Политолог Евгений Минченко: Алексей Навальный хочет занять место Жириновского

Здесь и сейчас
27 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Сергей Собянин на выборах мэра Москвы побеждает в первом туре. Он набирает больше 60 процентов голосов. Вторым приходит Алексей Навальный – У него 15,5 процентов. Так бы все и было, если бы выборы столичного градоначальника состоялись в ближайшее воскресенье.

Таковы данные последнего опроса, проведенного Всероссийским центром изучения общественного мнения. Данные сегодня привел глава ВЦИОМа Валерий Федоров, причем его пресс‑конференцию в прямом эфире транслировал федеральный канал Россия 24.

Политологи в целом согласны с социологами: Сергей Собянин победит на выборах, однако и Алексей Навальный усилит свои позиции как политик. Обсудили возможные расклады на предстоящих московских выборах с нашим гостем – Евгением Минченко, президентом Минченко Консалтинг. Его компания сегодня опубликовала доклад «Выборы мэра Москвы: Сценарное программирование кампании и управление репутацией кандидатов».

Дзядко: Насколько эти цифры ВЦИОМ согласуются и сходятся с теми данными, которыми располагаете вы, и с теми прогнозами?

Минченко: Социология дает примерно одну и ту же тенденцию, это могут быть какие-то колебания по процентам, но на первом месте во всех опросах Собянин, на втором – Навальный. Причем практически все опросы показывают, что у Собянина есть незначительная понижающая динамика, а у Навального есть рост. При этом из других кандидатов рост демонстрирует еще Мельников. Я думаю, что коридор результата Навального будет где-то 11% - это результат Сергея Кириенко на выборах мэра Москвы в 1999 году, и 20% - результат Михаила Прохорова н президентских выборах в Москве. Гипотетически у него есть расширение электората – где-то процентов до 30, я думаю, что это пиковая история. Мы это написали на основе анализа данных электоральной статистики.

Сегодня Валерий Федоров дал примерно такую же цифру, что 31% допускает для себя в принципе возможность голосования за Навального. Но даже если он выходит на эти пиковые цифры, это не увеличивает вероятность второго тура, чтобы выйти на эти цифры, он должен выступить в роли пылесоса, причем пылесоса, высасывающего голоса других оппозиционных кандидатов. Грубо говоря, даже если Навальный выходит на пиковую цифру, я думаю, на нее он, скорее всего, не выйдет, это значит, что остальные четыре кандидата получают меньше 10% на всех.

Таратута: Вы говорите о том, что существует некая «антисобянинская коалиция», но, несмотря на это, Собянин выиграет в первом туре. Кто такая «антисобянинская коалиция»?

Минченко: Я думаю, это те люди, которые не считают правильным, если Собянин очень сильно нарастит свое влияние.

Дзядко: Это люди где?

Минченко: В путинском политбюро. Я думаю, будет не очень корректно называть фамилии, мы реконструируем события на основе открытых источников. Есть какие-то вещи, которые видны невооруженным взглядом. Например, очевидно, что на сегодня властные структуры создают скандал за скандалом вокруг команды Навального, причем они это делают по одному и тому же сценарию. Сначала происходит атака, провоцируется возмущение сторонников Навального и потом они отъезжают назад. Мне говорят: «Ну что ты? Недооценивай глупость системы»…

Дзядко: Я прошу прощения, вы имеете в виду то задержание, которое мы видели в это воскресенье?

Минченко: Да. Это же очевидная нелогичная история. Хотите провести беседу с кандидатом, кто вам мешает побеседовать после завершения мероприятия, зачем  его так театрально забирать? Люди не понимают, куда он уходит, заряженная масса на улице возмущена, а потом его выпускают, яблочком угощают.

Таратута: То есть, по-вашему, существует некая группа людей, которая настроена антисобянински и поддерживает ситуативно Навального задержанием его?

Минченко: Кончено, на мой взгляд, это режиссура.

Таратута: Это силовики или это люди, которые нанимают силовиков?

Минченко: Это же не люди, переодетые омоновцами.

Таратута: Так кто это? Что это за группа интересов? Мы знаем, как называются силовики в российской власти, это руководители силовых ведомств, все могут посмотреть на сайте. Кто еще?

Минченко: Ситуация очень простая. Мы специально сделали такую карту, мы составили карту, кого из членов путинского политбюро Навальный публично атаковал, а кого он не трогал. Например, есть тройка бизнесменов в окружении Путина, двоих он упоминает постоянно, а одного почему-то не упоминает. Или Дмитрий Анатольевич Медведев, уж чем неудобная фигура для атаки, но почему-то Навальный его практически никогда не трогает, иногда скажет: «Ваш Медведев то», но ни разу атаки на Медведева со стороны Навального не было. Почему-то Тимченко и Ротенберга он постоянно критикует…

Таратута: А Ковальчуков нет.

Минченко: Ни разу не упомянул. Из числа крупных олигархов госкомпаний он ни разу не трогал Сергея Чемезова, при этом я не говорю, что эти люди входят в «антисобянинскую коалицию». Просто я говорю, что есть некий круг фигур, которые гипотетически могли бы быть интересантами этой игры господина Навального.

Дзядко: Если есть «антисобянинская коалиция», почему вы убеждены, что второго тура не будет?

Минченко: Во-первых, очень большая инерция, то есть запас прочности большой. Во-вторых, я не думаю, что ставиться цель…

Таратута: «Убить».

Минченко: Да. При этом я не исключаю, что могут быть атаки на губернаторов, входящих в собянинский пул, то есть это Куйвашев, Якушев, Басаргин, соответственно, Свердловская, Тюменская область и Пермский край.

Таратута: Это все как продолжение атаки на Собянина.

Минченко: Да, если он усиливается за счет победы на прямых выборах, то надо где-то ему ослабить позиции. Кстати, у Куйвашева проблемная история - это выборы мэра Екатеринбурга, где существует опасность победы Ройзмана.

Таратута: Насколько я понимаю, Навальный и Прохоров у вас в докладе меняются местами.

Минченко: Я думаю, что Навальный, скорее, собирается занять в перспективе место Жириновского. Я имею в виду не идеологическое, а в рамках ролевого исполнения. То есть лидер влиятельной оппозиционной фракции в парламенте, активно эксплуатирующую оппозиционную риторику, но при этом способный договариваться с властями.

Таратута: Почему я сказала о Прохорове, потому что это человек, гипотетически принимаемый властью. Навальный – это человек, чья фамилия до сих пор не произносилась вслух. Вы считаете, что эти выборы означают, что Навальный входит в законное поле, он становится как бы легитимным, упоминаемым политиком, и это точка невозврата?

Минченко: Я думаю, что он на грани. Во многом это будет зависеть, в том числе и от его поведения в ходе этой кампании, особенно по ее завершению. Понятно, что акции протеста будут, штаб Навального к этому готовится, безотносительно тому, будут ли там какие-то махинации на выборах или не будут. Я думаю, что они все равно будут пытаться выводить людей на улицу, потому что им надо отработать мобилизационный ресурс, объяснить, что победа была где-то там в перспективе, просто нам ее не дали. Вопрос в том, признает ли он в результате итоги выборов или нет, как он себя дальше будет вести. Мы видим, что Навальный пытается нащупать грань, с одной стороны, управления протестными настроениями, а, с другой стороны, не перейти грань в противостоянии с властью.

Дзядко: Вы упоминали выборы в мэры Екатеринбурга, где имеет серьезные шансы стать мэром города господин Ройзман. Если мы правильно понимаем, и об этом шла речь на недавней встрече с господином Володиным, который встречался с политологами, где вы были одним из участников. Что это за новый курс, который вам проповедовал Вячеслав Володин, который касается большей конкуренции, большей демократизации? Как вы себе это видите в нашей нынешней политической системе?

Минченко: Я не могу сказать, что Володин проповедовал, скорее, он пытался как-то с нами подискутировать.

Таратута: А встреча была вообще?

Минченко: Встреча была в прошлую пятницу, на ней было около двух десятков людей разных политических взглядов. Были люди, настроенные очень прокремлевски, были люди, которые настроены достаточно критично, я, например. Именно то, что приглашали не только пул людей, которые однозначно в мейнстриме, но и тех, кто пытается со стороны оценивать объективно эту ситуацию, мне кажется, говорит о том, что действительно Володин пытался подискутировать. Он говорил одну простую вещь: есть позиция лично Путина, что выборы должны стать более конкурентными.

Таратута: А в чем смысл?

Дзядко: И почему вдруг?

Минченко: Объясняю: качество человеческого материала. Володин прямо сказал: «Я пришел из конкурентной политики. Я в регионе был оппозиционным политиком по отношению к губернатору, я сталкивался с применением против меня административного ресурса, я был в политической оппозиции на федеральном уровне». Он говорил: «Тогда было сложно, в 1999 году пришли мы в Госдуму, и пришли непростые ребята», он назвал некоторых из моих бывших клиентов, типа Михаила Гришанкова, Михаила Юрьевича, одномандатника. Он говорит: «Пришли ребята, с ними было непросто разговаривать, но зато это были люди с понятной биографией, с внутренним стержнем, люди, с которыми да, надо было договариваться, которые не стояли по стойке смирно, но люди со своей позицией. Вот таких людей нам не хватает, не только со своей позицией, но которые могут на земле разговаривать с людьми, которые имеют свой собственный рейтинг, а не пытаются опираться только на партийный бренд и на лейбл президента».

Таратута: Как раз политический тренд нынешнего куратора внутренней политики, его эффективность связывают именно  с некоторой прямолинейностью. То есть, он хорошо исполняет прямые задачи, а вы говорите о такой сложной конструкции - выращивать человеческий материал.

Минченко: Мне кажется, что эта мифология по поводу того, что изощренный Сурков, пришел такой…

Таратута: Никто не сравнивает с Сурковым, я говорю о конкретно Володине.

Минченко: По крайней мере, уровень снятия тех же кандидатов на выборах сегодня значительно меньше. Вы говорите: «Прямолинейная задача», новые партии регистрируются? Регистрируются. Представители оппозиции допускаются на выборы? Допускаются. В том числе да, такая рискованная игра, как допуск н выборы Навального в Москве, тем более, что я так понимаю, что решение принималось на самом верху.

Дзядко: Но все-таки, последние 10 лет мы наблюдали одну тенденцию, теперь, если верить тому, что было заявлено Вячеславом Володиным, мы будем наблюдать другую тенденцию. Что произошло, какой переломный момент или цепочка переломных моментов?

Минченко: Володин впрямую это не говорил, но я думаю, что прямым событием, которое это запустило, это был низкий результат «Единой России» на выборах Госдумы 2011 года и массовые протесты. На мой взгляд, это далеко не бином Ньютона. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.