Школа «Рождение вещи» бьется за место

Здесь и сейчас
10 февраля 2013
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Лика Кремер
Теги:
Москва

Комментарии

Скрыть

В Хамовниках представители муниципалитета закрыли детские художественные студии «Рождение вещи» и «Материнская школа» и вывезли оттуда часть рисунков и имущества. Родители учеников подали заявления в полицию – они уверены, что чиновники провели «рейдерский захват» помещения. В муниципалитете утверждают, что дети занимались в студии незаконно. Обсудили эту тему с депутатом муниципального собрания района Хамовники Александрой Парушиной.

Кремер: Кто претендует на помещение детских студий?

Парушина: Претендует на это помещение в течение последних двух лет Дмитрий Николаевич Башаров, который возглавлял до того, как вступил в должность руководителя нашего муниципального собрания, клуб «Хамовченок». У этой организации есть уже в Хамовниках большое помещение 400 метров.

Кремер: Я так понимаю, что этот центр хорошо существует и начал расширяться.

Парушина: Отзывы родителей об этом клубе бледные. Это самый обыкновенный клуб с высокими ценами на занятия. Занятия непродолжительны по времени, кроме того, есть секции стриппластики, причем туда принимают детей. Все это кажется достаточно странным. Учитывая опыт работы «Материнской школы» и «Рождения вещи», это почти 50 лет, а родителям нужно оставить выбор в районе. Если кто-то хочет посещать «Хамовченок», пожалуйста, но тем, кто желает посещать занятия с высококвалифицированными педагогами, художниками, архитекторами, оставьте в покое «Материнскую школу» и «Рождение вещи».

Кремер: Я правильно понимаю, что «Материнская школа» и «Рождение вещи» проиграли в конкурсе этому клубу «Хамовченок» и молодежному центру, и по решению суда есть предписание освободить помещение на 3-ей Фрунзенской?

Парушина: Не совсем так. Ситуация сложная. Студии данное помещение занимали в рамках муниципального учреждения «Центр досуга и спорта Хамовники», который возглавляется Брызгаловой Ольгой Александровной, которая в 2008 году возглавляла молодежный центр. Потом они с Дмитрием Башаровым, будучи в тесных отношениях по службе, поменялись должностями. МУ возглавила Брызгалова, Башаров стал директором молодежного центра. В этот момент назрела необходимость Башарову отдать одно из помещений этого МУ. Разными методами действовали, в том числе объявлением конкурса. На конкурс студии вышли со старым юрлицом,  у которого данное помещение находилось. Оно было обременено детьми, занятиями, проводиться конкурса в принципе не должно было.

Кремер: Сколько человек участвовало в конкурсе?

Парушина: Участвовало три организации. Одна из них – ООО Лулаки. Лулаки в принципе не может участвовать в конкурсах на лучшую программу, потому что это коммерческая организация, а в конкурсе участвуют только некоммерческие. Само появление этой организации достаточно подозрительно. Оценки были выставлены абсолютно ангажированно, даже по критерии срока существования организации у «Материнской школы» стояла единица, у «Хамовченка», который существует 3 года, стояла 5, против 45 лет, опыта педагогов, их квалификации. Эту студию основали люди, которые реставрировали Московский Кремль, особняк Рябушинского, Шахматово.

Кремер: Сколько человек входило в жюри?

Парушина: 17. Среди них были свои люди. Муниципалитет учреждал конкурс, его проводили свои же люди. 4 человека поставили оценку выше нашей программе. Это был специалист Департамента семейной и молодежной политики, два депутата и человек из префектуры.

Кремер: Я вижу на сайте префектуры официальное обращение молодежного центра с предложением о сотрудничестве к студии «Материнская школа» и «Рождение вещи». Это предложение опубликовано летом. «Материнская школа» и «Рождение вещи» отказались сотрудничать со своими конкурентами?

Парушина: Это совсем не так. Не только не отказались, велись долгие переговоры, путем которых вроде бы достигались договоренности, но молодежный центр отверг все предложения.

Кремер: В чем был спор, почему не могли договориться?

Парушина: В какой-то момент противоположная сторона поняла, что помещение обременено, иначе они давно бы выгнали этих людей. У них не было законных оснований. Судов по конкурсу было несколько. Решение, которое прошло по конкурсу, не являлось основанием для изгнания студии из помещения. Мы оспаривали только процедуру конкурса. В конкурсе участвовало юрлицо, которое в этом помещении в данный момент не находилось, а находились студии в рамках МУ. Они не могли подать в суд сами на себя.

Кремер: Я так понимаю, что у «Рождения вещи» вообще нет юридического лица.

Парушина: Потому что «Рождение вещи» входит в юридическое лицо «Материнской школы». Эти две студии объединены одним юридическим лицом.

Кремер: Почему у «Рождения вещи» нет юридического лица?

Парушина: А зачем оно, если это единая организация, которая объединяет две студии с отличающимися программами? Человек из «Рождения вещи» является также учредителем «Материнской школы». Было другое решение суда, о котором говорит Юрий Петрович Панов, руководитель муниципалитета. Это краеугольный камень, потому что этим судебным решением он махал возле двери студии, когда весь погром и вандализм совершался.

Кремер: Он приехал и попытался освободить помещение. На основании чего?

Парушина: Родители детей, занимающихся в студии, рано утром заметили, что какой-то грузовик отъезжает с вещами студии от двери. Они тут же позвонили педагогам, все прибежали к дверям студии и увидели, что дверь заперта, а за ней находятся какие-то люди. Вызвали полицию, приехала, стала стучать в двери, двери открылись, оказалось, что там около 20 человек сотрудников муниципалитета, ни одного судебного пристава, Юрий Панов во главе с решением суда о выселении одного человека, причем это муниципалитет подавал иск на физических лиц. Это абсурдно, нельзя подавать иск людям, которые не проживают в данном помещении.

Кремер: Что сейчас происходит?

Парушина: Юрий Панов решил, что он может без возбуждения исполнительного производства исполнять некое трактуемое по его воле решение суда и выкинуть из студии в том числе художественные ценности на миллионы рублей.

Кремер: Я так понимаю, что  у него все это успешно получается.

Парушина: Я бы не сказала так. Все события начали развиваться в четверг. Им удалось вывезти только одну машину вещей. Естественно, в помещениях полнейший разгром. Самое криминальное, вчера нам позвонили жители дома 12, они сказали, что происходит что-то странное, что кто-то бьется об стену, какие-то звуки слышны, как будто там кто-то за опечатанной дверью. Когда мы туда пришли, видимо, человек, который там находился – это был ЧОПовец, ждал, когда ему принесут поесть. Он открыл дверь и сорвал печать. Выяснилось, что двое суток в помещении находился человек, который за печатями охранял помещение. В центре Москвы человека добровольно поместили в эти комнаты, заперли и опечатали.

Кремер: Будет ли «Материнская школа» и «Рождение вещи» готовы к предложению занять другое помещение?

Парушина: Я бы так не сказала, очень много вещей осталось там. Все это время речь шла именно о другом помещении. В данный момент происходят до такой степени уголовные действия со стороны муниципалитета, что мы считаем, что в данном случае странно рассматривать варианты. Мы их рассмотрим, если кто-то что-то предложит. То, как предлагалось помещение в префектуре, когда Дмитрий Николаевич сначала предложил какое-то помещение в личной беседе, а потом в префектуре сказал, что ничего не предлагал. У него в руках оказались списки помещений, которые он якобы предложил, а мы отказались. Это просто ложь. Сейчас речь идет о пресечении уголовного преступления по 286 статье «Превышение должностных полномочий, самоуправство», по 243 статье «Уничтожение художественных ценностей». Мы будем требовать исполнение закона.РЯР 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.