Почему Россия и Белоруссия не поделили небо

Здесь и сейчас
26 марта 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Авиасообщение между Москвой и Минском было прервано сегодня утром из за того, что стороны не договорились о количестве рейсов, а позднее временно возобновлено – пока до четверга. Разобраться в деталях разногласий двух стран ДОЖДЮ помогли главный редактор издания «Авиапорт» Олег Пантелеев и журналист Европейского радио в Белоруссии Павел Свердлов.

Пантелеев: Будем надеяться, что конфликт локальный, потому что застрявшие пассажиры в длительной перспективе – это, конечно, не на руку ни российским, ни белорусским авиационным властям. Все связано с вступлением в действие так называемого весенне-летнего расписания, в рамках которого российские и белорусские авиакомпании запросили для себя дополнительные возможности. В частности, если раньше «Сибирь» не летала в Минск, то теперь авиакомпания «S7» получила одну дневную частоту, но, почему-то, наши соседи посчитали, что можно сохранить общее количество частот, выполняемых из Москвы в Минск на уровне 4, дав одну авиакомпании «S7», и сняв одну с «Аэрофлота». «Аэрофлот», мягко говоря, был не совсем доволен той ситуацией, что вместо 3, выполнявшихся ранее частот, у него остается только 2, а одна благополучно уходит на сторону. Естественно, российская авиакомпания забила тревогу, в результате наши российские авиационные власти сказали: давайте решать вопрос, до тех пор пока не решим, мы ограничим полеты белорусских партнеров. Белорусские авиационные власти тоже встали на дыбы, в результате на несколько часов получился вот такой клинч.

Макеева: Спор хозяйствующих субъектов.

Пантелеев: Поддержанный властями двух стран.

Казнин: То есть, «Аэрофлот» пролоббировал весь этот скандал?

Пантелеев: «Аэрофлот» сообщил авиационным властям Москвы о том, что одну частоту у него просто отнимают. Поэтому назвать это лоббированием тоже не совсем корректно.

Казнин: Тем не менее белорусские авиационные власти говорят, что во всем виновата российская сторона.

Пантелеев: Конечно. Здесь есть одна очень интересная модель: дело в том, что российские авиакомпании собирают пассажиров из наших регионов, свозят их в Москву, и из Москвы по международной сети. В этом плане на линии Москва-Минск у российских авиакомпаний всегда больше пассажиров, они могут ставить более вместительные и более эффективные воздушные суда и предлагать лучшие условия. Соответственно белорусская сторона в этой конкурентной борьбе однозначно проиграет именно на линии Москва-Минск.

Белорусы хотят играть из Минска в российские регионы и возить пассажиров напрямую. При этом им выгодно получить новые частоты в регионы, и не выгодно, чтобы больше летали на линии Москва-Минск. И из-за этого разного подхода к сетевым моделям возник весь сыр-бор.

Российская сторона при этом сказала: ну, давайте, мы же все-таки соседи, практически братья, снимем все ограничения по количеству полетов, по количеству пар городов и будем летать так, как это востребовано рынком. Наши соседи взяли паузу на раздумье.

Казнин: Давайте послушаем, что думают по этому поводу в Белоруссии, выясним это у нашего коллеги в Минске, Павла Свердлова. Расскажите об официальной реакции в Белоруссии на этот скандал, а также о реакции жителей Минска.

Свердлов: Я вас, наверное, удивлю, но никакой официальной реакции на этот скандал пока что не последовало, если говорить о реакции представителей властей. Реакция «Белавии» была озвучена на пресс-конференции, которая прошла сегодня днем несколько часов назад – конечно же, белорусский авиаперевозчик настаивает на своей правоте и настаивает на том, что небо между Москвой и Минском должно быть поделено поровну. Довод о том, что Россия сейчас настаивает на том, чтобы получить 5 рейсов вместо 4 в летнем расписании, а Белоруссия сохраняет за собой 4 рейса, он звучал несколько раз во время этого брифинга.

Я считаю, что довод этот довольно резонный, учитывая то, что («Белавиа» поделилась с нами информацией) загрузка на рейсах между Москвой и Минском составляет приблизительно 55%, о загрузке самолетов я сейчас говорю, в принципе, сложно сказать, зачем запускается этот 5 рейс.

Казнин: Каким видят завершение этого конфликта те, кто участвовал в пресс-конференции?

Свердлов: Как мы знаем, продолжение переговоров должно состояться до четверга, до того момента как снова, по логике вещей, по договоренностям прекратятся полеты между Москвой и Минском, - мне кажется, что Беларусь пойдет на уступки. Судя по тому, что в торговых войнах между Россией и Белоруссией мы довольно часто идем на уступки, а это, мне кажется, как раз, таки, такое очередное торговое противостояние, которое имеет отношение скорее к бизнесу, а не к политике. И я думаю, что откроется и нормально заработает 5 рейс, который будет делать российская авиакомпания «Сибирь».

Макеева: По поводу вчерашнего митинга, шествия, как все это завершилось, и не удивился ли вообще народ тому, что неожиданно Лукашенко взял и вот такое разрешил? И какая будет следующая реакция властей на те требования, которые звучали накануне?

Свердлов: Народ очень обсуждает то, что среди пассажиров оказались несколько белорусских депутатов, я думаю, что, конечно, это случайность и, вряд ли, так именно подгадали российские авиаперевозчики с тем, чтобы посадить их на рейсы, которые не полетят в Москву, задержка составила 4 часа. Это, в принципе, самое обсуждаемое в конфликте.

Я хочу сказать, что несмотря на сравнительную дешевизну перелетов между Москвой и Минском, они не очень-то пользуются популярностью в широком народе. Соответственно, какого-то существенно резонанса, исключая язвительный троллинг в интернете, эта тема пока что не получила. Может быть, получит в четверг, может быть, это будет подано под каким-то соусом серьезного коммерческого противостояния, тогда посмотрим. Но пока что люди реагируют довольно спокойно. И сегодня в Белоруссии самыми обсуждаемыми, все-таки, остаются, как вы верно заметили, вчерашнее шествие на День Воли, то, как оно прошло и арест более 100 человек; задержание анархистов, которое за день до этого произошло в одном из минских клубов, которое, естественно, связывается с этим шествием, которое прошло в воскресенье.

Макеева: Какой реакции ожидают от белорусских властей на события, которые были вчера?

Свердлов: Дело в том, что шествие было санкционировано и контролировалось властями, и контролировалось больше чем 100%, если можно так сказать. Даже звукозаписывающая аппаратура, которая прибыла на место митинга, она была очень грамотно, за 20 минут до того как голова колонны достигла площади Бангалор, оттуда ликвидирована. Поэтому требования, которые выдвигали митингующие, они прозвучали очень тихо, к тому же, погода не совсем способствовала тому, чтобы все слова можно было разобрать хорошо в мегафон, был сильный ветер и начался внезапный дождь, поэтому тут ни о каком большом противостоянии, которое случилось вчера, мне кажется, речь не идет.

Единственное, что хотелось бы, чтобы власти и дальше позволяли такие шествия по желанию людей. В принципе, по нашим подсчетам 5 тысяч человек вчера участвовало в Минске в этом шествии, это достаточно много, учитывая состояние общественного мнения и то, как пресекались предыдущие попытки подобного волеизъявления летом.

Казнин: Больше – кто летает? Наверное, россияне? И через Минск, используя его как транзит? Может быть даже это и есть главный поток? Или нет?

Пантелеев: Во-первых, россиян, действительно, в числе пассажиров несколько больше, но что самое важное, у российских авиакомпаний есть возможность собрать пассажиров с большого количества крупных региональных центров России. И этот поток гораздо больше, чем те, кто из Москвы непосредственно едут в Минск, а наши белорусские партнеры лишены возможности эффективно собирать подвоз пассажиров к своему московскому рейсу, и этим и объясняется перекос в пассажиропотоке между авиакомпаниями нашими и белорусской. С этой точки зрения либерализация будет безусловно больше на пользу российской стороне, но таков рынок.

Макеева: Когда происходят такого рода события с ближайшими соседями, история последних лет так все сложила, что обе стороны сразу начинают искать политическую подоплеку происходящего. Но если говорить в принципе об авиаотношениях с Минском, такие вещи случались когда-то, что не смогли договориться и это выходило наружу? Газовые споры с Украиной – это мы хорошо знаем, а так, чтобы авиасообщение прервать, - это с Грузией, например. Чтобы с Белоруссией по этому поводу спорить, я такого не припоминаю. Или бывало?

Пантелеев: С Белоруссией таких проблем ни разу не было, да и с Грузией была проблема, с одной стороны, конечно, политическая, с другой – у местного национального перевозчика перед российской аэронавигацией накопились очень большие долги, что дало формальную возможность остановить эти полеты.

Макеева: А белорусы, они не задалживают?

Пантелеев: Там никаких критических проблем в плане задолженности нет. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.