Валентина Мельникова, Комитет солдатских матерей: «Подписывайте контракт, мы вас отправим в Луганск. Не подпишете – я сам за вас подпишу»

Здесь и сейчас
27 августа 2014
Полная версия
105 310
11
Поделиться  
Слушать  
Другие выпуски
Отключить рекламу
Сообщить об ошибке

Отключение видеорекламы на месяц

В опцию входит:

  • отключение рекламы во всех архивных роликах перед проигрыванием, во время постановки на паузу и после проигрывания ролика
  • отключение дополнительных рекламных роликов в прямом эфире, за исключением эфирной рекламы

Опция позволит вам смотреть прямой эфир и архивные ролики на сайте, в мобильных приложениях, SmartTV-телевизорах, через приставки и другие устройства без рекламных вставок.

Если при просмотре видео у вас возникли проблемы, пожалуйста, укажите их

Другой вариант

Некоторых солдат насильно отправляют на территорию Украины воевать. Об этом сегодня, 27 августа, Дождю рассказала глава союза Комитетов солдатских матерей России Валентина Мельникова. По её словам на украинскую территорию сейчас отправляют не только контрактников, но и тех, кто проходит службу на срочной основе. И, по словам Валентины Мельниковой, все это напоминает войну в Афганистане.

Валентина Мельникова, ответственный секретарь союза Комитетов солдатских матерей: Понимаете, не верил никто. Мы говорили политикам, мы говорили журналистам, мы говорили своим коллегам, мы всем говорили, потому что было понятно, что Крым показал, что никакие законы не соблюдаются, в отношении солдат, во всяком случае, ничего не соблюдается. Так все и получилось. Прием этот старый, прием этот и Афган. Вот эти похороны тайные – ну точно 1983 год. А когда оправляют военнослужащих, а потом говорят, что там нет наших войск, там было в Крыму, так и теперь. Это точно 26 ноября 1994 года, этот первый танковый штурм, когда сгорели, когда попали в плен, и когда наглый Грачев и придурошный Борис Николаевич говорили, что там наших нет. С тех пор, к сожалению, ничего не изменилось.

Никаких данных нет, потому что оттуда никто не пишет, оттуда никто ничего не сообщает. Еще никто ничего не понял, скорее всего. Как говорится, по экспертной оценке, я думаю, что тысяч 15 там, безусловно, ходит в том или ином качестве. Сколько из них не имеют документов военнослужащих, а имеют там расторгнутые контракты или, как офицеры, в бессрочном отпуске или еще какая-то ерунда, трудно сказать. Но так по оценке, тысяч 15.

Первый вопрос, который задала моя коллега, Нижегородский Комитет солдатских матерей прокурору, когда первая группа погибла, якобы их кто-то обстрелял на территории России: «А скажите, товарищ прокурор, а что будет написано в документах, которые получит семья? Он погиб при каких обстоятельствах? Семья будет получать какие пенсии, какие выплаты?». Прокурор засуетился: «Да не волнуйтесь, мы все оформим».

А на самом деле я не знаю, что это будет, потому что легально это невозможно написать. Можно говорить и написать, что на учениях подорвались, обстреляли, это совершенно другое дело, это человек погиб при исполнении обязанностей военной службы, не боевых действий. Совершенно другие социальные последствия для семьи.

На самом деле неизвестно, сколько там погибло за это время. Поскольку это ровно Афган, когда говорят, что в Афганистане погибло… Сколько они говорят? 14 тысяч или 15 тысяч, а на самом деле это наглая ложь, потому что документов не было, ничего не оформлено. Кто в госпитале от контузии умер, вообще ничего не оформлено. И тут то же самое. Кто-то увидел, журналисты увидели, сколько-то человек, а на самом деле никто же не знает. Когда где-то через полгода семьи поймут, что их кинули, грубо говоря, что им обещали, что мы вам поможем, а начнутся проблемы, вот тогда пойдут в Фонд право матери, к соседям или в наш комитет, помогите, сын погиб на войне, а нам там ни то, ни се, ни пятое, ни десятое. Вот тогда мы узнаем, сколько погибло.

Мальчонка из рязанской десантной дивизии, призван весною, они в Гуково, в Ростовской области на полигоне. И вот он матери присылает СМС-ку: «Полковник Мединский нас собрал и сказал: «Подписывайте контракт, мы вас отправим в Луганск. Не подпишите – я сам за вас подпишу». И мы под давлением подписали». Вот такие люди испугались сопротивляться, не пошли к прокурору, не подняли на уши родственников и друзей.

Если сейчас эти ребята захотят эти контракты отмотать, то это ничего не стоит. Есть у нас стандартное заявление к прокурору: «Прошу считать юридически ничтожным этот документ, потому что я либо не подписывал, либо под давлением». Но это неважно. На Украину никого нельзя отправить: ни офицера, ни контрактника, ни Шаманова, ни Шойгу, никого. Это неважно, он контрактник или призывник, они все равно не могут оказаться в форме с оружием на военном транспорте за границами нашей родины.

Если у нас десантники заблудились в степи, так хреновые они десантники. Шаманова снимать, Шойгу – выговор, и учить их заново. Группа военнослужащих, у них что, не было командования, у них что, не было связи с основной частью что ли? У нас даже в Первую мировую войну связь была телефонная. А что сейчас нет связи, что ли? Бросьте вы, это отговорка для идиотов. Если у нас десантники заблудились, то что у вас за армия такая?

Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Джейн Фонда: третий акт жизни
Боно: Хорошие новости о бедности (действительно хорошие)
Аполло Роббинс: Искусство отвлекать внимание
Джил Боулт Тейлор: Удивительный удар прозрения
Советы для свиданий от Шекспира — Энтони Джон Питерс
Трудности закаляют характер — Стивен Клаунч
Илон Маск. Человек, создавший Tesla, SpaceX, SolarCity...
Марк Ронсон: Как семплирование преобразило музыку
Описание кибервойны… в надежде предотвратить её — Даниэл Гэрри
Сможете решить известную задачу про мост?
Решите ли вы знаменитую задачу о шляпе заключённого? — Алекс Гендлер
Порох: от праздника до войны
Откуда взялось золото? — Дэвид Ланни
Три совета по обретению уверенности в себе
Есть ли у животных язык? — Мишель Бишоп
Как рождаются воспоминания и как мы их теряем — Кэтрин Янг
Джошуа Фор: Трюки памяти, на которые способен каждый
Эстер Перель: Секрет поддержания страсти в длительных отношениях
Рассел Фостер: Почему мы спим?
Джейми Оливер: Обучить каждого ребенка тому, что такое еда
Стивен Хокинг: Задавая вопросы о вселенной
Келли МакГонигал: Как превратить стресс в друга?
Моника Левински: Цена позора
Памела Мейер: Как распознать лжеца
Мэйсун Зайид: У меня 99 проблем... и церебральный паралич лишь одна из них
Джулиан Ассанж. Зачем миру WikiLeaks
Если бы мы обладали сверхспособностями: Бессмертие — Джой Лин
Ген рака, который есть у всех — Михаэль Виндельшпехт
Билл Гейтс о том, как мы можем менять вещи вокруг нас
Эндрю Соломон: Депрессия — наша общая тайна
Бенджамин Цандер: Сила классической музыки
Йоханн Хари: Всё, что вы знаете о наркозависимости, неправильно
Адора Свитак: Чему взрослые могут научиться у детей
Шон Ачор: Как счастье может помочь нам работать лучше?
Что придаёт ценность долларовой банкноте? — Дуг Левинсон
Омерзительный и смертоносный комар — Роуз Эвелет
Как сахар влияет на головной мозг — Николь Авина
Как простые идеи приводят к научным открытиям
Неожиданная математика на картине Ван Гога «Звёздная ночь» — Наталья Сент-Клер
Что делает татуировки долговременными? — Клаудия Агирре
Хелен Фишер: Почему мы любим и изменяем
Почему мы плачем? Три типа слёз — Алекс Гендлер
Арианна Хаффингтон: Как стать успешным? Высыпайтесь!
Что такое «Всемирная паутина»? — Твила Камп
Дэн Паллотта: Мы в корне неправильно думаем о благотворительности!
Аманда Палмер: Искусство просить
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Самое важное
За что Трамп пообещал Никасу Сафронову квартиру в Нью-Йорке. Разговор с художником о политической клоунаде и о том, как он помог выиграть выборы Джорджу Бушу
Молитва за Путина по-японски, Нобелевская премия Бастрыкину и магнитофон во чреве. Белковский и Невзоров придумывают новую национальную идею
Почему для политиков иметь офшор — позор, а для компаний — норма. Спор четырех юристов об уходе от налогов в Америке и России
Баста: «Слава, наркотики, деньги. То, что я пережил, мне хватит на 200 лет». Василий Вакуленко о том, зачем ему бизнес, нужно ли идти на компромиссы и о желании быть Полом Маккартни
Как отец водородной бомбы превратился в диссидента. Друг и коллега Сахарова о том, был ли знаменитый физик советским патриотом
Русское слово как оружие, украинцев посадили за войну в Чечне и Хинштейн — писатель на пенсии. Итоги 26 мая
Сергей Ястржембский: Живой политики в России нет. Лучше снимать кино в Африке. Бывший пресс-секретарь Ельцина о том, что не нужно делать Пескову и Захаровой, и как он помог Володину
Как они там держатся, и что они там курят? Самая смелая и веселая программа об экономике на российском ТВ
Когда Сами-Знаете-Кто сделает сами-знаете-что? Отвечает Белковский. Последняя «Прямая линия» перед отпуском
Герман Греф: «Всю историю мы делаем одни и те же ошибки». Выступление главы Сбербанка в Сколково. Полная версия
Можно ли развестись культурно? Первая встреча Рудковской и Батурина после 221 суда и двух лет тюрьмы. Выпуск о культуре расставаний
Наставник шоу «Танцы» Егор Дружинин: люди всегда найдут монетку, чтобы сходить в музыкальный театр. Что происходит за кулисами проекта, и почему «Танцы» — не пир во время чумы
Зачем Кадырову молдавские цыгане, как оппозиционеру дожить до выборов в Вологде, и кому нужна толстая Барби. Главное за неделю под необычным углом
Повесть, на странице которой Сталин написал «Сволочь». Андрей Платонов «Впрок». 1932 год
Главред «Новой» о статье про суицидальные паблики: если докажут, что это заказ ФСБ, уйду в отставку. Дмитрий Муратов о скандальном расследовании, отстранении Сергея Соколова и слухах о финансировании из Кремля