Николай Охотин. Зачем Москве там много книжных ярмарок

Здесь и сейчас
8 сентября 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
На ВВЦ в эти дни работает самая большая книжная ярмарка страны. Трудности путешествия книги от издателя к читателю мы обсудили с одним из ее организаторов Николаем Охотиным.

Москва в эти дни превратилась в один большой читальный зал. На ВВЦ работает самая большая книжная ярмарка страны Московская международная. А в парке Горького организуют публичные чтения на ярмарке BookMarket, а завтра в лектории Политехнического музея начинает работу ярмарка-фестиваль независимых издательств и книготорговцев "Новая площадь". 

Писпанен: Почему решили делать свою независимую ярмарку? Вроде бы есть уже огромная, осадили весь ВВЦ, в Парке Горького то же самое происходит.

Охотин: Парк Горького – это просто такое модное ответвление ВВЦ, формально говоря. Мы делаем эти ярмарки уже давным-давно, это не первый случай, первый раз мы ее делали в Политехе. Это способ маленьким независимым издательствам, которые издают хорошие книжки, не будем сейчас вдаваться в то, что за этим стоит, выйти к своим читателям, минуя все бюрократические, финансовые, организационные и прочие препоны, которых наставлено выше крыши.

Писпанен: А вот на ВВЦ все эти препоны есть? С ними почему не дружите?

Охотин: Первый препон – это плата за вход.

Писпанен: Большая?

Охотин: Ее не тянут маленькие издательства.

Писпанен: Просто неподъемная?

Зыгарь: Это официально установленная плата? Или там нужно кому-то занести?

Охотин: Абсолютно. Ни за что никуда заносить, я думаю, не надо. Официальная плата за твой стенд? Я там ни разу не участвовал, поэтому не могу отвечать за цифры. В этом году вроде бы стенд метра 4 стоит больше 50 тысяч. Между 50 и 60.

Писпанен: На весь день или вообще на весь период?

Охотин: На весь период. Кажется, 4 дня.

Зыгарь: Рублей?

Охотин: Да, рублей. В принципе, может показаться, что это не такая большая сумма. Но для небольших издательств эта сумма практически полностью съедается всеми расходами, которые они несут – оплата водителя, машины, продавцов, которые там сидят. Все, что они наторгуют, уйдет на оплату стенда. Так что экономического смысла для них нет.

Писпанен: Экономический смысл в таких независимых издательствах, которые, как ты сам говоришь, издают хорошие книжки, понятно, что это, видимо, не детективы в мягкой обложке, но есть какая-то экономическая выгода в этом? Или это выживаемость на грани фола?

Охотин: У кого как. Очень разные у всех ситуации. Но сказать, что кто-то на этом живет и преуспевает, я таких не знаю.

Писпанен: То есть ради удовольствия люди работают?

Охотин: Это для них фан. Для кого-то это миссия, для кого-то это фан, кто-то ничего больше не умеет. Это не бизнес в обычном смысле слова.

Писпанен: А почему, как ты думаешь? Потому что не хотят люди серьезно…

Охотин: Почему не бизнес?

Писпанен: Ну да. Может же быть бизнесом. Бизнес вот, АСТ, ЭКСМО - мега-издатели, для них только деньги, все остальное их не очень волнует. А этих людей волнует что-то другое, какие-то буквы в книге все-таки их немножко волнуют.

Писпанен: Невозможно на таких буковках делать нормальные деньги?

Охотин: В нашей стране в данной ситуации в 2011 году – нет. И тому есть масса экономических причин, их вам любой собеседник из книжного мира долго может раскладывать и разжевывать, это общеизвестный, общепринятый факт. Например, цена на книги. У нас она раза в 4 ниже, чем в Европе.

Писпанен: И тем не менее, все равно она растет, и кажется, за 300-400 рублей в твердом переплете книжку купить тоже очень накладно.

Охотин: Мы все очень привыкли к дешевым книгам.

Писпанен: Это правда. Но будет меняться эта ситуация, как ты думаешь? Книжки будут только расти в цене?

Охотин: Безусловно, да. Падать они не будут никогда уже.

Зыгарь: Мне кажется, что в какой-то момент, когда дети, которые сейчас ходят в школу и получат планшетники от Роснано, или iPad-ы от кого-нибудь еще, и отвыкнут читать бумажные носители и привыкнут уже к электронным носителям, может, тогда что-то изменится с ценами книг? Они просто будут не нужны никому – или нет?

Охотин: Это большие споры и рассуждения, потому что никто не знает, чем это все кончится, революция нынешняя. И скорее всего, действительно цены упадут очень сильно. Но какая будет модель зарабатывания вообще и зарабатывания кого – автора ли, издателя, производителей планшетников, сейчас никто точно сказать не может. Да, я думаю, что непосредственно за – даже язык не поворачивается называть книгами – за тексты, наверное, конечный потребитель будет платить сильно меньше.

Писпанен: Но все-таки, что нас ожидает в Политехническом, расскажи подробнее?

Охотин: В Политехническом вас и нас ожидают нами тщательно подобранный пул таких независимых интересных издателей, причем в большом диапазоне. Мы зовем и детские издательства, и взрослые, высоколобые, сверхутонченные, на горстку читателей издательства. Довольно широкий спектр небольших издательств, которые привезут свои книги, причем, как новинки, так и старье, которое сложно найти. У нас там работает price control, то есть у нас очень низкие цены, это диктат наш, что издатели не смеют там заниматься спекуляцией.

Зыгарь: Чтобы никто, не дай бог, не заработал?

Охотин: Я надеюсь, что, тем не менее, они смогут заработать, потому что они ничего не платят за вход. Может, мы там соберем по нескольку сотен рублей на уборку территории. Так что я надеюсь, что им получится заработать. Также всякий вокруг этого интертеймент, позовем каких-то авторов, какие-то дискуссии, лекции. Можно долго рассказывать, можно прочесть на сайте.

Зыгарь: А как в этой системе координат, когда есть вы, есть ВВЦ, который ломит цену, позиционируется BookMarket, который буквально неделю назад взорвал Интернет свое гламурной рекламой с десантниками?

Охотин: Мне сложно сказать, как он себя позиционирует, это у них надо спрашивать.

Зыгарь: Как вы его воспринимаете?

Охотин: Не как конкурента. Они работают в сфере интертеймента, для них книга – один из многих видов интертеймента. Можно послушать знаменитую передачу «Поэт и гражданин», она у них там будет в какой-то форме, можно послушать Дмитрия Быкова, который читает свои фельетоны и стихи даже может быть, и купить, может быть, по случаю книжку рядом. Но это такой необязательный ингредиент общего модного развлечения.

Писпанен: То есть это все-таки миссия – то, чем занимается ваша ярмарка.

Охотин: Я бы не стал говорить такие высокие слова. Нам это интересно, мы считаем, что книга должна жить, неважно, в какой форме. Когда она начнет жить в электронной, мы, может быть, будем заниматься тем же где-то, не во дворе Политехнического музея, а в виртуальном пространстве.

Писпанен: Ну а пока завтра в лектории Политехнического музея…

Охотин: Не в лектории – во дворе, если не будет сильный дождь.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия