УДО Ходорковского откладывается?

Здесь и сейчас
6 июня 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть

Условно-досрочное освобождение экс-главы "ЮКОСа" Михаила Ходорковского и экс-главы "Менатепа" Платона Лебедева откладывается. Преображенский суд Москвы решил, что даже не станет рассматривать ходатайство и вернул его адвокатам, ссылаясь на нехватку необходимых документов.

Как заявила пресс-секретарь суда Лолита Дарчиева, ходатайства об УДО возвращены, поскольку "к ним не приложены документы, на основании которых осужденные отбывают наказание". При этом адвокаты Платона Лебедева и Михаила Ходорковского сегодня заявили, что никаких уведомлений о возврате не получали. По словам адвоката Платона Лебедева Константина Ривкина, "казус заключается в том, что Преображенский суд хочет получить 2 приговора и 2 кассационных определения, при этом Мосгорсуд второе определение нам так и не выдал". Константин Ривкин назвал это очаровательной круговой порукой: суд отказывается рассматривать ходатайство об УДО без документов, который сам же не выдал. Адвокаты Михаила Ходорковского и Платона Лебедева намерены дождаться необходимых документов и подавать на УДО снова. Нынешнее ходатайство было подано 31 мая.

Новые обстоятельства в деле об УДО Ходорковского-Лебедева обсуждаем с адвокатом Михаила Ходорковского Еленой Лукьяновой.  

Лукьянова: На самом деле я получила эту информацию совсем недавно, и в течение последнего часа мы всей своей адвокатской командой пытались разобраться, что произошло. Во-первых, я уточняю сведения, которые попали в СМИ – не адвокатам вернули это ходатайство, а лично Платону Леонидовичу Лебедеву под роспись. При этом один из адвокатов присутствовал, во-вторых, Михаилу Борисовичу ничего не вернули. По крайней мере, до того момента, до 6 часов вечера, пока с ним был адвокат. Пока никакой информации о возврате Ходорковскому ходатайству об УДО у нас нет. Может быть, утром появится, когда с ним встретятся адвокаты. Честно – успела прочитать по диагонали статью 175 уголовно-исполнительного кодекса и постановление пленума Верховного суда 2009 года в редакции 2010-го как раз об УДО. Тоже постарались всей командой построчно изучить под лупой – и нигде упоминания о том, что к ходатайству об условно-досрочном освобождении должны быть приложены все приговоры.

Арно: О каких документах идет речь?

Лукьянова: Речь идет о приговоре по первому делу, о решении кассационной инстанции по первому делу, о решении по второму делу, и вот как мы между собой, юристы, называем это - касатка, определение Мосгорсуда по второму делу, которого еще в природе нет.

Фишман: Касатка, которая довольно больно кусается.

Лукьянова: Как у нас в Конституции сказано, суд независимый подчиняется только закону, а не каким-либо внутренним инструкциям, я допускаю, что что-нибудь, может, такое есть, чего нам неведомо, то судья не мог вернуть это по основанию закона, потому что в законе про это не написано ничего. Но для наших судей, впрочем, это достаточно обыкновенная вещь. Может быть, даже постановление пленума не читала, можно их ругать за неграмотность, а можно говорить – бедные-несчастные судьи, перегруженные делами, которые не успевают решения отписывать.

Фишман: Цена вопроса – допустим, они неправильно интерпретируют или вы, адвокаты, неправильно понимаете, но, в конце концов, это вопрос, когда в руки Михаила Ходорковского попадут его все судебные решения, все эти тексты, они будут переданы. Ну хорошо, мы подождем пару недель, ничего страшного, не растает никто.

Лукьянова: Дальше – не только нигде не сказано, что должны быть приложены сии документы, на основании которых люди отбывают заключение, но и нигде не сказано, что нужно возвращать самим осужденным. Потому что все эти документы вместе с ходатайством должны быть в распоряжении места отбытия наказания, в данном случае это Следственный изолятор, и все запросы судейские должны быть направлены к администрации в данном случае СИЗО с просьбой предоставить эти самые документы. То есть это еще одно, чего мы не обнаружили – что это можно взять так просто и вернуть, типа не хочу рассматривать. Я понимаю, наверное, нашим учреждениям исправительным очень сложно многотомные копии сделать этих приговоров наших безумных. Но тем не менее, тут двойное нарушение. Можно, конечно, думать и гадать, почему и зачем, можно высказать целый ряд предположений.

Фишман: Символический жест, или там есть практическая проблема.

Лукьянова: Символический жест или не хочу на себя брать ответственность ни в коем случае, ничего не хочу решать по этому делу, пусть отправляют по этапу, и там пусть кто-то решает. Можно. Но поскольку Ходорковскому отказа пока нет, мы ничего сказать до конца не можем. Можно сказать о неграмотности, одно точно – что к этим двум осужденным применяются особые, никому не ведомые законы или, как президент это назвал, применяется избирательное правосудие.

Арно: А как вы можете прокомментировать этот слух или настроение, которые на прошлой неделе возникли по поводу того, что возможный выход Ходорковского и Лебедева может быть связан с их вступлением в «Правое дело».

Лукьянова: Я не могу комментировать слухи, поскольку я все-таки адвокат, мне гораздо более интересен факт того, что началась доследственная проверка в прокуратуре. То, о чем политики договорились, может, и правда, я сегодня тоже слышала подобные вещи, что есть какая-то договоренность между Прохоровым.

Арно: От кого вы слышали?

Лукьянова: Это, скажем, одна баба в бане сказала.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия