Российская государственная библиотека продолжает проверять диссертации чиновников и депутатов: уровень плагиата зашкаливает

Здесь и сейчас
30 сентября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Директор Российской государственной библиотеки Александр Вислый подтвердил, что большая часть диссертации депутата Госдумы Владимира Бурматова состоит из заимствований. При этом ведущий эксперт Российской государственной библиотеки Андрей Сазанов ответил и на претензии самого депутата к библиотеке.

Сазанов опроверг заявления о том, что на проверяющих оказывали давление и указал, что, мол, при проверке его диссертации никто рук экспертам не выкручивал.

Андрей Сазанов был с нами в студии, поговорили с ним о том, в каких условиях эксперты проверяют диссертации депутатов и чиновников.

Макеева: Речь идет о тех, кто защищался в Московском педагогическом университете? Речь идет о той проверке почти годичной давности? Или это уже какая-то новая история?

Сазанов: Эта та самая проверка годичной давности, результатом которой были известны решения по Московскому педагогическому университету с рекомендацией снятия соответствующих степеней с тех фигурантов, которые там были. Был довольно большой список, Бурматов был в числе тех, кто, что называется, был лидером этого списка. Количество заимствований мы определяем исходя из сравнения с диссертацией. Потому что согласно условиям нашей работы, мы сравниваем те тексты, которые нам присылают, и те тексты, которые хранятся в фондах Российской государственной библиотеки. Результатом этого и являются выводы о том, имеем ли мы дело с плагиатом или это оригинальная диссертация. В случае с Бурматовым, честно сказать, заимствование просто зашкаливало. 61% - это лишь верхушка того айсберга, который там есть на самом деле. Потому что, если мы будем брать сравнение по интернету и его источникам, а также по опубликованным материалам, то я боюсь, что заимствований будет даже 90%. Результат абсолютно очевиден.

Макеева: Минобрнауки, которое поручило вам провести эту проверку, приняло от вас эти результаты, но оно какие-то действия будет принимать? Или вы теперь остались один на один с депутатами, в том числе и с Бурматовым?

Сазанов: Как вы помните, рекомендацией той комиссии, которая работала по Московскому педагогическому университету, было рассмотрение вопроса о снятии степеней, как незаслуженно присужденных.

Макеева: С января прошло довольно много времени.

Сазанов: Безусловно. Понимаете, Министерство образования и науки – структура консервативная. До поры до времени, пока это не зашкаливало, я думаю, что они всеми фибрами души старались не принимать никакого решения. Это их стилистика.

Макеева: Ничего себе консервативное, простите, ведомство. У нас реформируют РАН, такие основы потрясают, а тут не могут сделать выводы в отношении нескольких людей, проверку диссертаций которых вы провели.

Зыгарь: В отношении тех людей, которые активно ведут борьбу против Минобрнауки, обвиняют в травле, обвиняют в заказе.

Макеева: И вам же вынесли благодарность за эту работу, и никто до сих пор не сомневался, что вы все правильно проверили.

Сазанов: В этом сомневаться абсолютно не приходится, поскольку у нас экспертиза построена так, что она абсолютно независимая. Мы не зависим от Минобрнауки, поскольку библиотека подчиняется Министерству культуры. Мы в данном случае просто приняли просьбу Минобрнауки проверить эти диссертации, даже просьбу комиссии скорее. То есть она абсолютно независимая и как-то на нас влиять с этой стороны смешно. Про «выкручивание рук», наша экспертная группа просто рассмеялась, когда это услышала, и первая реакция была: «Ну им руки выкрутишь».

Зыгарь: Скажите, а будут ли какие-то последующие проверки? Планируется ли какая-то системная работа по проверкам работ? Я думаю, что многие наши зрители хотели бы, чтобы я продолжил свою фразу словами «по проверкам работ депутатов Госдумы».

Сазанов: Чтобы специально такую задачу ставить, этого нет. Но то, что к нам попадает, мы проверяем. У нас очень большой объем проверок, он включает, в первую очередь, те высшие учебные заведения, которые хотят у нас проверить свои работы, и среди них попадаются отдельные заявки, например, от Министерства внутренних дел, недавно была у нас заявка на проверку на плагиат, от других министерств, в том числе от Минобрнауки. То есть нельзя сказать, что мы только работает на проверку Госдумы.

Макеева: Министерство внутренних дел, оно вам сразу пакетно несколько диссертации или в отношении какого-то одного своего сотрудника?

Зыгарь: Или наоборот, в отношении подозреваемого какого-то?

Сазанов: Судя по тексту письма, которое мы получили, это скорее всего подозреваемые. Вот там была заявка на трех лиц, один проверенный дал абсолютный рекорд по плагиату – 92%. Текст абсолютно заимствованный.

Зыгарь: И это когда-либо чем-то заканчивалось? Лишают кого-то степеней?

Макеева: Или если МВД этим занимается, может быть, чем-то еще более суровым.

Зыгарь: Или свободы лишают.

Сазанов: Прецеденты есть, что лишают степени. Но здесь, конечно, нужно решение министерства, потому что до недавнего времени ВАК не мог даже эту процедуру организовать, потому что по соответствующей законодательной базе, это не входило в компетенцию ВАК. Теперь, после последних указов Медведева, у ВАК есть такая возможность, и надеемся, что он этой возможностью воспользуется, потому что то с чем мы имеем дело, объем этих плагиатных диссертаций просто зашкаливает. И конечно, прежде всего, это чиновники. Если, скажем, у нас диссертация чиновника, которую он написал во время отправления своих полномочий чиновника, то процентов на 80 я могу сказать, что эта диссертация заказана, есть такие фирмы, скажем, «Диссертации на заказ», их огромное количество, я даже их какую-то статистику веду. Обычно заказывают там  и заказывают на время где-то написания диссертации за 6 месяцев. За 6 месяцев никакая наука не делается, как вы понимаете. И в итоге, по результатам все сразу видно. Поэтому этот процесс надо продолжать дальше, продолжать максимально жестко. Иначе мы стоим перед реальной угрозой дискредитацией российской науки.

Зыгарь: Смотрите, в последнее время борьба с плагиатом в диссертациях стало довольно модной темой, и помимо вас как официального органа, который занимается проверкой, существует еще много некоммерческих, добровольческих организаций, которые похожим занимаются. «Диссернет», например, занимается Сергей Пархоменко.

Сазанов: Нет. Вернее, я регулярно просматриваю порталы, которые ведет Сергей Пархоменко, его комментарии. Но так чтобы мы сотрудничали, этого нет, хотя иногда есть интересные вещи, когда скажем, проверяют диссертацию блогеры и потом официальное заключение этой диссертации попадает к нам. В большинстве случаев результаты совпадают.

Зыгарь: То есть тренируются на них, а потом, если что-то есть, сразу…

Сазанов: Я бы не сказал, что тренируются, поскольку блогеры выбирают то, что считают нужным, их политический аспект интересует прежде всего. Делается выборка знаковых фигур и они это проверяют. Как правило, ошибки у них бывают, но мало.

Макеева: Технологии похожи? Система «Антиплагиата»: кто ее разрабатывал, кто этим занимался?

Сазанов: Система была разработана группой во главе с Чеховичем. В принципе, суть этой системы в том, что система высвечивает совпадающие фрагменты текста. Но анализ и выводы целиком лежат на эксперте, потому что система высвечивает не только то, что заимствовано грубо, некорректно, но и то, что дано со сносками. И вот задание эксперта - проверить каждое такое совпадение и написать вывод: плагиат это или корректное заимствование. Это не механическая работа.

Макеева: У вас на сайте относительно вот той зимней проверки говорится, что были обнаружены заимствования от 13 до 87%. А 13%, можно ли вообще считать, что это плагиат? Например, работы цитируются.

Сазанов: Вопрос не в процентах на самом деле, потому что можно скопировать из 180 страниц концептуально, то есть сдуть всю концепцию. И это будет плагиат. Дело не в процентах, дело в сути. Есть или нет. И второе, как это сказывается на выводной части работы. Если это выводная часть работы, то вопросов нет – это абсолютный плагиат.

Макеева: То есть система позволяет и такой вывод тоже делать? Или вы смотрите на количество заимствований и потом уже люди сами анализируют?

Сазанов: На самом деле, количество – это только ориентир. Если машина выдает 90% заимствований, там все ясно. Но когда, например, машина выдает 20%, тут мы внимательно смотрим, то есть решающее слово все равно за человеком. Машина сама по себе выводов не делает, что написано на сайте «Антиплагиата», кстати. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.