Стюардесса «Аэрофлота» о приговоре дебоширу: «Я согласна с приговором; бортпроводник – не официант, он отвечает за жизни людей»

Здесь и сейчас
4 февраля 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Авиадебошира Сергея Кабалова приговорили к трем с половиной годам строгого режима. А могли бы к восьми – именно столько попросил прокурор во время обсуждения вердикта присяжных.

Кабалову, с которого началась целая кампания по борьбе с авиадебошами, предъявили две статьи – побои и угон самолета. Побои – это легкая статья, за нее присудили полгода, три года дали за якобы попытку угнать самолет. А могли бы вообще отправить в колонию на двенадцать лет – столько полагается за попытку завладеть воздушным судном.

Впрочем, юристы говорят, что супертяжелую статью дебоширу вменили с назидательными целями. В последнее время чуть ли не каждый месяц на YouTube появляется очередное видео с пьяными пассажирами на борту самолета. Чаще всего самолет везет россиян куда‑нибудь на курорт, а нетрезвый пассажир начинает отмечать отпуск сразу по прибытию в аэропорт.

Впрочем, столь строго следователи подходят не к каждому авиадебоширу. Бывшему замгубернатора челябинской области Андрею Третьякову, из‑за которого рейс Красноярск‑Москва пришлось сажать в Новосибирске, грозит всего два года лишения свободы. Его обвинили в избиении бортпроводника, который не пускал его в бизнес‑класс.

В студии бортпроводник "Аэрофлота" Екатерина Дьяконова.

Казнин: Вам не жалко человека, которого сейчас осудили на три с половиной года?

Дьяконова: Нет. В данной ситуации человек должен быть наказан. Наверное, многие читали эту статью и смотрели видео о том, что человек не только хотел угнать самолет, он еще и избил нашего сотрудника, вернее, моего коллегу из другой компании. Поэтому, я думаю, человек должен понести наказание.

Казнин: Реальный срок на три года. Это же действительно случается, такая у нас «традиция», часто. Вы, наверное, тоже сталкивались с подобными вещами. Всех сажать в тюрьму?

Дьяконова: Дело в том, что у нас существуют определенные правила. Когда пассажир покупает билет, есть определенные правила, которые он должен выполнять, приходя на борт самолета. С ними можно ознакомиться в любом бортовом журнале, на любом сайте. И там достаточно четко оговорено, что пассажир не должен находиться на борту в состоянии алкогольного опьянения, не должен курить на борту, никоим образом не должен мешать полету и оскорблять или применять какие-то насильственные действия по отношению к борт-проводникам. И так далее.

Казнин: Это мы и так знаем, без инструкции. Это понятно. Какие у вас инструкции? Как вы должны реагировать, если такие вещи происходят? Что вы должны делать?

Дьяконова: Я хотела бы сказать, что в первую очередь мы не должны допускать таких ситуаций. Дело в том, что бортпроводник – это не просто официант на борту самолета. Это человек, который в первую очередь отвечает за безопасность (конечно, после командира воздушного судна) – безопасность полета, за здоровье пассажиров (если человеку будет на борту плохо). К чему я это говорю?

Таратута: Получается, что бортпроводник, которого избили, едва ли не сам виноват в том, что его избили, потому что допустил эту ситуацию?

Дьяконова: Нет, сейчас объясню, что хочу сказать. Просто бортпроводник еще и психолог. Понятно, что не всегда можно предотвратить подобную ситуацию, но мы изучаем различные дисциплины, при ежегодной подготовке, вернее по переподготовке, по квалификации: и психологию, и отношения с террористами.

Таратута: Вы должны распознать дебошира по глазам?

Дьяконова: Это секретная информация, но есть несколько приемов, когда можно избежать подобных ситуаций. Но, к сожалению, далеко не всегда это возможно сделать. Изначально не должны допускать на борт пьяных пассажиров.

Казнин: Тоже проблема. Если пустили, он был пьян, почему его не остановили?

Дьяконова: Возможно, в связи с тем, что у нас сейчас даже вышел запрет на продажу алкоголя на борту — в эконом-классе некоторые пассажиры тайно распивают алкогольные напитки. Бортпроводники стараются осматривать салон, часто выходят, смотрят, но не всегда это удается. Возможно, действительно по стечению обстоятельств этот пассажир пришел на борт во вменяемом состоянии, а уже потом, когда особенно какой-то чартерный рейс, широкофюзеляжный самолет, к сожалению, просто невозможно физически уследить.

Таратута: Пока вы рассказывали про эконом-класс, у меня вопросы к бизнес-классу. Там можно пить, да?

Дьяконова: Там мы отслеживаем.

Таратута: Мы только что в новостях вспоминали, что были такие случаи дебоша не только среди  рядовых пассажиров, а среди чиновников, депутатов, некоторые из них потеряли пост в своей партии, так дебоширили, выпив. Вы получили психологическое образование, можете распознать, что сейчас человек напьется. Уже чувствуете, и я бы почувствовала, наверное, на вашем месте, а вы, наверняка, просто знаете. И вы как-то хотите предотвратить ситуацию, а это депутат или министр. У вас есть такая возможность?

Дьяконова: Конечно. Я же уже говорила. Возможность есть всегда. За исключением, наверное, действительно каких-то, пожалуй, только немыслимых ситуаций, может быть, 1% из 100%. Я считаю, что все-таки можно как-то грамотно предотвращать ситуации. Просто, наверное, по стечению обстоятельств так получилось, что ту ситуацию с этим саратовским бизнесменом, она была на том этапе, когда ее предотвратить  просто нельзя.

Казнин: А у вас были подобные ситуации?

Дьяконова: Да. У меня была однажды неприятная ситуация, но я просто стараюсь пресекать. У меня вообще, если честно, наверное, за 2,5 года работы в компании было, пожалуй, только два неприятных инцидента. И один из них – был с абсолютно трезвой пассажиркой. Много разных факторов. Люди боятся летать, они приходят немножко взвинченные, агрессивные на борт самолета. Какие у нас есть факторы? Может, была задержка рейса. Причем по независящей от нас причине, но пассажиры почему-то выплескивают на нас эмоции. Наша задача – понять и помочь  в этот момент. Была ситуация, когда пассажирке просто во мне настолько не понравилось, что вся моя психология не смогла подействовать. Я просто позвала на помощь старшего бортпроводника, и старалась избегать контакта с ней.

Таратута: Меня не простят зрители, если я не спрошу. Что она сделала? Она набросилась с кулаками?

Дьяконова: Нет. Просто… я даже не знаю, стоит ли описывать эту ситуацию.

Казнин: Хамила?

Дьяконова: Мы на борт принимаем маленькие чемоданчики, среднего размера. И у ее соседки чемоданчик был поставлен колесиками наружу, так, что багажная полка не закрывалась. Ничего страшного не произошло, я просто попросила девушку аккуратненько перевернуть чемоданчик, так чтобы не испачкать пальто, которое лежало рядом на полочке. После чего услышала много нелестного именно в свой адрес, и тут, конечно, к сожалению, не помогли увещевания, что «вы не переживайте, мы не задели ваше пальто». Видимо, что-то было еще, какой-то негатив изначально был до прихода на борт. Потому что просто так никогда ничего не бывает. В этой ситуации надо, наверное, просто уходить.  

Казнин: Коротко скажите, вы думаете, этот  приговор остановит других дебоширов пьющих? Напугает?

Дьяконова: Я считаю, что и Сергея, и других пассажиров это заставит задуматься. Да, конечно, к сожалению, три с половиной года, да еще и с учетом того, что он уже несколько месяцев отсидел (месяцы, которые войдут в срок наказания) – многие, я думаю, со мной согласятся, наверное, надо было бы несколько продлить срок наказания.

Казнин: Чтобы его еще жестче наказали?

Дьяконова: Я хочу. Я просто считаю, что насильственные меры по отношению к людям – это неприемлемо, некрасиво. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.