За кровь перестанут платить

Почти незамеченным в череде бурно принимаемых законов оказался еще один, который ровно в то же время сперва приняла Дума, а сегодня – одобрил и совет федерации. Это закон «О донорстве крови и ее компонентов».
О необходимости введения такого закона говорили одно: в России никогда не было банка крови – такой всеобщей базы данных, в которой содержится информация о том, кто и когда сдавал кровь, какой у человека резус-фактор, есть ли противопоказания и так далее. Новый закон – такую базу вводит, а помимо прочего – увеличивает выплаты почетным донорам с 6 тысяч до почти 10 тысяч рублей в год.

Основной акцент в законе делают на сдаче крови на безвозмездной основе: устанавливаются и права донора. Например, не допускается клиническое использование донорской крови в любых целях, кроме лечебных.

Поможет ли это донорам и тем, кто в них нуждается, мы спросили у директора фонда «Подари жизнь» Екатерины Чистяковой.

Кремер:  Скажите, чем этот закон важен, и чем он поможет вашему фонду конкретно?

Чистякова: Нашему фонду не знаю, чем поможет, потому что закон нацелен, прежде всего, на докторов, на самих доноров и на пациентов. И пациенты, наверное, в этом главные. Здорово, что акцент делается на безвозмездном донорстве. В прошлом году на всемирном конгрессе докторов-трансфузиологов в Португалии Российская Федерация единственная была представлена на фоне безвозмездного донорства от США до Уганды. Мы возвращаемся в цивилизованное русло, хотя это, конечно, с трудом происходит.

Казнин: А не связанно это с менталитетом людей, которые, если им платить, будут сдавать кровь, если не платить, то будут равнодушно к этому относиться, а сдавать только если в сети призовут их друзья помочь кому-то из близких?

Чистякова: Нет, это, естественно, связанно с культурой людей. В той же Италии она формировалась с 30-х годов. Какой-то доктор-трансфузиолог, энтузиаст, вместе со своими друзьями создал движение безвозмездного донорства, которое охватывает теперь  всю Италию. Платного донорства там нет вообще. У нас с этим, конечно, сложнее. Но я могу сказать, что многие – особенно в таких крупных городах, как Москва – заработали до кого-то уровня, чтобы не нуждаться. И люди, которые чувствуют себя благополучными, охотно делятся. Мы это видим и на пожарах, и в ситуации с Крымском, Донорство - это тоже самое, только денег не надо собирать.

Казнин: Пожары и Крымск – это чрезвычайные ситуации. А чтобы постоянно, ежедневно?

Чистякова: Это такая же человеческая солидарность, с людьми надо работать и каждый день надо объяснять, что, собственно, мы и делаем. Мой приход в донорство начался с того, что в 2003 году я случайно натолкнулась с подругой на объявление, что девочке нужно было каждый день переливание крови самой частой второй положительной группы. И мы с подругой сдали, потом сдал ее папа, а потом выяснилось, что в нашем 12-млн.городе нет никого, кто стал бы. Это было настолько ошеломительно и  невозможно! И вот мы начали потихоньку действовать, и сейчас две больницы при наших организаторских усилиях обеспеченны полностью безвозмездными донорами крови. Спасибо этим людям.

Кремер: В новом законе есть пункт, полностью отстраняющий из этой цепочки частные медицинские организации. Правильно ли это? Что по этому поводу думаете  вы?

Чистякова: Это не нам судить, я не видела, в какой редакции закон  все-таки ушел в Совет Федерации, но когда это обсуждалось, мы просили оставить на частниках транспортировку крови. Это важно. Иногда она переезжает между городами, и государство  это делать не может. Если частникам не доверить, то будет некому.

Кремер: В законе все основано на том, что к крови имеют отношение только государственные клиники?

Чистякова: В этом и есть некоторые наши различия с цивилизованным миром. Но, думаю, в силу менталитета, это сложно поменять. Закон и так довольно революционный по другим позициям. Когда-нибудь это поменяется обязательно.

Кремер: А по каким позициям этот закон еще революционный?

Чистякова: В основном благодаря акценту на безвозмездном донорстве.

Кремер: А что по поводу банка крови?

Чистякова:  Банк крови - это российское решение, потому что ни в США, ни в Италии такого банка нет. Это наша попытка все проконтролировать. Попытка уйти от института  прописки. Сейчас донор может сдать кровь только там, где он прописан. Если человек из Нижнего Новгорода работает в Москве, - и не дай Бог без прописки это делает, - то донором быть  очень сложно.

Кремер: Закон вводит обязательное предъявление паспорта, чего раньше не было.  

Чистякова: Гражданин всегда предъявляет паспорт. Создание этой всероссийской базы должно отменить институт прописки и позволить донору из Нижнего Новгорода, например, сдать кровь в Москве. Думаю, что у нас так будет, хотя в других странах, в Италии, США этого нет. Там все сводится к анкете донора, очень подробной, намного подробнее российской. В США если вы мужчина, вы должны ответить, был ли у вас секс с мужчиной до 1977 года, даже если вы тогда были маленьким мальчиком. Ставка делается только на безвозмездное донорство, потому что платный донор, пришедший за деньгами, не будет честно отвечать на вопрос. Я наблюдала это даже в Москве, на нашей городской станции. Если человек пришел помогать, он относится к этому уже ответственно и старается не навредить  реципиенту. Так вот там подробные опросы и более дорогие анализы. Там вводится повсеместно система вирусной активации патогенов крови, когда некоторые компоненты просто карантизируют специальными растворами с последующим облучением.

Казнин: А что сейчас происходит в этой сфере? Дилетанты знают, что крови не хватает. В Москве, по крайней мере. А что происходит в небольших городах?

Чистякова: В России мы работаем со многими фондами,  которые помогают детям больным раком. Эти дети не могут обойтись без переливания донорской крови. В целом бывают сложности, когда нет хорошего оборудования, с помощью которого можно заготавливать специальные компоненты крови. Но это налаживается. Заслуга ушедшего Минздрава во внедрении программы, которая всех переоборудовала. По регионам дефицита нет, дефицит, по-прежнему, Москва и Санкт-Петербург. Причина понятна: приезжают больные, доноры - их родственники, друзья и знакомые - остаются там, откуда они приехали. С кровью должны помочь горожане столицы. Такое наше столичное бремя. Дефицит часто связан с тем, что кровь может быть заготовлена в одной больнице, но там она больному не потребовалась. Передать в соседнюю больницу она не может, нет таких правил. Мы надеемся, что к новому закону будут подзаконные акты, которые позволят не утилизировать, как это ласково называется,  невостребованную кровь, а передать туда, где она нужна. Сейчас это невозможно, и жалко видеть, как гибнут эти пакетики крови.

Кремер: Кроме того, в законе есть  норма, по которой ввозить донорскую кровь нельзя и международную торговлю никакими компонентами крови осуществлять тоже нельзя. Вы сталкивались с ситуациями, при которых можно это сделать?

Чистякова: У нас никогда не было такой потребности. Страна большая, уж друг другу мы можем помочь. Это обычная человеческая солидарность.

Купить подписку
Комментарии (0)

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски
Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера