Свидетель по делу об убийстве Буданова Фаталиев об угрозах спецслужб: тебя посадим, жену депортируем, а дети в детдом пойдут

Здесь и сейчас
12 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Свидетель по делу об убийстве экс-полковника Юрия Буданова Руслан Фаталиев обратился в ФСБ и Генпрокуратуру с просьбой защитить его от сотрудников спецслужб. Он утверждает, что ему угрожали и требовали отказаться от показаний, данных на суде. 

Тогда Фаталиев сообщил присяжным, что подсудимый Юсуп Темерханов не похож на киллера, которого Фаталиев видел в день убийства Буданова, на Комсомольском проспекте в Москве. После допроса Руслан Фаталиев, по его словам позвонил адвокату Мураду Мусаеву и попросил помощи. Мы встретились с ними в офисе благотворительной организации «Комитет «Гражданское содействие».

Олевский: Как ты опять оказался в этом деле участником?

Фаталиев: Приехали ко мне из Москвы ФСБ.

Олевский: А откуда ты знаешь, что ФСБ?

Фаталиев: Я знаю, потому что меня допрашивали ФСБ.

Олевский: Расскажи, как это было?

Фаталиев:  Я работал, ко мне на работу приехали и забрали, сказали: «Одевайся, и поехали», я поехал с ними.

Олевский: Без объяснений, почему забрали?

Фаталиев: Сказали, что проедемся. Приехали в нашу милицию, пересадили в меня в свою машину и вывезли в сторону поселка Савенки. Там степь есть. «Ты понял, для чего мы тебя привезли?», я уже понял. Говорят: «Будешь врать - мы тебя сделаем. Ты понимаешь, мы не просто так приехали. Какую сумму тебе дал Мурад Мусаев?». Я говорю: «15 тысяч». «Почему ты обманываешь? Он тебе больше дал», я говорю: «Нет, 15 тысяч». «Каким образом он тебе дал?» - «Перевели на карту мне деньги». Потребовали номер карту, я сказал, что знакомому перевели. Потом повезли меня в отдел, мы приехали, и по башке меня ударили. Напугали, короче. Потом в отдел приехали, начали допрашивать меня, вызвали адвоката, соглашение подписали.

Олевский: Тебя допрашивали в качестве кого?

Фаталиев: В качестве, почему я на суде был, я все как видел, так и рассказал, у меня до этого были все вопросы допрошены еще год-полтора назад.

Олевский: К каким вопросам они отнеслись с недоверием?

Фаталиев: На то,  почему я в суде сказал, что это не он. Того, кого я видел, это на самом деле не он. Этот худой вообще, телосложение не такое.

Олевский: А тот был какой?

Фаталиев: Тот был спортивного телосложения, среднего роста, как я где-то ростом, и на вид лет 30-35. У меня все указано в протоколе, волосы светлые, футболка, шапка адидасовская, я все указывал.

Олевский: Ты долго видел убийцу?

Фаталиев: Все быстро  произошло, прыгнул в машину и уехал.

Олевский: Что от тебя хотели в ФСБ?

Фаталиев: Чтобы я сказал, что Мусаев мне заплатил, 15 тысяч мне дал не на дорогу, а как подкуп, типа такого, чтобы я сказал в конце суда, что это не он.

Олевский: Ты сейчас уверен, что это не он?

Фаталиев: Кого я видел, это не этот человек.

Олевский: Что они сказали, что будет, если не признаешься, что тебя подкупили?

 Фаталиев: «Говори правду, все говори», начинают везде меня шнырять. «Почему ты так говоришь?», я говорю: «Как говорю, так все показания и даю». Говорили, что мою жену депортируют из страны, если так не скажу. «Тебя посадим за дачу ложных показаний. Жену депортируем, а дети в детдом пойдут». Я уже устал от всего этого, я хочу уже освободиться, мне не нужно это, я не хочу никуда ездить. Сейчас приехал к человеку, чтобы меня защитили, написал заявление, вдруг что-то с ними случится или со мной. Снимали меня на камеру, давали диктофон, чтоб я разговаривал.

Олевский:  Сколько тебя человек допрашивало?

Фаталиев:  Один следователь.

Олевский: А сотрудники ФСБ, которые тебя задержали?

Фаталиев:  Они были в тех кабинетах. Потом меня отвезли, откуда забрали, я купил памперсы, хлеб и пошел домой.

Олевский: Тебя били или нет?

Фаталиев:  Меня угрожали побить, в машине меня ударили, запугать хотели. Я на самом деле испугался из-за семьи. Что мне еще делать? Я ради них и живу, я устал от этого всего.

Олевский: Они тебе сказали, чтобы ты никуда не ехал?

Фаталиев:  Подписку о невыезде с меня не взяли. Просто сказали, чтобы я ежедневно ходил и отмечался, а я не ходил, я уехал к вам.

Олевский: А ты связывался с женой, ребенком?

Фаталиев:  Нет, не связывался. У меня телефон забрали на экспертизу, сказали, что через месяц отдадут.

Светлана Ганнушкина – глава комитета «Гражданское содействие: Вот, пришел человек за помощью, я не очень понимаю, какую помощь могу оказать в этом случае, потому что я не могу, у нас нет охранного агентства. Мы не можем приставить к нему телохранителя, мы не можем нанять телохранителя жене и детям. Речь идет только об одном - первые показания, которые давал Руслан во время следственного процесса, он просто их повторяет, и больше ничего. Когда он давал эти показания, тогда сегодняшнего обвиняемого еще в деле не было, никто еще не имел представления о том, кому будут предъявлены обвинения в этом убийстве, и кто будет его защищать. Те показания, которые он дает сегодня на суде, он ровно так же описывает человека, которого видел в своих первых показаниях. Он, к своему несчастью, оказался свидетелем убийства.

Олевский: Вы к кому-нибудь обратитесь за помощью?

Ганнушкина: Понимаете, если речь идет о физической защите, то обращаться не к кому, потому что физическую защиту свидетелю осуществляет следствие, а тут происходит все по-иному.  У нас защищают других свидетелей, свидетелей, которые дают показания такие, как хочет обвинение. Когда это идет вразрез с обвинением, никто не хочет защищать. Я сегодня разговаривала с Лукиным, на его имя написаны обращения со слов Руслана. Написаны обращения в Генпрокуратуру, и в Совет при президенте по развитию гражданского общества и правам человека Федотову. Если эти два человека - последняя надежда и опора - ничего не предпримут, если они примут то объяснение, которое сейчас дается СК, в частности господином Маркиным, который утверждает убежденно, что имел место подкуп, вы знаете, что второго адвоката привлекают к уголовной ответственности, я боюсь, что против Мурада Мусаева уже ведется такая кампания, в результате которой он и сам может оказаться под следствием, то мы ничего сделать не сможем.

Олевский: Что тебе говорили про адвокатов?

Фаталиев:  Спрашивали, никто ли меня не беспокоил, я сказал, что нет. Он тоже за меня переживает.

Ганнушкина: Вообще, это нормальная ситуация, когда защита доставляет свидетеля. Очень частая ситуация, когда суд говорит, что считает излишним допрашивать вторично свидетеля, и на суде судья спрашивает: «Свидетель доставлен?», ему отвечают: «Да, свидетель в коридоре». В таких случаях суд обязан допросить свидетеля. Вы понимаете, что 15 тысяч - это не подкуп, он еще сумел сэкономить, потому что приехал на автобусе.

Олевский: На оставшиеся деньги что сделал?

Фаталиев:  Купил детям подарки, день рождения справил.

Ганнушкина: Речь идет о людях, которым каждая копейка важна, и те, кто совершают подкупы, платят совершенно другие деньги. Да и тут нечего подкупать, я еще раз хочу подчеркнуть, что первые свидетельские показания,  данные до привлечения к ответственности Темерханова, совпадают с тем, что он говорит сейчас. То же самое с Евтуховым, сейчас вообще неизвестно, где он находится. Евтухов, который стал объектом подкупа якобы со стороны другого адвоката, мы не понимаем, где он находится. Очень хотелось бы понять, ведь человек исчез. Мы сталкивались уже с такими вещами, когда человек вдруг появляется на публике, а потом снова исчезает. Такая истории я у меня была в Чечне, потом удалось выяснить, где он находится и добиться его освобождения. Это обычно очень плохой признак, когда родственники не знают, где находится человек, потом появляется на суде, дает показания, и опять исчезает.

Олевский: Руслан, а ты помнишь, может быть, фамилии сотрудников?

Фаталиев:  Я ничего ни у кого не спрашивал.

Олевский: Сколько их было?

Фаталиев:  Где-то 6-7.

Олевский: Машины были с московскими номерами?

Фаталиев:  Нет.

Ганнушкина: Это очень типичная картина - человека вывозят в чистое поле и показывают, что он совершенно беззащитен, потому что в такой ситуации с ним могли разделаться, и ему придется лежать в чистом поле, и никто его никогда не найдет.

Фаталиев:  Один сказал: «Ты чего заикаешься?», второй сказал: «Евтухов у нас еще не так заикался».

Олевский: Получается, что они знают о Евтухове?

Фаталиев:  Наверное, я у него что, спрашивал, что ли?

Евтухов – еще один свидетель обвинения, который сейчас находится под госзащитой. Адвокаты считают, что сперва его похитили, чтобы сорвать допрос в суде. Следственный комитет возбудил уголовное дело в отношении коллеги Мусаева Дарьи Трениной, которую подозревают в подкупе Евтухова.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.