Первое интервью Алексея Навального после возвращения в Москву: о стикерах и новых уголовных делах

Здесь и сейчас
20 июля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Что говорят о новых уголовных делах в штабе Навального? Сегодня Алексей Навальный вернулся из Кирова. На Ярославском вокзале его встречали сотни соратников и очень много журналистов. Навальный объявил, что продолжает участвовать в выборах мэра Москвы, сел в машину и отправился в штаб. Там находился и наш коллега Илья Васюнин.

Васюнин: Я нахожусь у штаба Навального. Рядом со мной Алексей Навальный. Как ты относишься к двум новым уголовным делам по акции рядом с Государственной Думой?

Навальный: К людям я отношусь совершенно однозначно – я очень люблю всех этих людей, которые, по версии милиции, совершили такой ужасный вандализм. У нас на дверях штаба висят эти же наклейки со словом «Навальный», которые милиция считает настолько оскорбительными, что возбудило уголовные дела. Я про это много раз писал и много раз говорил: у них нет других инструментов попытаться нас запугать, кроме того как возбудить одно-два или три уголовных дела. Нужно понимать, они это будут делать всегда. Им крайне не понравилась ситуация, при которой они решили какого-то человека посадить в тюрьму. 10 тысяч человек вышли на улицы Москвы и заставили этого человека из тюрьмы вытащить. Поэтому они и занимаются тем, что они мстят, фабрикуя эти уголовные дела, придумывая, что наклейки – это вандализм, какому-то мифическому милиционеру оторвали погоны, этим самым его жутко оскорбили. Они это будут делать всегда, мы просто должны игнорировать то, что они делают, и продолжать заниматься тем, что мы считаем правильным.

Васюнин: Про оторванный погон что ты думаешь?

Навальный: Я думаю, что это какая-то милицейская выдумка, таких мы видели много в «болотном деле». Берется обычный милиционер, пишет рапорт, что ему пытались оторвать погон, возбуждается дело, ориентированное на то, чтобы перепугать всех.

Васюнин: Я знаю, что ты заезжал сегодня в изолятор к одному из задержанных на 15 суток после этой акции. Тебе с ним удалось пообщаться?

Навальный: Да, когда я приехал, меня встречало большое количество людей. Мне хотелось отблагодарить всех, кто участвовал так или иначе в этой Манежке. Всех отблагодарить нельзя, и мне показалось правильным поехать в спецприемник №1, где отбывает срок административно задержанный, и навестить, пользуясь тем, что у меня есть статус адвоката, единственного административно задержанного Всеволода Матвеева, которому дали 15 суток за то, что он своей машиной блокировал автозаки полиции и не давал увозить незаконно задержанных. Он передавал всем привет. Я в лице этого человека поблагодарил всех. И еще раз хочу поблагодарить всех за то, что они сделали так, что сейчас я и Петр Офицеров сейчас на свободе.

Васюнин: Что поменялось в штабе, пока тебя не было?

Навальный: В штабе стало больше народу. После того как милиция заявила, что возбудила дело по вандализму, в штабе разобрали все наклейки, пошли их распространять. Наших агиткубов стало намного больше. Мы развиваемся, наш штаб растет, становится больше волонтеров. Пользуясь случаем, я вновь призываю всех прийти к нам и помочь заниматься нам реальной политикой, реальной борьбой за голоса людей на выборах.

Васюнин: Как отнеслись к тому, что появились новые уголовные дела? То есть фактически те, кто работает здесь на тебя, находятся так или иначе под угрозой.

Навальный: Новые уголовные дела и старые уголовные дела – это такая неотъемлемая часть нашей жизни, к сожалению. Мы видим, что по этим уголовным делам фабрикуются реальные сроки. Волков бояться – в лес не ходить. Уголовные дела будут, потому что у Путина нет других способов управления, кроме этих фабрикованных уголовных дел. Они могут посадить одного человека, двадцать одного человека или даже сто одного человека, но нельзя посадить десять тысяч человек и сто тысяч человек. Поэтому наша наилучшая защита от всех этих уголовных дел – это быть твердыми, проявлять свой характер и выходить на улицы Москвы в те моменты, когда мы считаем, что нужно выходить.

Васюнин: Как ты рассчитываешь, сколько у тебя есть времени, чтобы участвовать лично в избирательной кампании?

Навальный: Я не знаю, сколько у меня осталось времени, но сколько есть – все мое. Я попытаюсь это время максимально эффективно использовать. Это будут новые апелляции. Арест случится после выборов, до выборов… Если об этом постоянно думать, ничем заниматься не сможешь. Я не могу планировать свои дела еще на неделю. Я буду делать то, что считаю наиболее правильным в этот конкретный день и буду планировать точно так же дела на завтра и буду так работать вместе со своей командной до самых выборов.

Васюнин: Прокуратура говорит, что подала жалобу на меру пресечения еще до того, как люди вышли на Манежную.

Навальный: Очевидно, что они это сделали, когда они понимали, что неминуемо выйдет большое количество молодых людей на Манежку, когда они проанализировали весьма агрессивные, яростные настроения среди этих людей. Они поняли, что нет никакого способа управлять этими людьми, и они поняли, что столкнутся с самой большой несанкционированной акцией за последние годы в России, и решили таким образом среагировать, попытаться жар этой акции остудить, что, в общем-то, у них удалось.

Васюнин: Многие, в том числе оппозиционные, политики, сегодня говорят о том, что Навальный стал некой разменной фигурой в политической игре, за него вступается одна группа против другой группы в Кремле. Как ты к этим разговорам относишься?

Навальный: Это что за оппозиционные политики такие? Это какие-то клоуны, а не оппозиционные политики. У меня нет ни желания, ни возможности, ни необходимости доказывать кому-то, что я не являюсь пешкой в игре. Есть люди, которые меня окружают. Эти люди мне верят. Мне этого достаточно. Какие-то там непонятные «оппозиционные» политики меня совершенно не интересуют. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.