«Разочарование. Сожаление. Доигрались». Политолог Андреев о реакции Болгарии на отказ России от «Южного потока»

Здесь и сейчас
2 декабря 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Россия отказалась от строительства «Южного потока», на который было потрачено почти пять миллиардов долларов.

Вместо трубы в Болгарию будут строить газопровод в Турцию, через него топливо будет поставляться странам Южной Европы. О таком решении объявил накануне Владимир Путин во время визита в Турцию. «Решение принял лично президент из-за позиции Еврокомиссии, которая в течение нескольких лет не давала разрешения на строительство газопровода», – пояснил журналистам глава Минэнерго Александр Новак.

Татьяна Арно обсудила причины отказа от «Южного потока» с Олегом Андреевым,  политологом, специалистом  по международной регионалистике по проблематике «Европейский Союз и Российская Федерация».

Арно: Владимир Путин официальной причиной отказа от «Южного потока» называет некую благоприятную позицию Евросоюза по поводу строительства газопровода. И вот буквально полтора часа назад пришел ответ из Брюсселя. Некий источник в Брюсселе сообщил «Интерфаксу» о том, что там никогда не говорили, что проект им не нравится: «Создание «Южного потока» стоит больших денег. В условиях, когда цены на газ и нефть идут вниз, строительство «Южного потока» становится экономически невыгодным. Этот проект стоил бы «Газпрому» много денег, и теперь ему удобно найти маленькую Болгарию и ругать ее за срыв проекта». Также источник подчеркнул, что «в ЕС никогда не говорили, что «Южный поток» нам не нравится». По вашему мнению, какая версия больше похожа на правду – Евросоюза или Владимира Путина?

Андреев: Надо сначала узнать, что это за такой анонимный источник из Брюсселя. Понимаете, таких анонимных источников может быть очень много. Вообще мне не хочется эту информацию комментировать, потому что «Южный поток» - это сложная проблема, это долголетняя проблема, и тут все люди, все игроки известны, и они все – политики, депутаты, президенты, премьер-министры. И вот то, что сейчас происходит, допустим, в Болгарии, я вам кратко могу сказать. Три вещи сейчас происходят в Болгарии. Первая – это разочарование после того, как узнали о решении Москвы, Путина. Второе – это сожаление, почему так произошло, это же были бы рабочие места, работа на долгую перспективу. А третья – появилась такая точка зрения, что доигрались, потому что эти колебания руководителей Болгарии, Европейского союза: «Да, будем строить. Да, не будем строить. Да, приостанавливаем. Да, не приостанавливаем». Вот такая ситуация.

Арно: А если не комментировать конкретные заявления некого источника в Евросоюзе, а просто если мы начнем рассуждать. Все-таки непростая сейчас экономическая ситуация, падение цен на нефть и падение рубля все-таки могло повлиять на принятие решения о строительстве «Южного потока»?

Андреев: Теоретически, конечно, могло повлиять, потому что стоимость такого мегапроекта, каким является трубопровод «Южный поток», конечно, уже много было вложено, уже называются суммы, да, кто-то из супертехнических экспертов называет 4 миллиарда долларов, кто-то называет 5 миллиардов долларов. Но сколько можно тратить и списывать на убытки? Конечно, это не будет списано на убытки, особенно в том свете, что президент Владимир Путин сказал, что эту трубу мы повернем, но на 90 градусов, вместо того, чтобы пересекать Черное море с востока на запад, теперь труба будет идти с севера на юг. Да, экономить деньги нужно, да, у «Газпрома» деньги огромные, но я не исключаю, что «Газпром» где-то пересматривает сметы своих расходов.

Арно: А вообще, если отстраниться и взять два проекта – «Южный поток» и этот новый турецкий, так сказать – если вы будете их сравнивать, насколько каждый из них по стоимости, по рентабельности лучше или хуже и выгоднее для России?

Андреев: ...Затраты будут соизмеримые, но, на мой взгляд, дешевле будет построить трубу и протянуть до Турции, там до границы, как уже объявлено, с Грецией, и о строительстве там комплекса по сбережению газа. Конечно, тут затраты будут меньше в турецком направлении, потому что затраты, а сначала по дну Черного моря, потом в Сербию, потом с ответвлениями, потом в Венгрию и потом в Австрию, тут дистанция намного большего размера.

Арно: Пострадает ли Европа от такой перемены позиции, от того, что теперь совсем по-другому этот газопровод пройдет?

Андреев: Я думаю, пострадает. Дело в том, что я изучал этот вопрос о поставках в Европу газа и нефти на примере Германии из России, из Норвегии. Так вот по газу 10 лет назад был такой баланс – 40% газа в Германию шло из России, 40% газа шло из Норвегии, а 20% в Германию шло из других источников. Свой шельф на берегу Северного моря и Северной Африки и так далее. Я думаю, что сейчас баланс будет меняться. 40% России, я думаю, будет уменьшаться, и может, технические специалисты говорят, дойти до 30%. А где эти недостающие 10% будет брать Европа, в частности Германия, вот это очень хороший вопрос, излишков газа при производстве, теоретически газ, конечно, есть, но это нужны месяцы, годы, чтобы его поставлять в Европу. Я думаю, да, Европа сейчас будет в щекотливом положении, они должны будут организовать мозговую атаку, чтобы по этому вопросу думать.

Арно: Все тот же таинственный источник в Евросоюзе, отвечая на этот вопрос, сказал: «У нас проблем с запасами газа нет».

Андреев: Правильно. В принципе все страны запасливые, есть хранилища и так далее. И на данные месяцы или зиму проблем не будет, но газовые поставки они и есть газовые поставки, все договора заключаются на 10-15 лет. Будет сложное положение, Европе придется очень сильно думать, и специалистам техническим, и политикам, депутатам и так далее. 

Фото: Коммерсантъ

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.