с ними вообще общаться, как с ними строить какую-то работу? Им же не дашь просто так какой-то указ, они спросят, например, зачем там нужно в течение года провести 60 мероприятий по популяризации какой-то там фронтовой работы или что-то такое. Зачем нужно 60 мероприятий для этого проводить, которые обозначены все на бумаге? То есть…

Казнин: Проведете 58, еще и выговор.

Мотин: Зачем? Можно провести три, но хороших действительно массовых, где люди будут принимать участие.

Казнин: А финансирование выделяется какое-то?

Мотин: Я знаю, что бюджет моей, моего муниципалитета, моей управы порядка 45 миллионов рублей на год. В основном, это такая социальная работа. В каждом районе есть люди, ответственные за попечительство детей, есть люди ответственные за совет ветеранов, есть люди, ответственные за спорт. То есть, на бумаге очень много кружков, секций, все замечательно. Другое дело, что это либо не работает, либо это кружок, который никому не нужен.

Казнин: А куда 45 миллионов идут?

Мотин: На зарплаты, на обеспечение, на уборку территорий, на какие-то дворики, еще что-то.

Писпанен: А вы говорите «совсем бесплатно». Получается, есть какой-то бюджет.

Мотин: Бюджет-то есть, только депутаты муниципального собрания они не распределяют эти деньги.

Писпанен: А кто их распределяет?

Мотин: Управа, конечно. Но депутаты могут спросить, почему вы, например…

Писпанен: А где эти 45 миллионов, я хочу на них построить парк, например?

Мотин: Нет. Почему выигрывает тендер эта компания, лавочку ремонтирует условно за 100 тысяч рублей, а не за 5 тысяч рублей, когда любой житель вообще Печатников за 5 тысяч рублей ее отремонтирует, грубо говоря. И на это есть депутатский запрос. И вот этого люди, естественно, боятся.

Писпанен: А как вы думаете, вам удастся выиграть, стать депутатом?

Мотин: Если бы я думал, что мне это не удастся, я бы в этом не участвовал. Потому что все-таки у меня есть, чем заниматься, я молодой человек, у меня есть и силы, и время…

Писпанен: Если «Единая Россия» ставит своих людей на эти места.

Мотин: Ничего страшного. Люди все-таки гораздо политичнее, умнее и у них уровень гражданской ответственности сейчас выше, чем четыре года назад. Четыре года назад такой ситуации не было в стране, в том числе в Москве. Поэтому сейчас людям это интересно. Я приведу маленький пример. Я пришел собирать подписи. Я не знал, а оказывается женщины, они живут в моем доме, стерилизуют, кастрируют дворовых собак, просто сами, потому что у нас была проблема, собаки просто нападали на людей. Была стая, штук 20 и тут несколько лет назад их стало меньше. Почему? Я не знал. Я думал, может, какие-то органы государственные стерилизовали, отстрелили, не знаю, что еще сделали. Выяснилось, что просто нашлись две женщины из моего дома, которые щенков забрали, раздали по знакомым, по каким-то друзьям, через интернет. Собак стерилизовали, кастрировали, и собак стало диких меньше. Польза? Польза. Можно было им помочь как-то, например?

Писпанен: То есть, власть народу?

Мотин: Можно было им с управы помочь как-то, например, компенсировать хотя бы ту же стерилизацию, это тоже не так дешево? Я думаю, что можно было найти на это деньги. Было это сделано? Нет. А я буду помогать таким инициативам реализовываться.

Писпанен: Ну что же, посмотрим. Удачи вам в выборах, конечно же.

Мотин: Спасибо большое.

Писпанен: Будем следить, кто станет депутатом муниципального собрания Печатников.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.