Президент ФК «Открытие» Борис Минц: Далеко не все бизнесмены поддерживают Путина

Здесь и сейчас
9 февраля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Владимир Путин во второй раз в жизни пришел на съезд РСПП и снова услышал бурные и продолжительные аплодисменты, получив полную поддержку от бизнеса, как и 9 лет назад, сразу после ареста Ходорковского. Обсудили прошедший съезд РСПП с Борисом Минцем, совладельцем и председателем совета директоров ФК «Открытие».

Фишман: Наш корреспондент Антон Желнов сказал, что атмосфера была, я его цитирую, «слегка подхалимская». А как на ваш взгляд прошла сегодняшняя встреча? Она вам понравилась?

Минц: В целом понравилась, но ничем практически не отличалась от обычных этих форматов. Они у нас происходят ежегодно. Вот вы вначале сказали о том, что Путин не был 9 лет на съезде, я так точно не помню, но Путин достаточно часто бывает на мероприятиях РСПП.

Фишман: Просто разные форматы бывают.

Минц: Может, он на съезды так не приходил, но он постоянно появляется. Там, кстати, альбомы распространяли, там он практически в разных форматах присутствует. Он вел себя именно как председатель правительства, а не как кандидат в президенты и ни слова не говорил о том, что он… Весь его диалог был построен от лица человека, который является председателем правительства…

Фишман: И, видимо, собирается стать президентом…

Минц: …И он достаточно жестко в этих рамках держался.

Писпанен: Ладно про атмосферу – все понятно. Но если возвращаться к…

Минц: Судя по тому, что сейчас были ролики высказывания бизнеса, понятно, что они абсолютно разные.

Писпанен: Но, в основном, все-таки, оно едино: кто, если не он?

Минц: Вы взяли пять человек, из них два человека имеют…

Фишман: А какая палитра?

Минц: Палитра самая широкая.

Фишман: То есть, среди тех, кто сегодня был на съезде, есть те, кто активно не поддерживал?

Писпанен: Давайте не будет тыкать пальцами - это совершенно неинтересно. Мне, на самом деле, очень бы хотелось поговорить о тех самых предложениях, которые были сегодня выдвинуты, причем в очередной раз, Владимиром Владимировичем. Он уже не первый раз, чуть ли не каждую президентскую кампанию, чуть ли не каждое послание президента к Федеральному Собранию говорит о той самой нечестной приватизации. И возникает только один вопрос: а зачем о ней столько говорить и возможно ли вообще, в принципе, пересматривать эти итоги и зачем?

Фишман: И, соответственно, как его предложение для вас звучит? В этом смысле особенно к вам вопрос, потому что вы работали в Мингосимуществе, насколько мы помним, в середине 90-х.

Минц: Во-первых, я хочу сказать следующее: основная фабула, как я ее понял, она заключалась в том, что он много говорил о том, что за последние годы, особенно кризис 2008 года показал, что за последние десятилетие, последние 12-14 лет появилась новая поросль бизнесменов, которая, на самом деле, в 2008 году очень многие приложили огромные усилия, рискуя зачастую, может быть, последними своими деньгами, но постарались сохранить рабочие места, сохранить предприятия, не остановить их. И пережив вот эти трудные первые 3-5-6-7 месяцев, в конечном итоге получили достаточно позитивный результат, потому что экономика к концу 2009 года имела все-таки совершенно другую расцветку, чем это было в конце 2008 года и в начале 2009 года.

В связи с этим он говорил о том, что, с его точки зрения, крайней важно изменить отношение к предпринимателю и к предпринимательству в целом в стране. В связи с этим он считает, вот я так его понял, он считает, что одной из важных составляющих является решение проблемы с приватизацией 90-х годов, что если мы не решим вопрос о легитимности приватизации 90-х годов, нам будет очень трудно объяснить людям, что люди, которые занимаются бизнесом и предпринимательской деятельностью – это порядочные люди, это люди, которые честно зарабатывают деньги, это люди, которые приносят пользу стране и так далее.

Фишман: И он предлагает платить взнос. Он говорит: «Давайте обсуждать», но идея понятна. Идея некого единовременного откупа.

Минц: Да, он произнес эти слова, это правда. Но он их произнес таким образом, контекст такой: «Я не знаю, что делать. Вот есть предложение сделать вот так, но я считаю, что это нужно обсудить».

Писпанен: То есть, это просто вынесено на обсуждение?

Минц: «Я считаю, - говорит Путин, - что эту проблему нужно решать». Вообще, когда у него есть решение, он такой человек, парень конкретный, он конкретно формулирует то, что он считает нужным. Но в данном случае он был в таком состоянии… Проблема, на самом деле, реально тяжелая, потому что никому такого масштаба приватизации, который прошел в 90-е годы в России…

Писпанен: Там да, и свечные заводики, простите, и «Роснефть», и магазинчик маленький.

Минц: …Ни одна страна не переживала. Второе – нет никакого опыта ни в одной стране, каким бы образом можно было бы восстановить вот это чувство справедливости. А в этом смысле он прав, потому что еще древние говорили: чувство справедливости для стабильности нации, страны – это важнейшая составляющая. С моей точки зрения в доминанте он продемонстрировал некую достаточно определенную озабоченность тем, что мы не можем… Вся фабула съезда – это создание нормальной инвестиционной среды в стране.

Фишман: Меня знаете, что смущает, это не в порядке полемики, а в продолжение разговора, я разные слышу от Путина вещи, в том числе, у него бывает такое, что «а, нахапали в 90-х и теперь собираются указывать нам, как жить». То есть, он сам вполне демонстрирует презрительное отношение к приватизации, к тому, что вообще творилось в 90-х годах. То есть, он лично регулярно это делает, таким образом, может быть, усугубляет ту проблему, которую он же и предлагает сегодня решить.

Писпанен: Не очень улучшая инвестклимат для страны. Как пишет «Financial Times», большая часть вот этих госпланов по поводу приватизации и отмывания той самой нечестной приватизации каким угодно способом, и новой, которую нам тоже обещают достаточно давно, то называют цифры, то их корректируют, то в меньшую сторону, то в большую, но пока до сих пор ничего не сделано (хотя до эфира вы говорили, что это медленное поступательное движение), что это, в основном, все трюк, либо предвыборный, либо ровно на улучшение имиджа.

Фишман: У меня сложилось впечатление, что речь идет о предвыборной инициативе, которая очень сомнительно, чтобы была воплощена в жизнь. Вот вы верите, что будет принят этот некий проект единовременного взноса, откупа от приватизации? Или вы тоже считаете (это доминирующее сегодня мнение), что это его предвыборная активность?

Минц: Я думаю, что не будет. По той простой причине, что такого простого решения нет. Почему он периодически говорит об этом, хотя он сам в это время работал вице-губернатором Санкт-Петербурга…

Писпанен: Там была мощнейшая приватизация.

Минц: …И там в 90-е годы работал в администрации президента, первого президента Бориса Николаевича Ельцина, ну, на это ответить я не могу. Видимо, какое-то внутренне восприятие осталось. С другой стороны, он демонстрирует полное понимание того, что приватизировать необходимо, программа на самом деле составлена, и Шувалов достаточно активно эти истории продвигал. Я так понимаю, что там есть, как обычно, и другие силы в правительстве, которые противостоят этому процессу в той или иной степени. С моей точки зрения, понимаете, всем казалось, что приватизировать – это очень просто. На самом деле, это не совсем так. Я, как человек, который подписал 768 планов приватизации в своей жизни, я могу сказать, что, как и любая сделка, - это достаточно большая работа, которая требует большого количества навыков, политических и иных больших усилий для того, чтобы, как и любую сделку, довести до конца.

Я просто из опыта прошлогоднего, когда приватизировали Российскую финансовую корпорацию, там сделали объявление, например, но в этом объявлении забыли указать, что те люди, те компании, которые будут претендовать на ее покупку, они вообще-то должны в Центральном банке получить разрешение на приобретение банка. То есть, в финансовой организации, которая имеет банковскую лицензию. В конечном итоге аукцион был сорван по той простой причине, так как в объявлении об этом не было сказано, люди поняли, что они сначала выиграют это, потом пойдут получать это разрешение. На самом деле, это сделать невозможно, потому что право собственности и далее по тексту, так законодательство устроено. Понимаете, казалось бы, нюанс, но он приводит к срыву элементарно аукциона по продаже совершенно небольшого объекта.

Писпанен: И тогда встает вопрос: зачем вообще говорить о вот этой второй волне приватизации, о которой говорит тот же самый Шувалов и глава ЦБ, и уже огромное количество народа делит шкуру неубитого медведя? Очень многие аналитики сходятся в одном, что, скорее всего, это нужно только для того, чтобы поучаствовал новый подросший олигархат в этой истории, потому что они не смогли поучаствовать в первой приватизации, или для того, чтобы просто деньги чиновников, которые сейчас выведены куда-то в офшоры, вернуть в Россию, чтобы они смогли хоть что-то купить. Вы с этим согласны?

Минц: Я с этим не согласен. Просто потому, что это не получится. Я думаю, что, на самом деле, представители экономического блока - тот же Шувалов и Набиуллина - прекрасно понимают и искренне хотят эти процессы реализовать, но, к сожалению, я думаю, что им не хватает неких навыков и политической воли для того, чтобы реализовать эту программу. Это нетривиальная задача в нашей стране и нужны серьезные усилия.

Фишман: Как вы смотрите на предложение Путина банку ВТБ выкупить акции участников народного IPO?

Писпанен: Я бы все-таки акцентировала – предложение Путина банку.

Фишман: Не считаете ли вы это таким двусмысленным сигналом и бизнесу, и игрокам рынка?

Минц: На самом деле, насколько мне известно, это было предложение менеджмента и я, в общем-то, их понимаю, понимаю мотивы, почему они это предлагают. С моей точки зрения, на эту ситуацию нужно посмотреть следующим образом: мы периодически на рынке имеем некие такие аномалии, он у нас и так очень волотильный и какие-то все время такие аномальные штуки происходят. Почему это происходит? Это происходит по одной просто причине, что у нас очень мало участников, так называемых физических лиц, непрофессиональных участников рынка. Если в США 2/3 работающего населения является инвесторами на фондовом рынке, то у нас это ничтожная доля. Эти люди, на самом деле, крайней важны с точки зрения поведения рынка вот в таких вот ситуациях, особенно когда рынок волотилен.

Писпанен: Ну, как-то ошпарились они уже на ВТБ.

Минц: Они еще не пришли туда. Мы ходили в разные тусовки, мы там потеряли огромное количество денег, но наши люди даже не хотят приходить в брокерский дом зачастую. Сейчас это немножко меняется, но 10 лет тому назад человеку лучше было прийти в МММ или какую-нибудь пирамиду, где просто можно прийти, дать деньги, взять какие-то бумажки и уйти, чем прийти, например, в брокерский дом, дать паспорт, оформить все это как положено, заключить нормальный договор, по которому вы можете отсудить свои права на деньги и так далее, и так далее. Ну, вот так мы устроены. У нас нет такой культуры. На Западе люди знают, что они, их родители, родители их родителей, бабушки и дедушки, они постоянно, вкладывая…

Писпанен: На Западе все-таки давно уже существует рыночная экономика. А вот злые языки говорят, что давным-давно уже менеджмент ВТБ скупил, на самом деле, обратно все эти акции.

Минц: Я к злым языкам никакого отношения не имею. Это не так.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.