Режиссер Виктор Рыжаков о том, как изменилось культурное пространство Москвы за последние несколько лет

Здесь и сейчас
8 сентября 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Комментарии доступны только подписчикам.
Оформить подписку
Собянин влияет на культуру. За время правления Сергея Собянина, ныне исполняющего обязанности мэра Москвы, изменились не только центр Москвы, но и театры. Около года назад и.о. главы департамента города Сергей Капков всерьез озаботился проблемой сменой поколений в театрах.

Разрешение проблемы предложил Центр Мейерхольда. Его художественный руководитель Виктор Рыжаков предложил создать «Школу театрального лидера» – пространство, где молодые актеры могли бы решать творческие и другие конфликты. По замыслу самих создателей эта школа должна кардинально поменять ситуацию в театральной среде. Как повлияло это инновационное начинание и как изменилась культура за время правления Собянина – обсудили с Виктором Рыжаковым, художественным руководителем Центра имени Мейерхольда и руководителем проекта «Школа театрального лидера».

Дзядко: Скажите, если смотреть на этот тренд последних лет, то мы помним, например, довольно скандальную историю с театром им. Гоголя, мы помним, что перемены есть и в других театрах. Как можно определить, дать эпитет тому, что в культурной сфере московской жизни происходит?

Виктор Рыжаков: Если естественным способом это не может происходить, значит, должны быть какие-то активности, которые позволяют этому произойти. Мне кажется, что после какого-то периода безвременья, театр, как и любая область человеческого существования, имеет свои кризисы и переживает какие-то моменты своей стагнации. Был какой-то период, когда мы не знали, куда дальше идти. Театр в своей форме, своей организации, может быть, не до конца соответствовал сегодняшнему времени, когда театр стал локальнее. Можете себе представить: раньше театр мог собирать тысячи и более зрителей. Сегодня многие собирают, но само театральное искусство сегодня говорит другим голосом – голос, который могут услышать люди…

Дзядко: Стало более элитарным, или?..

Виктор Рыжаков: Нет, не стало более элитарным. Просто аудитория людей, которые могут придти в театр – это более избирательная публика. Мне кажется, что потребность в театре, как в большом зрелище, если исключить только оперный театр (мы сейчас говорим только о драматическом театре), конечно, более элитарный, когда разговор идет непосредственно глаза в глаза. Но дойти до театра, сделать усилие становится сложнее и сложнее, когда в шаговой доступности от тебя телевидение, интернет, любые гаджеты.

Дзядко: Это хорошо или плохо?

Виктор Рыжаков: Это время. Нельзя говорить «хорошо» или «плохо» - время пришло. Вот оно пришло такое, когда нужно его учитывать. И когда мы говорим «современный театр», «современное искусство», это не значит «лучший» или «хороший» - это тот, который изменяется, тот, который неравнодушный к тому, что происходит вокруг, тот, который готов считаться с этим временем и с тем, что происходит вокруг. Не считаться с этим – это значит, не признавать современности и вообще, что вокруг что-то происходит. Поэтому любые изменения, они всегда болезненно воспринимаются любым человеком, тем более в театральном организме, который по своей сути консервативен. Искусство - консервативное. Потому что очень долго выкладывается дорога через традиции к какому-то знанию профессиональному и потом за один день изменить среду или ту обстановку, в которой жили эти люди, конечно, невозможно. Но мне кажется, это и необходимо, потому что театр – единственное место, где человек не должен успокаиваться и быть равнодушным. В театре не должно быть удобно. Театра – это не квартира, в которую ты приходишь и раскладываешь свои вещи, а место, куда ты приходишь о чем-то очень важном говорить. Артисты и художники – это люди неспокойные, неспокойно проживающие свою жизнь, переживающие свою жизнь. Поэтому все, что происходит сегодня в городе и все новации, которые попытались сегодня в город привнести новые лица в руководстве, в том числе и Сергей Капков, - это, прежде всего, желание увидеть время сегодня и не отворачиваться от тех проблем, которые существуют и соответствовать этому времени. И не эстетически, а именно внутреннее, когда мы говорим о каких-то проблемах, что внимание к человеку еще более обостренное. И рассматривать его под увеличительным стеклом, как делали по привычке многие годы назад, потеряв какой-то критерий, просто смешно. Сегодня должно что-то произойти.

Дзядко: Скажите, а как найти правильный баланс? Опять же вспоминаю про ситуацию вокруг театра им. Гоголя, когда, с одной стороны, большое количество людей, которые выходили на акции протеста даже, они говорили: «Оставьте театр в том виде, в котором он был, мы сюда привыкли ходить, платить низкую сумму за билеты», а, с другой стороны, их оппоненты говорили: «Нет, в этом театре все покрылось пылью и надо его обновлять, что-то менять». Как найти правильный баланс, чтобы и те, и другие были довольны?

Виктор Рыжаков: Вы знаете, если найти в искусстве баланс, то тогда оно исчезнет. Это не место баланса - это, конечно, место большого внутреннего неспокойствия на душе. Вот найти баланс – это значит, найти ту среду, в которой всем сестрам по серьгам. Так не бывает, всегда будет кто-то обиженный, всегда. Это как в спорте: не могут быть все. Вот сегодня мы получали какие-то награды, а завтра для того, чтобы получить, надо вкалывать в два раза больше. Поэтому человек успокаивается, это свойственно ему. И мне кажется, любая ротация, обновление – это закон такой жизни. Смотрите, какое большое количество, я о замечательных актерах из старшего поколения – Светлана Брагарник – блистательная артистка и в театре Гоголя она находит свое место. Театр – дело молодых, но это не определяется возрастом. Молодость – это понятие внутреннее, как и провинция. Это понятие не географическое, а духовное. Поэтому в театре определяется все по другим каким-то законам: неравнодушие, не стать сегодня человеком, который будет говорить «а раньше было хорошо или плохо». Не нужно оценивать время, нужно жить в этом времени. Ни вчера, ни завтра, а сегодня.

Дзядко: Вот если говорить про время. Если смотреть на Москву вообще как на некое пространство, у этого города какой образ, он вообще существует? Или это город, где друг с другом не связаны районы, не связаны люди, не связано ничего? Или же это какая-то цельная все-таки история?

Виктор Рыжаков: Вы знаете, мне кажется, должно пройти немало времени, после такого периода одного, который был в Москве, и был определенный стиль жизни выработан. Я не могу говорить, хорошо это было или плохо, но он был такой. Я люблю Москву в том виде, в котором она есть, даже в том, в каком она сейчас, но какой я хотел бы ее видеть – это другой вопрос. И поэтому то, что началось несколько лет назад, я думаю, во всяком случае, в нашей отрасли пришли неравнодушные люди, которые слышат и не пришли управлять культурой, а пришли вместе с нами что-то изменять. Поэтому услышало нынешнее руководство, что должен быть бессрочный контракт в театре и для артистов, и для художественных руководителей изменен, это должно быть нормальным срочным контрактом подтверждено – они занимаются этим. Нужна прозрачность назначения руководства, нужны открытые голосования художественных программ для театров – пожалуйста. Сегодня это пытаются сделать. Пусть этот механизм еще не отработан и у него есть какие-то издержки, но не делать эти попытки сегодня смерти подобно. Не пытаться реформировать сегодняшний театр, не запретить то, что было раньше, а реформировать, обновить его. Каким образом – это другой вопрос. Я вам скажу, что, конечно же, на своем опыте и нашей программы, которую мы начали в Центре Мейерхольда вместе с Еленой Ковальской и моими коллегами, не все так просто. В теории легко нам казалось, на практике все сложнее. Поэтому сегодня судить о каких-то изменениях в театре, а кто-то готов сразу говорить «вот, видите, ничего не получилось» - нет, не всегда с ходу получается, нужно время какое-то. Главное – есть намерение серьезное людей что-то изменять, по-другому проживать сегодняшнюю жизнь. И театры, в которых произошли какие-то изменения, я верю, что что-то полезное там произошло и у них там есть сегодня другое совершенно будущее. А отказываться от дома, который мы когда-то придумали – театр-дом – ну, тоже не стоит. В теории все проще, а на практике надо вкалывать.

Дзядко: Спасибо большое.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.