«Не может быть России без нефтяного олигарха, сидящего за решеткой». Зыгарь, Горянов, Макеева, Лобков об аресте Евтушенкова

Здесь и сейчас
16 сентября 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Председателю совета директоров ОАО АФК «Система» Владимиру Евтушенкову предъявлено обвинение в легализации денежных средств. Как объявил официальный представитель СКР Владимир Маркин, речь о деле по хищению акций предприятий, входящих в ТЭК Башкортостана. Маркин также добавил: «У следствия имеются достаточные основания полагать, что к легализации имущества, приобретенного преступным путём, причастен Владимир Евтушенков».

Упоминавшийся в программе автор колонки в Ведомостях Валентин Преображенский в настоящий момент не является вице-президентом Гарвардского клуба России, сейчас он занимает пост сопредседателя дискуссионного клуба "Экономика и политика".

Гарвардский клуб России – некоммерческая организация, стоящая вне политики и не комментирующая решения органов законодательной,  исполнительной и судебной властей Российской Федерации. Цель Гарвардского клуба – развитие сообщества выпускников Гарвардского университета. Валентин Преображенский, как подчёркивается в заявлении Гарвардского клуба России, переданном Дождю, не является членом правления Клуба и никаким иным образом не аффилирован с его руководящими органами.

По ходатайству следствия, Евтушенкову судом избрана мера пресечения — домашний арест. До этого, 23 июля, Евтушенкова уже вызывали на допрос в Следственный комитет, по тому же делу о хищении акций предприятий ТЭК республики Башкортостан. Евтушенко является мажоритарным акционером нефтяной компании «Башнефть», тогда же следствие наложило арест на акции «Башнефти», принадлежащие АФК «Система». Единственный комментарий, который дал тогда Евтушенков: «это рейдерский захват», сказал он газете «Ведомости». 

Эту тему обсудили с главным редактором Дождя Михаилом Зыгарем и главным редактором издания Slon.ru Андреем Горяновым.

Макеева: Что вы скажите на это ужасное несчастье?

Зыгарь: Помимо всех тех новостей, которые обрушились на нас за последние полгода, всех тех новостей, которые, мне кажется, мы не могли ожидать никогда, это и изменение границ РФ, начало войны на Украине, вот у нас еще и «второй ЮКОС» неожиданно к нам подкрался. Фактически, когда одна из основных нефтяных компаний страны, если верить Владимиру Евтушенкову, если верить ее владельцу, рейдерски отжимается, и в этом очевиден интерес нынешнего главы компании «Роснефти» Игоря Сечина, тут максимально до смешного все похоже на дело ЮКОСа. Если учесть, что решение об аресте акций «Башнефти», принадлежащих АФК «Системе», принимал Басманный суд, то тут становится все карикатурно похоже. По крайней мере, так выглядит ситуация 10-летней давности.

Горянов: Очень интересно рифмуется первый следователь, который приехал из Башкирии, Салават Каримов. Если мы помним, он был прислан Москве из Башкирии…

Зыгарь: Он был специально выслан из Башкирии в Москву.

Горянов: Для того, чтобы решить первое дело ЮКОСа. Это очень любопытно. И да, мне кажется, что Россия просто не может существовать в современной экономической парадигме без  олигарха за решеткой.

Лобков: Почему именно сейчас? Сделка заключена в 2009 году, она вяло оспаривалась в течение 2010 и 2011 года этими миноритариями, депутатами и так далее. Почему сейчас в 2014 году уже после того, как сенатор бывший из Башкирии  давно отбывает заключение, уже после того, как клан Рахимова убран от власти, после всего этого в 2014 году так быстро, фактически за полтора месяца развивается этот процесс?

Горянов: Но ведь дело Владимир Евтушенков не оказывал определенные уровни сговорчивости для того, чтобы отдать просто акции компании. Он считал, что можно еще немного вести какой-то переговорный процесс. Выглядит это так, во всяком случае.

Макеева: Несколько минут назад мы позвонили Юрию Лужкову, бывшему мэру Москвы, и успели задать ему следующий вопрос: знает ли он и что думает по поводу Владимира Евтушенкова. На что он сказал, буквально близко к тексту процитирую: «Я ничего не знаю и никакого отношения к «Башнефти», хотя это слово наш корреспондент не успел произнести, не имею, не хочу иметь».

Зыгарь: Да, это напоминает знаменитую оговорку из детского мультфильма: «С преступником Фунтиком я не знаком». Юрий Михайлович немножко сдал себя.

Горянов: Наверное, стоит добавить, что Юрий Лужков был близок во многом Евтушенкову, и во многом благодаря ему в ранние годы Евтушенков заработал свое состояние.

Зыгарь: Да, и Юрий Лужков считал себя долгое время покровителем Владимира Евтушенкова, и даже после ухода Юрия Михайловича с политической арены, Владимир Петрович Евтушенков не растерял своего влияния. Во многом, мне кажется, это отчасти ответ на вопрос Павла, почему именно в последние месяцы так все быстро завертелось вокруг Евтушенкова и так медленно развивалось эти годы, потому что очевидно, какой-то аппаратный политический вес Евтушенкова стал значительно уменьшаться именно в последние месяцы. До этого ему покровительствовал Лужков, и у него было вес хорошо.

Потом Евтушенков довольно неплохо чувствовал себя среди олигархов-либералов или среди важных предпринимателей-либералов. Он – один из ближайших друзей, так считается, по крайней мере, Германа Оскаровича Грефа, главы Сбербанка. Он в очень хороших отношениях с Анатолием Чубайсом. Он, скорее, из этой плеяды, не из плеяды, которую принято считать близкой к кооперативу «Озеро» или к ленинградским друзьям Владимира Путина, он, хоть и лужковский, но все-таки либерал.

Лобков: А может ли угрожать что-то людям, которые, по этому прогнозу, сделали свое состояние, вошли в Forbes до силовой доминанты, которая началась с Крыма, это тот же самый Алекперов, который связан с этой сделкой, и Чубайс, и многие другие олигархи? Стоит ли им сейчас опасаться…

Зыгарь: Вряд ли в отношении Чубайса сейчас уместно слово «олигарх», он и никогда не был человеком, который руководил, распоряжался такими мощными суммами. В общем, у нас не так много осталось предпринимателей ранней ельцинской поры….

Горянов: Ранней ельцинской – нет, но свободных предпринимателей, независимых от государства, крупных предпринимателей, в общем-то, еще осталось какое-то количество, и на них можно оказать давление.

Зыгарь: Андрей нам сейчас назовет фамилии.

Горянов: От Михаила Маратовича Фридмана до Сергея Галицкого. Это крупные бизнеса, которые создавались или в 90-е или, в современные, которые создавались уже в поздние двухтысячные годы.

Зыгарь: Опять же Владимир Потанин и Михаил Прохоров, отчасти Олег Дерипаска.

Макеева: Давайте посмотрим на довольно впечатляющую картину – на движение акций МТС на нью-йоркской бирже. Сначала они падали на полпроцента, в начале этого выпуска, а сейчас падение составляет примерно уже 1,6%. Насколько вы разделяете мнение о том, что сейчас этим вечером, около часа назад начался на фоне рецессии и геополитических разных потрясений глобальный передел собственности в РФ, как, например, считает, Валентин Преображенский, вице-президент Гарвардского клуба?

Зыгарь: Мы настолько в этом убеждены, что уже фактически Андрей перечислил нам фамилии тех персонажей, которые могут быть в очереди.

Горянов: Я еще раз скажу эту мысль, мне кажется, что Россия не может быть без олигархов в тюрьме. Олигарх подвешивается как символ, условно говоря, перед бизнес-сообществом, мол, вот что с вами может случиться в любой момент времени. Будет ли передел собственности? Скорее всего, нет, я не могу себе этого представить, потому что это большая бюрократическая процедура. Однако при желании она может быть ускорена, и любой олигарх будет более сговорчивый еще больше, чем сейчас. Денег у правительства становится немного, поэтому можно в любой момент дернуть и сказать: «Еще вот этот. Давай».

Зыгарь: Другое дело, что, несмотря на все аналогии с ЮКОСом, может быть, и, скорее всего, хочется это пожелать это Владимиру Евтушенкову, что все-таки дело будет развиваться не по сценарию Ходорковского, а, предположим, по сценарию Гусинского. То есть даже если будет домашний арест, не дай Бог, Владимир Петрович будет задержан, но вскоре, когда он удовлетворит некоторые требования, которые, очевидно, ему были предъявлены, он выйдет на свободу, может быть, путем утраты контроля над «Башнефтью». Так было с Владимиром Гусинским.

Лобков: Может ли эта ситуация повлиять на и так невысокие инвестиционные рейтинги России? Ведь когда было дело ЮКОСа, как ни странно, инвесторы не побежали из России, что называется, валом.

Горянов: Некоторое время назад я говорил с довольно крупным представителем правительства РФ. Он сказал: «Знаете, наш инвестиционный имидж и вообще имидж России настолько ужасен, что нам уже ничего не страшно». Я боюсь, что уже прошли точку невозврата, ничего не страшно.

Зыгарь: Все маски сброшены.

Макеева: Очень много всякой полемики по поводу того, как дело ЮКОСа влияет на инвестиционный климат в РФ. Среди прочих мне запомнилось высказывание Изосимого, который тогда возглавлял VimpelCom. На каком-то крупном заседании с участием большого количества иностранных инвесторов, он сказал, вдруг неожиданно светло улыбнувшись: «Ну в Китае тоже была площадь Тяньаньмэнь, и ничего, вкладывают в Китай и общаются с китайскими партнерами. И нормально». Поэтому иностранных инвесторов это ли испугает?

Горянов: Я бы хотел немножко разграничить эти аналогии с делом ЮКОСа, потому что все-таки Евтушенков не имел никогда никаких политических амбиций, а Ходорковский их хотя бы обозначил.

Лобков: Он назывался одним из гипотетических не первой линии кандидатов в мэры Москвы после отставке Юрия Лужкова.

Зыгарь: Это такое преувеличение. Он мог называться в шутку теневым мэром Москвы при Лужкове, но уж кандидатом в преемники точно не был.

Макеева: Насколько здесь политическая составляющая, которая в деле ЮКОСа играла, может быть, основную даже роль, насколько она здесь на первом плане или это чисто бизнес?

Горянов: С моей точки зрения, складывается, что это, как и говорит сам Евтушенков, рейдерский захват, это так и выглядит. Потому что клан Рахимовых, возглавлявший Башкирию, уже давно не у руля, сдали давно активы. И даже выборы последние показали, что ничего серьезного сделать этот клан не смог. Поэтому мне кажется, что это в первую очередь бизнес-интересы, понятно чьи.

Зыгарь: Кажется, что если тут есть политика, а ее нет, то ее следовало бы искать не в Башкирии, конечно, а в Москве. Насколько иронично и парадоксально все, что случилось с Евтушенковым за последние два года. Сейчас мало кто вспомнит, может быть, что пару лет назад, даже в течение года или полутора у Владимира Евтушенкова был серьезный конфликт с государством, крупнейшим, но это была не Россия, а Узбекистан. Потому что тогда еще имеющая много политических сил дочь президента Узбекистана Гульнара Каримова фактически отжала у него узбекское представительство МТС.

И тогда Владимир Петрович, собрав под свои знамена все возможные орудия российского государства, как российский МИД, ФМС и другие государственные органы, пошел войной практически против Узбекистана, фактически заставил его капитулировать. Высылали граждан Узбекистана из страны, арестовывали какое-то имущество, принадлежащее Гульнаре Каримовой и Узбекистану в Москве. Он сумел довольно быстро мобилизовать российское государство под свою защиту и выступал единым фронтом со всей государственной машиной против другого государства. И вот проходит, казалось бы, год с тех пор, как та война забыта, и совсем другая война.

Лобков: Может ли коррелировать сегодняшнее событие и развитие повышенной публичной активности Игоря Ивановича Сечина? Потому что не бывает недели, чтобы мы какую-то шокирующую подробность о «Роснефти» не узнали. Может ли это быть связано, что именно в этот момент в связи даже с публичной активностью Игоря Сечина, случайное ли это совпадение?

Горянов: У Игоря Ивановича Сечина аппаратный вес давно уже зашкаливает какие-то все видимые пределы, главное, что его аппетиты уже выросли абсолютно фантастически. Да, требуются новые деньги, новые рынки, Игорь Иванович давно хочет видеть компанию «Роснефть» не только доминирующей на нефтяном, но и газовом рынке, отжав долю «Газпрома». Коррелирует ли это сейчас в каком-то моменте? Наверное, нет. Это же какая-то аппаратная борьба, которая выстреливает, когда уже все подготовлено.

Зыгарь: В принципе, мы помним, что в советские годы Министерство нефтяной и газовой промышленности, я думаю, что Игорь Иванович находится в двух-трех годах, может быть, а, может, в полутора годах от того, чтобы стать министром нефтяной газовой промышленности…

Лобков: СССР?

Зыгарь: Да.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.