О феномене скутеров

Владельцам мопедов не понадобятся права. ГИБДД последние несколько лет пытались поставить владельцев скутеров в один ряд с водителями мотоциклов. И даже ввести специальную категорию "М". Но эта идея не нашла поддержки в правительстве.

Как стало известно сегодня, любители двухколесных средств передвижения по-прежнему смогут ездить по улицам без разрешений. Правда, касается это лишь скутеров с двигателем объемом менее 50 кубических сантиметров.

В последние годы мопеды стали едва ли не самым популярным видом транспорта среди молодежи. А "Веспы" и их более дешевые аналоги "Хонды Джорно" стали едва ли не предметами культа. Мопеды сделали своим главным транспортом хипстеры.

О феномене скутеров говорим с Ильей Красильщиком, главным редактором журнала "Афиша".

Казнин: Были опасения действительно, что могут права ввести?

Красильщик: Об этом говорили несколько лет. В принципе, права для скутеров – в этом ничего плохого нет, много в каких странах они существуют. При этом права появляются тогда, когда транспортное средство становится популярным. Видимо, скутеры все-таки не такая популярная вещь, чтобы на них права вводить. Действительно в городе их пока что не очень много.

Писпанен: Кажется, что уже много. Я тут однажды случайно оказалась просто в толпе скутеров.

Красильщик: Мы с вами в одни и те же места ходим, там действительно их много. Так вообще не очень.

Писпанен: Тем не менее, по всему миру это достаточно популярный вид передвижения именно молодежи, которая не хочет пока еще становиться солидными и пересаживаться в большие автомобили. В конце концов, это удобно, когда по пробкам ты прорываешься вперед.

Казнин: Да не только молодежь, весь Рим, до 40-50 лет люди на скутерах и мопедах на работу в костюмах ездят совершенно нормально.

Красильщик: Я вообще поддерживаю отсутствие прав для скутеров, поскольку прав автомобильных меня лишили до середины августа, поэтому мне просто больше ничего не остается.

Писпанен: Я, например, как раз не поддерживаю то, что для скутеров не нужны права, потому что юнцы, которые совсем не знают, как еще обращаться, а это все-таки достаточно серьезная сила, можно даже человека убить. У вас все-таки были права, вы хотя умеете обращаться с ними. А те, которые никогда их не имели? Они садятся, поехали, не знаю ни правил дорожного движения, ни знаков, ни поведения на дороге.

Красильщик: При этом все-таки это вопрос очень удобный. Я, правда, недолго езжу на этом устройстве, но вот вчера прокатился, ко мне несколько раз подходили люди и говорили: «А сколько это стоит? Где такое взять, потому что на машину больше не можем». А это действительно просто спасение, потому что редкое, давно забытое чувство, когда ты понимаешь, что из одной точки в другую в Москве ты знаешь, за сколько доберешься.

Казнин: Спасение – такое слово здесь двойственное, потому что очень многие попадают в аварии.

Красильщик: Погибнуть действительно вероятность повыше, чем на машине.

Казнин: А если оценить Москву с точки зрения приспособленности к передвижению на таком виде транспорта?

Писпанен: Мне бы страшно, наверное, было среди этих больших, а у нас очень любят именно большие машины, как мы знаем, они достаточно нагло себя ведут на дорогах, даже без мигалок. Было бы, наверное, страшновато так.

Красильщик: Первые часы страшно. Вообще Москва – не очень приспособленный город для жизни, поэтому как-то привыкаешь.

Казнин: На большие расстояния, наверное, все-таки проблематично.

Красильщик: Ну вот я на выходных ездил на дачу – это 80 км от Москвы.

Казнин: Какое направление.

Писпанен: А по трассе можно ездить?

Красильщик: Конечно, нельзя. Это магистраль, где разрешенная скорость 110, но и туда и обратно я добрался быстрее, чем любые машины, потому что где-то на середине трассы машины встали в 20-километровую пробку из-за какого-то ремонта дороги. Это туда. А обратно был просто МКАД. Конечно, когда ты пролетаешь все эти машины, просто ощущение какого-то невероятного счастья, торжества. Прекрасно помню, пока у меня не отобрали права, я в этих пробках стоял сам, это было не очень приятно.

Казнин: Понимаю, что главные редакторы, наверное, не просыпаются очень рано, но тем не менее. Утром я представляю человека, который выезжает часиков 6-30-7 или даже в 7-30, когда начинаются еще и не пробки, но уже очень плотно, и хочет добраться по Третьему кольцу куда-нибудь на работу. Это очень опасно.

Красильщик: Чего опасно? Все машины стоят, и ты между ними.

Писпанен: Это если они стоят. А если они мчатся?

Красильщик: Они у нас не мчатся в городе.

Казнин: А что надо сделать, чтобы все большее количество людей пересаживались? Есть какая-то популяризация?

Красильщик: Есть популяризация, на самом деле, по-моему, ситуация в городе все делает для того, чтобы популяризировать, потому что чем больше будут пробки, тем больше будут люди пересаживаться на что-то другое.

Писпанен: Это действительно такой все-таки больше модный образ жизни на скутере? Или только из чисто практического применения?

Красильщик: Я 5 дней назад купил это устройство, меня сложно заподозрить в том, что я по моде его купил. Купил, абсолютно мне это было необходимо, потому что на машине я ездить не могу, пробки большие, а мне по городу передвигаться хочется. В метро тоже не всегда хочется – вот так и выходит.

Казнин: Страшно первые 5 дней?

Красильщик: Да, местами. Бывает, когда какой-нибудь проедет Porsche Cayenne.

Писпанен: Еще же может волной воздуха снести, наверное, с трассы?

Красильщик: Ну да.

Писпанен: Бывает, даже на большой машине едешь и подкачивает, когда мимо проносятся с мигалками.

Красильщик: Вчера прокатил известного вам главного редактора журнала «Большой город», сзади он ехал, по мосту на Комсомольском проспекте, через реку. Иногда мне казалось, что его сзади уже нет.

Купить подписку
Комментарии (0)

Комментирование доступно только подписчикам.
Оформить подписку
Другие выпуски

Читайте и смотрите новости Дождя там, где вам удобно
Нажав кнопку «Получать рассылку», я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера