Президент Российского еврейского конгресса Каннер: мы его защищаем, потому что его еврейство было выдвинуто ему в вину

Здесь и сейчас
3 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
За сельского учителя Илью Фарбера, накануне осужденного на семь лет и один месяц лишения свободы, как выяснилось сегодня, пытались вступиться представители иудейских религиозных организаций. Однако ничего не вышло: учителя обвинили в вымогательстве взятки у бизнесмена, который занимался ремонтом сельского клуба, и, что необычно в таких ординарных случаях, делом занимались сотрудники ФСБ. Планируют ли после приговора религиозные деятели повлиять на судьбу Фарбера на стадии апелляции, Лика Кремер и Павел Лобков в прямом эфире узнали у президента Российского еврейского конгресса Юрия Каннера. 

Кремер: Планируете ли вы помогать, и каким образом?

Каннер: Нужно внести ясность, что я не представляют религиозную организацию. Я представляю организацию национальную. Фарбер больше намного русский, чем еврей. Мы его поддерживаем не потому, что он еврей, а потому, что его еврейство было выдвинуто в вину, в доказательство того, что именно он как еврей не мог бескорыстно действовать.

Кремер: Я могу процитировать прокурора: «Человек с фамилией Фарбер не мог помогать детям бескорыстно».

Каннер: Да. Именно на этом основании был отменен предыдущий приговор Верховным Судом, потому что он был вынесен вердиктом присяжных, его невозможно было по-другому отменять. Но прокурор, который это сказал, не понес никакого наказания. Это явные признаки преступления, разжигания межнациональной розни. Мы помогаем именно поэтому. Помогаем мы по двум направлениям: мы оказываем материальную поддержку из своих ресурсов. Мы объявили сбор средств. Сегодня  меня спрашивают, какова перспектива. Учитывая, что вынес судья, адвокаты, скорее всего, будут обжаловать решение, мы не занимаемся адвокатами – адвокатами занимается семья. Там есть отец, мама, есть сын, они занимаются сутью дела. Мы оказываем материальную поддержку и моральную поддержку. Мы пытаемся поднять общественность. Именно русская общественность… в этом году 100 лет делу Бейлиса. Бейлиса оправдал суд присяжных, состоящий полностью из русских православных, в основном крестьян, чиновников. Почему оправдал, потому что русская общественность во главе с Короленко и мировая общественность вступилась в защиту сфабрикованного дела. Меня спрашивают, виноват ли Фарбер. Я человек из бизнеса. Я не был подрядчиком, я был строительным заказчиком. Я знаю, что такое строительный заказчик. Конечно, этот робкий человек… Представьте себе волка, который попал в другой лес. Конечно, не раздав взятки зайцам и кроликам, он не мог бы в этом лесу ничего сделать. Так и этот подрядчик, который вынужден был дать взятку заведующему клубом. Но это  только смешить людей. Я работал 17 лет в селе, я знаю, что такое завклубом, что от него зависит.

Лобков: Этот антисемитизм деревенский мог ли стать причиной самого обвинения? Приезжает некий Фарбер, начинает нас учить жизни, рисовать пустоту на уроках рисования, или устраивать чуждые праздники Дня всех святых. Возникает вопрос.

Каннер: Я в русской деревне прожил 17 лет и работал в колхозе из них 14. Я не сталкивался с таким, то народ очень … Не надо оболванивать народ. Если его не пугать всякими глупостями, каждый человек хочет успеха и счастья своим детям. Если они видят нормального учителя, они счастливы. Это огромная проблема сегодня выучить своих детей. В школе родители отличают хорошего учителя от посредственного. Другой вопрос, что когда травля в селе – это жуткая вещь. Когда человек попал в межклановую ситуацию, не разобрался, село существует сотни лет, там есть отношения между людьми… Это может быть. Это не связано с еврейством, ни с чем другим.

Кремер: Вы пытались обсуждать подробности, причины этого дела с представителями спецслужб, ФСБ?

Каннер: Нет. Мы не считаем это своим… Мы пишем письма по этому поводу, получаем ответы.

Кремер: Что нового вы для себя открыли, пытаясь разобраться в этом деле?

Каннер: Ничего. Грабли лежат, мы на них наступаем. Прокурор, который явно имел признаки в его действиях разжигания розни, не наказан.

Лобков: Это было на прошлой неделе.

Каннер: Это события прошлого года.

Лобков: Почему вы тогда не возбудили…

Каннер: Мы все писали. Был отменен приговор на этих основаниях.

Кремер: Но новый приговор несильно отличается от старого.

Каннер: Кроме того, что там все подчищено и придраться нельзя. Сказать, виноват Фарбер или нет,  я не знаю. Я знаю подрядчиков и ситуацию с волками и лесом.

Лобков: Раньше еврейская солидарность была настолько сильна, что имена отказников, тех, кто попадал в тюрьму за еврейские дела, зачастую ложились на стол президента во время знаменитых встреч Брежнева с Картером, например. Планируете ли вы какую-то деятельность, которая бы позволила имени Фарбера фигурировать, допустим, в переговорах Обамы и Путина?

Каннер: Я не думаю, что это является фактором межгосударственных отношений. Я не считаю, что Фарбер занимался какой-то деятельностью, связанной с евреями. Сегодня у евреев нет проблем с государственным антисемитизмом, нет проблем с властью. Те люди, о которых вы говорите, боролись с государственным антисемитизмом. Сегодня нет в России государственного антисемитизма. Я даже могу предположить, что прокурор, когда призывал к этим чувствам, ему, может, сказать больше было нечего. Но это не является предметом такого уровня переговоров. Я думаю, что это российский вопрос, внутренний. Это российская общественность должна об этом говорить. Мы все время хотим, чтобы пришел какой-то дядя и решил наши вопросы. Мы сами должны их решить. Надо Короленко, Горького, Блока. Они должны сказать свое слово. Не нужен Обама для этого. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.