Первое дело по новому закону о клевете: миллион штрафа за негативную оценку в утвердительной форме

Здесь и сейчас
29 марта 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Суд перенес рассмотрение первого дела о клевете на главу фонда Храма Христа спасителя Василия Поддевалина в связи с тем, что он не смог явиться в суд.

По мнению правоохранительных органов, Глава Общества защиты прав потребителей Михаил Аншаков оклеветал главу фонда храма, в одном из интервью в «Новой Газете». Потерпевший Поддевалин посчитал клеветническими высказывания Аншакова, когда тот назвал Храм Христа спасителя – бизнес-центром, с офисами, автомойками и прачечными. 

Михаил Аншаков сегодня был у нас в эфире и мы с ним обсудили это дело.

Кремер: Как сегодня проходило заседание? Достаточно ли у вас доказательств для собственной защиты?

Аншаков: Никаких сюрпризов не было, кроме того, что Поддевалин не явился, хотя на предварительном слушании адвокат заверял суд и стороны, что он обязательно явится. Но сегодня его адвокат сослался на то, что Поддевалин в какой-то срочной командировке и явиться не смог. Сегодня заслушали свидетелей обвинения. Это сотрудники храма и сотрудники религиозной организации. Они никак ни подтверждают, ни опровергают версию обвинения, особых вопросов у нас к ним не было. Свидетель со стороны обвинения еще раз в суде подтвердил, что на самом деле никаких юридических прав на помещение верхнего и нижнего храма, где проходят религиозные службы, не имеет. Эти помещения закреплены за фондом. Свидетель предупрежден о даче ложных показаний, и сегодня его слова прозвучали в суде. Об этом мы говорили и до этого судебного процесса. Это в том числе те помещения, где выступала группа Pussy Riot. Они к религиозной организации прямого юридического отношения не имеют.

Кремер: Достаточно ли у вас доказательств? В чем они заключаются? Что вы представляете в суде в качестве доказательств вашей невиновности?

Аншаков: Сторона обвинения никаких доказательств виновности не представила. Обвинение ссылается и все обвинение основано на заключении лингвистической экспертизы, назначенной в экспертно-криминалистическом центре МВД. В этом заключении содержится вполне однозначный вывод: в исследуемом интервью содержится негативная оценка деятельности Поддевалина в утвердительной форме. Оценка деятельности клеветой являться не может, это конституционное право.

Казнин: Может же еще бы экспертиза, мы знаем, что такие случаи бывают.

Аншаков: Мы не будем ходатайствовать о других экспертизах…

Казнин: Но это может сделать противная сторона.

Аншаков: Противной стороне было достаточно времени для представления в суд доказательств вины. Они их не представили. Там идет речь об откровенной фальсификации в обвинительном акте со ссылкой на это экспертное заключение, фактически перевираются слова в этом экспертном заключении. В обвинительном акте говорится, что в экспертном заключении содержится вывод о том, что Аншаков исказил факты. Слова «факты» нигде в экспертном заключении нет. обвинительный акт совершенно не соответствует тем документам, на которые он ссылается и которые положены в его основу. Об этом мы будем говорить на следующих судебных заседаниях и будем исключать из состава доказательства все доказательства, предъявленные стороной обвинения, полученные с процессуальными нарушениями.

Кремер: Какое наказание вам грозит, если ваша вина будет доказана?

Аншаков: По статье 128.1 части 2, по которой я обвиняюсь, наказание предусмотрено в виде штрафа до 1 миллиона рублей и общественных работ 240 часов.

Кремер: Это уже уголовное наказание, потому что клевета вошла в Уголовной кодекс летом.

Аншаков: Да. По административной статье меня уже судили. 2 иска по административной статье, и этот судебный процесс закончился в 350 судебном участке города Москвы прекращением дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Фактически это оправдательный вердикт.

Казнин: Это вам в плюс на этом процессе?

Аншаков: Конечно, в плюс. Вообще на взгляд адвокатов и юристов, дознание не имело законных оснований ни уголовное дело возбуждать, ни направлять его в суд. Получив заключение судебной лингвистической экспертизы, в котором четко сказано, что дана негативная оценка, дело должно было быть прекращено.

Кремер: А как проходит расследование вашего избиения? Появились ли подозреваемые?

Аншаков: Никаких новостей с момента, когда это все произошло, у меня нет. Я полагаю, что сейчас дело лежит где-то в сейфе. Нам лишь удалось добиться переквалификации, дело возбуждалось по статье «Нанесение легкого вреда здоровью», что абсурдно, его переквалифицировали сначала в «средний вред здоровью», а сейчас дело ведется по «Нанесение тяжкого вреда здоровью». Мне ни о каком прогрессе в этом деле неизвестно. Ряд своих версий мы следствию высказывали.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.