С Китаем считаются, и с нами будут. За призыв к насилию сайты будут закрывать

Здесь и сейчас
23 апреля 2013
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть

Блокируем дальше. Рекомендация российским властям от экспертов Фонда развития гражданского общества ограничить доступ к сайтам, где речь идет о насилии. У нас в гостях  руководитель фонда, бывший начальник управления внутренней политики администрации президента Константин Костин.

 Лобков: Правильно ли я понимаю, что  призывы к насилию, в том числе на массовых акциях, могут теперь служить, по вашим рекомендациям, достаточным основанием для блокировки сайта?

Костин: Мы предлагаем это рассмотреть. Речь идет не столько о блокировке всего сервиса, сколько о блокировке аккаунта на какое-то время, где подобные призывы существуют. Напомню, этот вопрос достаточно широко обсуждался в Великобритании. Это такая же континентальная модель фильтрации интернет-контента, которая свойственна России. После беспорядков летом 2011 года, когда через твиттер координировались фактически стычки с полицией, нападения.

Кремер: В Великобритании этот вопрос только обсуждался, тем не менее, никакого закона принято не было. Согласно вашим рекомендациям, как отличить призывы к насилию от призывов к справедливости, например?

Костин: Призывы к насилию – это просто. Это прямые призывы к нападению на представителей органов правопорядка.

Лобков: К физическому нападению?

Костин: К физическому нападению. Но такие же призывы у нас были.

Лобков: А судьи кто?

Костин: Послушайте, если русским языком написано.

Лобков: Роскомнадзор?

Костин: Судьи у нас…

Лобков: «Судью на мыло» -  значит, взять судью, сварить и сделать из него мыло. Расширительное толкование – то, чего опасаются…

Костин: Мы имеем в России несколько примеров, когда, допустим, были нападения на правительственные учреждения, скоординированные через интернет. Были нападения на сотрудников полиции в тех или иных массовых акций, и не только оппозиционных. И этому надо каким-то образом противостоять.

Кремер: А разве нападения на полицейских согласовываются в открытом доступе в интернете? Или на всякий случай нужно заблокировать и побочные, например, несанкционированные митинги, шествия, которые могут привести к насильственным действиям, например?

Костин: Я считаю, что у нас демократическая страна, каждый имеет право выходить на мирные митинги, выражать свою точку зрения, в том числе, если она не совпадает с мнением власти. Но есть существенное отличие: если люди заранее собираются устроить нападение  на офис какого-то правительственного учреждения и договариваются об этом в открытом доступе, это, как правило, происходит не в твиттере, а на неких гостевых форумах…

Лобков: В закрытых сообществах…

Кремер: В закрытых группах… Каким образом можно проникнуть в закрытую группу Facebook, где происходит такого рода обсуждение?

Костин: Во-первых, это может делать сам сервис, если будут приняты соответствующие…

Кремер: Так, а кто будет ответственным за это? По вашим рекомендациям, это должен сервис делать?

Костин: Мы предлагаем этот вопрос пообсуждать. На самом деле, как вы правильно сказали, в Великобритании тоже не пришли к однозначному механизму.

Кремер: Но мы же во многих вопросах впереди планеты всей.

Костин: Может быть, я говорю сейчас про интернет. Тем не менее, они пока обсуждают, разговор не закончился, они действительно пытаются разработать какой-то алгоритм, который позволял бы все-таки противодействовать подобного рода противоправным действиям. Мы тоже предлагаем вам этот вопрос обсудить. Если в твиттере кто-то размещает призыв нападать на полицейских, я же не предлагаю выключить твиттер, но заблокировать конкретный аккаунт можно. И сделать это оперативно. Тем более, что, как правило, это происходит с фэйковых аккаунтов. Эти аккаунты создаются для провокации, они исчезают.

Лобков: «Яндекс» по постановлению Адыгейского суда на 40 минут весь заблокировали, потому что «Ростелекому» показалось, что этот адрес совпадает с IP-адресом, обозначенным в судебном черном списке экстремистов.

Костин: Мы говорим о недостатке, который сейчас есть в существующей системе, потому что у нас блокировка происходит по IP-адресу. Это устаревшая система, принцип «один сайт – один IP-адрес» уже давно не действует. На одном IP-адресе может быть сотня разных сайтов, поэтому мы предлагаем до конца реализовать британскую систему, там двухуровневый контроль: по IP-адресу и по адресу непосредственно сайта.

Лобков: Представим себе ситуацию: вполне легитимный ресурс, некий белоленточный ресурс, мы все равно говорим накануне 6 мая, и некий бот какого-то темного происхождения начинает постить коменты в ответ накакие-то разумные призывы где-то собраться, погулять: «А давайте не просто погуляем, а кому-то морду набьем». Это будет замечательное оружие. Ведь тогда вся эта ветка…

Кремер: Всю эту группу можно заблокировать, просто потому что в ней появился провокатор.

Костин: В любом случае, существует модерация, можно придумать более таргетированное воздействие. Интернет этим и отличается от других СМИ.

Кремер: Так кто будет за это ответсвенным?

Костин: Я говорю, что тут надо обсудить с представителями индустрии, потому что сами сервисы, владельцы сайтов значительную часть нагрузки могут на себя взять.

Лобков: Есть неуступчивые владельцы сайтов. Например, Павел Дуров. Мы видим, что судьба его сложилась странно, как минимум. Был куплен практически контрольный пакет, а сам он исчез в неизвестном направлении. А он отличался своей публичной неуступчивостью.

Кремер: Тогда можно поставить таким образом вопрос: как вы рекомендуете поступать с неуступчивыми владельцами сайтов.

Костин: Я считаю, что если будет в результате выработана какая-то норма закона, ее все должны соблюдать. И собственно так происходит во всем мире. Поэтому… Ситуация с Павлом Дуровым: он мог поступить так, мог поступить по-другому. Решения судебного не было, потому что его достаточно долго получать.

Кремер:  А если бы это был иностранный ресурс, который существует по своим правилам и по правилам того государства, в котором он основан, где находятся серверы.

Костин: Все глобальные ресурсы в каждой конкретной стране действуют в соответствии с ее национальным законодательством. И глобальные ресурсы в Китае соблюдают правила, которые есть  в Китае…

Кремер: А если они не соблюдают, то оказываются заблокированными.

Костин: Да.

Кремер: Соответственно, у нас может произойти то же самое?

Костин: Понимаете, российский рынок очень привлекателен, и я не думаю, что из-за таких вещей…

Лобков: Что из-за пары оппозиционеров…

Костин: Не из-за пары оппозиционеров, что из-за пары хулиганов. Я не думаю, что все оппозиционеры у нас хулиганы, я довольно много их знаю лично, что все они хотят нападать на полицейских и провоцировать какие-то противоправные действия, и кто-то всерьез будет рисковать своим положением на рынке.

Лобков: А там как будет прописано: «насилие» или «насилие в отношении представителей власти»? Уже теперь «Морозко» можно на педофилию натянуть и так далее. Знаем все эти примеры. Удачными двумя-тремя юридическими манипуляциями слово «насилие» - роскошное слово, которое можно на все натянуть. И что этим будут пользоваться сотрудники того же центра, правоохранительные органы, которым вы дадите в руки мощное оружие.

Костин: Здесь максимально конкретно и четко это надо прописать. В конце концов, есть у нас действующий Уголовный кодекс.

Кремер: Там тоже есть вещи, которые там так прописаны…

Костин: Там вилки наказания есть, а там, где речь идет о преступлении и о характеристике преступления, там все достаточно четко.

Лобков: Давайте обсудим с вами сегодняшнюю ситуацию. Сегодня в твиттере агентства Associated Press  появилось сообщение, что в Белом доме взорвались две бомбы и Барак Обама ранен. Вот мы показываем вам скриншот. Этого не существует, это фальшивый аккаунт…

Кремер: Это не фальшивый аккаунт, аккаунт совершенно реальный…

Лобков: Но его взломали хакеры,…

Кремер: …опубликовали там то, что они хотели.

Лобков: Многие, в том числе государственные информагентства успели это перепечатать, потом отказывались от своих слов. С Обамой все спокойно, но вы придумаете какие-то законы, появляется какой-то хакер и взрывает ситуацию. В это время какой-то митинг, стоят 20-30 тыс. человек. Никто в отличие от нас не будет разбираться и смотреть фальшивый аккаунт или нет. Не бессмысленны ли ваши усилия по контролю над интернетом, когда такое появляется каждый день?

Костин: Вы сейчас подняли вопрос киберпреступности. Понимаете, есть определенная плата за свободу в интернете, у нас все-таки интернет свободен. К сожалению, такие проявления, взломы – это неизбежная плата. Здесь работают правоохранительные органы. Работают сами сервисы, которые пытаются противодействовать хакерам, но такие случаи возможны.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия