«Ничего не кончается сегодня»: исполнительный директор ФБК спрогнозировал санкции против российского госдолга и экспорта 

37 113

США ввели санкции в ответ на отравление и последовавший за ним арест Алексея Навального. Под них попали главы Росгвардии, ФСИН, СК и Генпрокуратуры, а также замглавы Администрации президента. Санкции предполагают заморозку активов на Западе и визовые ограничения. Помимо этого, санкции введены в отношении 14 организаций, по мнению США производящих химическое и биологическое оружие, среди них Государственный НИИ органической химии и технологии. Ранее ФБК* направлял в администрацию Джо Байдена список из 35 имен, где значились крупные российские предприниматели, такие как Роман Абрамович и Алишер Усманов. Однако в санкционный список США они не вошли. Принятые Штатами меры в эфире Дождя прокомментировал Владимир Ашурков, исполнительный директор ФБК*.

Благодарю вас, что нашли время. Сразу же хочется спросить вас, конечно же, о реакции, удовлетворены ли вы тем, что увидели?

Наверное, не полностью. Наш список включал 35 человек, это так, но на самом деле из них семь уже были включены в разнообразные американские санкционные списки, так что их было 28. Из нашего списка в список санкций американский попали трое, это больше 10%. Мне кажется, если бы любое наше письмо имело такой процент успеха, то это было бы не так плохо.

Но если серьезно, то решение, которое приняли американские власти, его не стоит сводить только к этим семи физическим лицам, чиновникам правительства и к ряду организаций, которые попали под санкции. Запущен гораздо более, мне кажется, важный процесс, который связан с тем, что американская администрация признала то, что отравление Навального это действительно применение химического оружия, которое в принципе имеет военное назначение, которое Россия должна была уничтожить и избавиться от него, и это применение напрямую связано с государственными структурами России.

И это запускает, в соответствии с американским законом о химическом оружии, довольно сложную процедуру, которая приведет к тому, что против России с большой вероятностью будут вводиться все больше и больше санкций, в частности, связанных с ограничениями на покупку американскими банками государственного долга, экспортом и так далее. И мне кажется, вот этот процесс, который многие недооценивают, он более важен, чем тот список из семи людей, которые действительно не имеют активов за пределами России, не очень-то ездят на Запад, но это очередной шаг.

Возвращаясь к вашему предложению все-таки, Владимир, естественно, нас интересует, будут ли в дальнейшем приниматься, исходя из ваших советов и рекомендаций, меры, приниматься решения администрацией Байдена. Вот мы, например, обратили внимание на то, что предлагаемых вами лиц, в частности, бизнесменов, олигархов, нет в американском списке. Значит ли это, что их не будет, что вы по этому поводу думаете? Вот вы Абрамовича, например, предлагали в качестве человека, в адрес которого нужны санкции, по-вашему.

Смотрите, моя роль здесь, не нужно ее преувеличивать, я написал письмо и отправил его в американскую администрацию. А решение о том, кого включать в списки, это результат долгих консультаций различных американских правительственных ведомств, для меня это такой же черный ящик, как и для вас.

Но почему, вы думаете, они предпринимателей, близких к Владимиру Путину, в список не включают? Какой вывод из этого можно делать?

Потому что люди не хотят, и понятно, что администрация любого правительства не хочет ссориться с сильными мира сего. У таких людей, как Абрамович, Усманов, Дерипаска есть большая армия высокооплачиваемых юристов и лоббистов, в том числе, в Вашингтоне, которые, конечно, работают постоянно над тем, чтобы изменить мнение тех, кто принимает решения в администрации, и чтобы они не были включены в санкции.

Это такой психологический эффект, ты хочешь оттягивать применение каких-то тяжелых трудных мер все дальше и дальше, ты думаешь, что эти санкции я всегда смогу ввести, и потихоньку оказываешься в ситуации, в которой ты не хочешь оказываться. Здесь можно вести аналогию, наверное, с действиями западных стран в преддверии Второй мировой войны, когда Гитлер какими-то небольшими шажками расширял свою сферу влияния, западные страны довольно спокойно на это смотрели до тех пор, пока они оказались уже в достаточно тяжелой ситуации прямого военного конфликта.

У меня к вам, Владимир, еще буквально один вопрос. Мы уже уточнили, что нет в этом списке из семи имен предпринимателей, близких к Владимиру Путину, как принято говорить. Владимир, я бы еще хотела уточнить и напомнить нашим зрителям, что помимо представителей власти, то есть людей с формальным каким-то статусом в России, есть в вашем списке еще бизнесмены и еще руководители федеральных средств массовой информации, в частности, Маргарита Симоньян, по-моему, у вас там была, и Владимир Соловьев. Вот что вы думаете по поводу их перспектив? Насколько в Соединенных Штатах вообще всерьез относятся к предложению ввести против пропагандистов, как вы говорите, и мы говорим, скажем прямо, санкции.

Я не очень задумываюсь над тем, что думают в американской администрации по поводу Симоньян и Соловьева, моя роль — заявить нашу позицию, моя роль — предать публичности список тех людей, кто, мы считаем, участвует в подавлении прав человека в России, в лживой пропаганде.

Но они с вами не консультировались? Я прошу прощения, Владимир, я вас перебила, извините. Не было ли дополнительных вопросов, а вот этот кто у вас тут человек, Соловьев? Не было такого?

Не консультировались.

Не консультировались, ясно. Наверное, тогда последний вопрос. Как вы дальше планируете в этом направлении работать, с кем планируете общаться? Хотелось бы, конечно, получить какой-то инсайд о дальнейшей деятельности вашей в контексте санкций. Вы же говорите, это начало. Что дальше будет?

Необходимо понимать, что санкции это очень небольшая часть того, чем мы, как команда, сформировавшаяся вокруг Алексея Навального, то, чем мы занимаемся, 90% того, что мы делаем в России, это расследования, это наша медиа активность, это работа наших региональных штабов. Санкции это есть такое направление работы, мы будем продолжать этим заниматься. Мы не то чтобы возлагали большие надежды на решения западных правительств, мы не очаровываемся тем, что западные правительства будут полностью слушать и следовать нашим рекомендациям, так мы и не разочаровываемся тем решениям, которые приняты.

Но они слабые, эти решения, на ваш взгляд, если называть вещи своими именами, или нет?

Ничего не кончается сегодня, это просто очередной шаг в развертываемом процессе. Россия противопоставила себя всему миру, и это имеет свои последствия, это объективный процесс.

Владимир, напомню вам и опять же нашим зрителями, что некоторые представители российских федеральных медиа, в частности, те самые люди из вашего списка, называют подобную позицию, когда вы направляете список в администрацию президента, чуть ли не изменой родине, поскольку вы способствуете принятию ограничительных мер против, как они говорят, страны. Чем вы отвечаете?

Вы понимаете, что те предложения, которые мы направляем, они касаются конкретных людей, конкретных людей, которые замешаны в той системе экономической и политической коррупции, которая сложилась в России. Мы не поддерживаем санкции против каких-то отраслей, против отдельных компаний, которые могут привести к снижению уровня жизни населения в России. А санкции против Абрамовича, мне кажется, никак на жизнь россиянина не повлияют, разве что они, мне кажется, отобьют охоту у тех, кто поддерживает эту власть, дальше ее поддерживать.

Большое вам спасибо.

Фото: Владимир Ашурков / Facebook

*По решению Минюста России ФБК включен в реестр НКО, выполняющих функции иностранного агента

Купите подписку

Вы уже подписчик? Войти

Другие выпуски
Популярное у подписчиков Дождя за неделю
Лучшее на Дожде
Партнерские материалы
Россия — это Европа
Россия — это Европа
Россия — это Европа