Умрет ли Instagram после покупки Facebook'ом

Здесь и сейчас
10 апреля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Миллиард долларов за красивые фотографии. IT-индустрия испытала самый мощный шок за последние годы - социальная сеть Facebook объявила о том, что покупает мобильный фотосервис Instagram, в штате которого всего 13 человек.
Самое удивительное, что лишь две недели назад приложение официально оценили в полмиллиарда, но Марк Цукерберг решил не скупиться и дал в два раза больше.
И Цукерберг, и глава Instagram Кевин Систром выступили сегодня в своих блогах с разъяснениями. Основной посыл такой: фотосервис будет развиваться независимо и сохранит бренд.
Несмотря на это 10-е апреля пользователи Instagram объявили днем траура. Всего таких на сегодняшний день насчитывается уже 30 миллионов человек. Многие из них призывают к бойкоту Фэйсбука. Один из самых популярных способов - сменить аватар на чёрный квадрат с надписью RIP. Большинство недовольных в основном опасаются появления рекламы. До этого дня Instagram работал на деньги меценатов и не принес своим создателям ни цента.

Феномен Instagram мы обсудим с нашими гостями. С нами сегодня генеральный директор Look At Me Алексей Аметов и фотограф Максим Фадеев.

Анна Монгайт: Почему Instagram такая великая идея?

Алексей Аметов: На самом деле, Instagram - это новый Twitter, где люди общаются не короткими сообщениями, а визуальными образами. С одной стороны - это новая инфраструктура для общения, с другой - Instagram вобрал в себя тягу людей к фотографии, потому что фотография - самый простой способ самовыражения для человека. А набор не очень сложных фильтров и возможность поиграть с резкостью доставляет человеку удовольствие. Удовольствие от того, что он быстро сфотографировал, обработал и показал своим друзьям.

Максим Фадеев: Instagram пока «наверху», потому что проще пока некуда. Тяжело придумать что-то еще проще.

Монгайт: И сразу получать художественные, да?

Фадеев: Даже не это, а то, что там не нужно ничего писать, ничего придумывать. Нужно нажать две кнопки - «снять» и «запостить» - и все. То есть Instagram позволяет как можно быстрее, проще и с минимальным временем поделиться тем что вокруг тебя.

Дмитрий Казнин: Не возвращение ли это к первобытным истокам? Тогда ведь люди не говорили, а только с помощью картинок общались.

Монгайт: Интересный поворот, неожиданный.

Казнин: Это, кстати, не я придумал. В интернете некоторые люди уже начали говорить о том, что это некая деградация общения.

Фадеев: Вообще о любом техническом прогрессе говорят как о деградации. Когда появился Twitter, его тоже считали деградацией - там же всего 150 символов. Facebook тоже деградация. То есть про любой прогресс сначала говорят, что «если проще - значит хуже». Нет, проще - значит доступнее, но не хуже.

Монгайт: Почему этот бизнес оценили в миллиард? Как он может развиваться дальше и зачем он Цукербергу?

Аметов: Думаю, секрет в том, что Facebook «испугался» Instagram’а.

Монгайт: Он хочет его «убить» за свои деньги?

Аметов: В первую очередь, Facebook, в значительной степени - это крупнейший фотохостинг в мире. В этом плане, Instagram очень быстро рос как фотохостинг, с огромной скоростью.

Фадеев: Если посмотреть на развитие Facebook, то сначала там были текстовые сообщения и какая-то пара фотографий. Если вспомнить Facebook 3 года назад - когда он только пришел в Россию и я там зарегистрировался - картинок в моей ленте было достаточно мало. В основном там были статусы, практически еще не было ссылок. А сейчас там одни ссылки и картинки. Мы открываем ленту - там текстовых записей практически нет. То есть картинок все больше и больше, а Instagram сейчас является основным поставщиком какого-то контента в Facebook. И Facebook хочет, чтобы этот поставщик не был независим, то есть чтобы он не мог быстро «убежать» в Google+, в Twitter.

Монгайт: Тогда все картинки будут в одних руках.

Аметов: Учитывая то, что у Instagram нет онлайн версии, то Facebook, по сути, будет этой онлайн версией.

Фадеев: Нет, она есть, но она неудобная.

Аметов: Там нельзя ничего искать, нет сайта. То есть ты можешь попасть только на конечное фото.

Казнин: Но миллиард долларов? Многие эксперты уже говорят, что это просто-напросто очередной «пузырь».

Аметов: Думаю, дело здесь в том, что для Google Instagram тоже является большой проблемой. Думаю, Google тоже «ходил вокруг да около».

Казнин: Google бы купил Instagram, если бы Facebook не опередил.

Аметов: Да. Потому что выход Instagram на Android, возможно, был неким актом шантажа и шагом в сторону Google.

Фадеев: После мартовской сделки нужно было решить проблему достаточно быстро, то есть нужно было сразу сделать символическое предложение, от которого нельзя было бы отказаться. А когда тебе предлагают миллиард долларов...

Монгайт: Хотя между половиной миллиарда и миллиардом все же есть некоторая разница.

Аметов: На самом деле такая же, как между пятьюдесятью и ста тысячами рублей. Находясь в таком масштабе «гравитационных сил», уже другими категориями люди измеряют вещи.

Монгайт: Ну и традиционный символический вопрос: «убьет» ли Instagram классическую профессиональную фотографию.

Фадеев: Нет конечно.

Монгайт: Почему?

Аметов: Максим, а расскажи историю приз.

Фадеев: Собственно, в этом году все порадовались, когда за картинки, снятые на Instagram в Афганистане, фотограф получил, если не ошибаюсь, первую премию в категории «первая журнальная серия» на Pictures of the Year. Pictures of the Year - это топовый американский конкурс со множеством категорий. И первый приз за журнальную историю там получил фотограф, который снимал на телефон. Я могу ошибаться: может, это был не Instagram, а Hipstamatic.

Аметов: По-моему Instagram был.

Фадеев: Смысл не меняется. В Афганистане, Сирии, Ираке - все больше людей, снимающих на телефон, потому что это очень удобный инструмент. Но это не «убивает» профессиональную фотографию, потому что это все равно снимают люди, которые уже 20-30 лет в профессии.

Монгайт: То есть они даже на телефон снимают классно?

Аметов: Средство - это одно, а человек, который профессионально это делает - это другое. Например, наши корреспонденты довольно часто снимают на телефон какие-то уличные акции.

Монгайт: Да и у нас тоже.

Аметов: Это быстро, легко и эффективно.

Фадеев: Опять же, профессиональная фотография - это же не одно какаое-то целое, которое «ударил и разбил». Если говорить про фотожурналистику - здесь инструмент не важен. Если говорить про рекламную фотографию, то все это не имеет к ней вообще никакого отношения. Там технологии развиваются гораздо медленнее и все гораздо спокойней.

Казнин: Алексей, какие все-таки перспективы монетизации Instagram’а? Вот как на этом можно зарабатывать деньги? Ведь до сих пор этот сервис не заработал ни копейки...

Монгайт: Кроме одного миллиарда.

Казнин: Нет. Собственно, за эти полтора года. При том что прогнозируется, что количество пользователей в ближайшее время дойдет до 50 миллионов.

Аметов: Я думаю, что сейчас для них внутри Facebook’а не важно, как они сами зарабатывают деньги. Потому что их фотография, попадая в ленту Facebook’а, генерирует показы, на которых Facebook показывает рекламу, и, в общем-то, тут происходит профит. И внутри Instagram’а уже им абсолютно незачем будет придумывать какие-то методы монетизации.

Казнин: Им-то не надо, а Facebook’у? А почему тогда многие пользователи протестуют?

Аметов: Пользователи боятся, что менеджмент Facebook’а изменит суть продукта.

Монгайт: «Сольет» его или как-то имплантирует в Facebook.

Аметов: Либо сделает его более сложным, добавив, например, функцию распознавания лиц на фото. Вопрос приватности их тоже пугает, потому что они боятся, что Facebook начнет индексировать эти фотографии, показывать их не так, как того хотел бы пользователь.

Казнин: Facebook начнет это делать, как вы думаете?

Аметов: Я думаю, что Facebook будет просто импортировать эти фотографии в альбомы пользователя, а с этими альбомами он может производить действия, стандартные для любого фотоальбома на Facebook’е.

Фадеев: Собственно, интеграция появилась совсем недавно. 2-3 недели назад они интегрировали его в Facebook.

Монгайт: Почему-то все ужасы, связанные с Instagram’ом, почему-то не кажутся ужасными, согласитесь.

Казнин: Вы никак не прокомментировали про «пузырь». Это ведь действительная опасность.

Аметов: Думаю, это была обоснованная сумма, учитывая капитализацию Facebook’а и что наверняка большая часть сделки будет осуществлена акциями Facebook’а. И учитывая то, насколько Instagram сейчас важный и опасный момент для него, и насколько ему было бы неприятно, если бы Instagram к Googlе, например, попал. То есть это был стратегически верный шаг.

Казмин: А на IPO Facebook это как-то скажется? Увеличит сумму?

Аметов: Думаю, что кардинально это не должно поменять, но хуже точно не станет. Тут еще важно понимать, что Instagram - это первый сервис, первый старт-ап, который «жил» полностью в мобильных платформах, у которого не было полноценного «веба». И люди пользовались им, не попадая в веб. С этой точки зрения, для Google, который индексирует веб и настроен на работу с интернетом, на перемещение людей внутри интернета - это тоже очень опасный звонок, очень неприятная история.

Монгайт: То есть 1:0 в пользу Цукерберга и в минус Google, да?

Аметов: Абсолютно, да.

Монгайт: Очень интересно.

Казнин: Спасибо всем. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.