Скандал на спектакле «Москва-Петушки» Андрея Жолдака

Здесь и сейчас
22 марта 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
В Москве на следующей неделе стартует престижный театральный фестиваль «Золотая маска». В этом году он пройдет в восемнадцатый раз. Тем временем в столице к концу подходит параллельная внеконкурсная программа фестиваля «Макса плюс». В нее обычно включают самые яркие и нестандартные работы, которые не вошли в основной конкурс.

Накануне в театре имени Моссовета показали один из самых громких спектаклей – «Москва-Петушки» украинского режиссера Андрея Жолдака. На премьере побывал наш корреспондент Денис Катаев.  

Катаев: Андрей Жолдак - или Жолдак-Тобилевич IV, как он себя называет, потому что потомок старейшего украинского рода - прославился как смелый экспериментатор. Его звездный час наступил в начале нулевых в Харьковском драматическом театре, он стал его руководителем. Там он поставил самые радикальные свои вещи, например, «Один день Ивана Денисовича», который очень не понравился нашему Александру Исаевичу Солженицыну. Он его смотрел и сказал: «Я был возмущен дикостью и наглостью постановки». После таких вольностей его уволили из Харькова. Он поехал ставить спектакли за границей, в Москве поставил два спектакля – «Федра» и «Кармен», в главной роли была Маша Миронова. Даже в Финляндии он поставил «Анну Каренину». В Санкт-Петербурге – «Москва-Петушки». Поставил он его в 2010 году. В Москве возобновил этот спектакль и репетировал его снова. За репетицией было наблюдать очень любопытно.

Кажется, Жолдак отошел от провокации, на мой взгляд, поставил свой самый классический спектакль. После него выходишь не ошеломленный, а задумчивый, как после спектаклей, например, Льва Додина. Удивительно, как Жолдаку удалось поставить такую вещь. «Москва-Петушки» Венедикта Ерофеева очень тяжелая книга для инсценировки, она состоит из воспоминаний, мечтаний, перечисления выпитого Венечкой Ерофеевым. Может быть, поэтому вменяемого фильма по этому произведению до сих пор не появилось, есть только какой-то немецкий телевизионный фильм.

В театре «Москва-Петушки» ставили много раз, в Москве – в Театре на Таганке, а в Европе – в Германии, Польше, Сербии и Испании. Прогремел на весь мир спектакль именно Жолдака. Надо сказать, что режиссер практически полностью сохранил авторский текст и логику повествования, поиграл с формой. Венечки у него сразу два: один главный, которого играет известный литовский актер Владас Багдонас, а второй – его альтер-эго, с которым ведет внутренний диалог в книге Ерофеев. Никакой электрички «Москва-Петушки» в спектакле нет, ведь это всего лишь метафора, а сами Петушки – недостижимая утопия. Поэтому в некоторых сценах действие превращается в фантасмагорию, в какой-то момент на сцене появляются индеец, из зала на зрителей периодически наблюдает большой мигающий глаз, который снят на видео.

Жолдак забирает Венечку как будто бы из конкретного времени и места и помещает в свое выдуманное пространство. Выглядит это все очень эффектно, но все же не провокационно, достаточно сдержанно для Жолдака. Только один раз актеры раздеваются до штанов, один раз блюют молоком, один раз девушки вставляют в рот огурец. Ничего больше.

В конце настолько трогательно, что хочется даже плакать. Это единственный придуманный Жолдаком монолог, все остальное было по тексту. Он говорит, что перестает быть героем этого времени, такие сильные личности как он уходят. Жолдак даже использует такой, на мой взгляд, запрещенный прием – в конце он поднимается по лестнице вверх в небо.

Коллизия: казалось бы, такой спокойный спектакль, ничего радикального в нем не было, и все равно ползала вышло, вставали буквально рядами. Казалось, что они специально пришли на Жолдака, чтобы с него уйти.

Писпанен: Это обычная ситуация – через 20 минут с Жолдака начинают уходить.

Катаев: Когда я увидел первые 20 минут, подумал: сейчас точно не уйдут. Но все равно ушли. Сейчас покажу, с какого момента. Был текст-текст, а тут началась такая поэтическо-оперная форма. Со словами «Бред и позор!», громко крича, зрители выходили из зала, были совершенно недовольны. Один мужчина в антракте сказал: «Я бы ушел тоже, но, к сожалению, жена не отпускает».

Это была одна из ярких постановок внеконкурсной программы «Маска плюс». Впереди у нас «Золотая Маска», она открывается 27 марта. Сюрпризов в номинациях нет, в основном, Москва, Питер, но все-таки интрига сохраняется. Может, кто-то, например, из Перми получит приз. В финалистах есть и Лев Додин и Кирилл Серебренников, и Юрий Бутусов – все главные театральные режиссеры сегодня. Советую всем обратить внимание на программу «Золотой Маски». К сожалению, «Москва-Петушки» шел в Москве один раз.

Фишман: А стоит ли? Тебе понравилось?

Катаев: Мне очень понравился этот спектакль.

Писпанен: Несмотря на то, что использован уход по лестнице в небо, который буквально пару лет назад использовал тот же самый Кирилл Серебренников?

Катаев: Это единственное, что мне не понравилось. Но спектакль получился очень сильным, эмоциональным. Для меня, к сожалению, не таким радикальным, как обычно это бывает у Жолдака, но, возможно, произведение «Москва-Петушки» именно к этому и располагает. На мой взгляд, и поэма Ерофеева, и спектакль сходны по атмосфере. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.