Владелец "Энергомаша" останется в СИЗО

Здесь и сейчас
9 апреля 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Арест владельца компании "Энергомаш" Александра Степанова продлен еще на три месяца — так решил Тверской суд Москвы, несмотря на то, что адвокаты бизнесмены сообщили суду, что он испытывает серьезные проблемы со здоровьем, а потому не может находиться под стражей. К тому же — не скрывается от следствия.

Однако бизнесмен, которого обвиняют в мошенничестве более чем на 12 млрд рублей, все-таки остался в заключении.

Александр Степанов был задержан в Москве 1 февраля. В январе его объявляли в федеральный розыск по обвинению в мошенничестве с кредитами "Сбербанка". В здании банка в Москве его и задержали, когда он пришел на переговоры. Ему грозит до десяти лет лишения свободы.

Уголовное дело против Александра Степанова обсуждаем с его адвокатом Павлом Зайцевым. 

Михаил Фишман: Надо всем вспомнить, что Павел Зайцев – это знаковая фигура в системе борьбы с коррупцией, потому что Павел Зайцев работал в Следственном Комитете МВД и, если мне не изменяет память, вел дело трех мебельных магазинов "Три кита" и "Град" с 200-го года, и сам в результате был осужден на какой-то срок за превышение полномочий. Дело это превратилось в некий символ того, как в России обстоят дела с коррупцией. Здравствуйте, Павел.

Павел Зайцев: Здравствуйте. Я хочу рассказать что бывает с бизнесменами, которые не уехали в Лондон. В частности, Степанов, руководитель холдинга "Энергомаш". Было возбуждено уголовное дело по заявлению Грефа о том, что Степанов совершил незаконные действия в отношении денег Сбербанка, то есть получил кредиты и не совсем должным образом их погашал, но, тем не менее, 17 млрд он получил, 5 млрд успел погасить и погашал дальше. В соответствии с президентскими поправками, которые были внесены в Уголовный Кодекс в прошлом году после смерти юриста Магнитского в СИЗО, человека, который обвиняется в совершении преступлений в сфере экономики, нельзя заключить под стражу до суда, если эти действия совершены им при осуществлении именно предпринимательской деятельности. Все, что Степановым, собственно, и было совершено, было совершено именно при осуществлении предпринимательской деятельности, поэтому он точно знал, что следствие если захочет, то может разобраться.

Фишман: Мы знаем, что суды игнорируют эти поправки. Почему так происходит?

Зайцев: Арестовывать его никаких оснований нет, он ни от кого не скрывается. Более того, он прекрасно понимал, что если он начнет скрываться (а смысла скрываться нет, потому что его не арестуют), то у следствия будет повод его арестовать.

Ольга Писпанен: Павел, скажите, пожалуйста, откуда вообще взялся этот повод? Мы прекрасно понимаем, что Сбербанку должны практически все, ну очень многие предприниматели страны, тем более в посткризисное время, но вроде бы никого не сажают.

Зайцев: Вы знаете, повод нашли какой. Дело в том, что Степанов зарегистрирован постоянно в городе Белгороде, бизнес у него основной находится здесь, в Москве, то есть отсюда он руководит всем холдингом, расположенным по всей России, соответственно и проживает он в Москве на Рублевском шоссе (адрес его известен). Следственный Комитет, который расследует это дело находится тоже в Москве. Но почему-то (по одним только предположениям можно судить почему) Следственный Комитет, находящийся в Москве, который предъявил заочно обвинение Степанову, указывая, что Степанов постоянно находясь в Москве, совершил такие-то действия в таком-то офисе в городе Москве, расположенном по адресу улица Бережковской набережной, дом 12, стали искать его в Белгороде. Задокументировали, что в Белгороде он зарегистрирован, но там не проживает. Ну, а если человек не проживает по постоянному месту регистрации, значит, по мнению следователей, он скрывается. А если он скрывается, значит можно в отношении его применить заключение под стражу. Соответственно, 24 января ему предъявили обвинение заочное, а 1 февраля, ровно через неделю, он был задержан сотрудниками МВД в офисе Сбербанка, именно в офисе той организации, которая и обратилась, собственно, к следствию в отношении его, которая явилась инициатором возбуждения уголовного дела.

Писпанен: То есть он скрывается, но зачем-то пришел на место преступления практически.

Зайцев: К тому, кто написал в отношении его заявление. Я считаю, что это абсурд, такого быть не может. Но вот судьба человека. который поверил в наше правосудие, поверил, что наши законы действуют, что президентские поправки не саботируются и не игнорируются судебными органами. Они просто нашли лазейку, обходят инициативы президента, и действуют все равно так, как им нужно. Вместе с тем, у Степанова очень тяжелое заболевание, у него анкилоз тазобедренного сустава – фактически тазобедренного сустава нет.

Писпанен: Он что, он не может ходить, сидеть, лежать?

Зайцев: Ему тяжело ходить, садиться и вставать.

Писпанен: Ну, а в каких условиях он там? Мы же понимаем, что там бывают условия очень ужасные…

Зайцев: Общая камера. Как там можно садиться и вставать как на кровать, так и на унитаз, можно только догадываться. Никаких условий хороших ему там не обеспечено. Мало того, у него много других заболеваний. Кроме того, пятеро детей, один из детей тяжело болен (не буду вдаваться в подробности, у него лишняя хромосома, то есть это очень тяжелое заболевание), трое детей несовершеннолетних, а один из них малолетний. Он возглавляет большой холдинг, который взял деньги и не украл их, не вывел за границу, а вложил в нашу российскую экономику. В холдинг входит несколько заводов, которые производят электростанции, и этот же холдинг строит электростанции. Всего на территории Российской Федерации сейчас построено более 100 электростанций, которые не являются атомными. У них очень много ноу-хау, у них очень много специалистов, которые работают и практически применяют нанотехнологии, нет у них конкурентов на территории России, то есть это очень лакомый кусок.

Писпанен: Павел, отсюда вытекает вопрос – а кому понадобился "Энергомаш"?

Зайцев: Вы знаете, насколько я знаю, другие банки обратились в Сбербанк с предложением выкупить долги "Энергомаша", то есть те 12 млрд, и предложили 22 млрд за долги в 12 млрд, и получили гробовое молчание. Я думаю, что основная цель не вернуть деньги, а какая-то другая. Возможно, бизнес Степанова.

Писпанен: Вы не хотите построить предположение кому выгодно посадить Степанова?

Зайцев: Я думаю, что это выгодно сотрудникам Сбербанка, только кто действует? То ли это у Грефа такое решение, то ли это действует кто-то за его спиной, просто прикрываясь его подписями.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.