Назад в СССР: Путин строит империю

Здесь и сейчас
4 октября 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Сегодня в газете "Известия" появилась статья премьера Владимира Путина. Обсудили геополитические заявки премьера с политологом, лидером Евразийского союза молодежи Валерием Коровиным.

Сегодня в газете "Известия" опубликована статья премьера Владимира Путина, где он пишет о новом экономическом союзе, который с 1 января 2012 года создают Россия, Белоруссия и Казахстан. Это будет единое экономическое пространство, в котором любой гражданин одной из этих стран сможет ощутить привилегии: по аналогии с Евросоюзом, резиденты трех стран смогут безо всяких ограничений выбирать, где им жить, учиться и работать, - соответственно, миграционные и пограничные барьеры будут сняты. По тональности и выводам, сделанным в заметке, это президентская публикация.

Путин выступает в роли журналиста уже не первый раз. До этого выходили две его колонки в журнале "Русский пионер", который возглавляет один из любимых журналистов премьера Андрей Колесников. Правда, речь там шла не о политике, а о любви Владимира Путина к флоре и фауне.

Изюмская: Обсудим геополитические заявки премьера с нашим гостем – директором Центра геополитических экспертиз, лидером Евразийского Союза Молодежи Валерием Коровиным.

Казнин: Вам, наверное, бальзам на душу?

Коровин: Конечно. Мы ждали этого 12 лет. 12 лет назад мы подготовили целый комплекс разработок, документов, и посвятили его приходу Владимира Путина к власти в конце 99-го года, президентом он стал в 2000. И ждали 12 лет того момента, когда, наконец, эти разработки примут свою законченную форму и наконец-то выльются в реальный геополитический проект. И вот понадобилось столько времени для того, чтобы он стал реальностью. На самом деле, конечно, времени потрачено очень много и отрадно, что Путин взялся за это. Конечно, хотелось бы, чтобы эти процессы в более активной стадии развивались все эти годы.

Казнин: Процессов нет практически. Вы говорите о реальности, а эта реальность только в словах премьера, в достаточно сухих, полных канцеляризма, предложениях.

Коровин: Да, но, тем не менее, это задел на идеологию Путина на ближайшие 12 лет.

Казнин: Так, а люди, вы думаете, воспринят эту идеологию? Люди хотят, часть - возвращения Союза, часть - дружбы с Европой, жизни в европейском пространстве.

Коровин: Здесь в этом проекте как раз два направления, эти чаяния совпадают. Те, кто хотят возрождения Советского Союза, видят в нем возрождение большого пространства, а Путин оговаривается, что это не есть возвращение к СССР, потому что марксистская идеология отброшена. А те, кто хотят интегрироваться в Европе, находят здесь свои чаяния, потому что Путин говорит о стратегии сближения, сначала экономического, а потом и политического, сближения с Европейским Союзом. То есть, и те и другие находят здесь то, чего ждали, чего желают видеть, и, собственно, Путин реализовал программу большинства.

Казнин: Это предвыборная получается статья.

Коровин: И этот проект на 12 лет. Понятно, чем будет заниматься Путин следующие 12 лет.

Казнин: Чем же?

Коровин: Строительством большой глобальной, большой империи Евразийского союза.

Казнин: Как это на практике будет реализовываться?

Коровин: На практике, это трудоемкий процесс, но это процесс, который будет вести огромное пространство к процветанию.

Изюмская: Скажите, пожалуйста, а Европе зачем союз с Белоруссией, например? Они прямо спят и видят, наверное.

Коровин: Европа - это сегмент, который экономически и промышленно переразвит, но что касается ресурсов, там наблюдаются колоссальные потребности в ресурсах, не только в энергоресурсах, но и в других. В то же время, Россия, наоборот, стана богатая ресурсами, но индустриально не так развита.

Изюмская: Мы про Белоруссию сейчас говорим. О Белоруссии, которая войдет в этот Союз.

Коровин: Белоруссия - это квалифицированный народ, хорошо образованный, хорошо обученный, дисциплинированный и это готовность трудолюбиво работать и вносить общий вклад в развитие большого, евразийского теперь уже, пространства.

Изюмская: Лукашенко их там как следует дисциплинировал за время своего правления.

Казнин: Очень сложные отношения у нас с Белоруссией, но даже если в какой-то момент Лукашенко уйдет, ведь не факт, что Белоруссия будет смотреть в сторону России. Она может смотреть в сторону Европы.

Коровин: Белоруссия - это часть большой России, она не может смотреть никуда, кроме России. Дело в том, что здесь большая разница: либо идти в Европу без России, вопреки России, назло России, либо идти в Европу вместе с Россией. Вот это колоссальное отличие.

Изюмская: Я все-таки плохо представляю, что Белоруссию без России в Европе, что с Россией в Европе.

Коровин: Здесь как раз речь не только о Белоруссии, потому что если Россия и Европа не сотрудничают, Белоруссия просто превращается в элемент санитарного кордона и все. Ее используют как буферную зону, она не развивается в этой ситуации. Но здесь же речь идет о том, что подтягиваются и азиатские страны, и интерфейсом между Россией и Китаем становится белый ландшафт азиатских стран: Казахстан - ведущая экономика Средней Азии - и многие другие. Путин говорит в своей статье, что этот проект открыт, и все остальные государства СНГ нынешнего будут интегрироваться сюда по мере нарастания его привлекательности. Она, безусловно, будет привлекать.

Казнин: Вот это интересно. Вы как поняли в этой статье Путина, что будет составлять вот этого будущего монстра?

Коровин: А здесь об этом прямым текстом говорится, что проект открыт, и что он не является идеологическим продолжением СССР, но он является концептуальным продолжением восстановления большого пространства и открытия возможностей для вхождения новых участников здесь прописаны прямым текстом.

Казнин: Ну, так каких? Кто туда может войти, кроме Казахстана и Белоруссии?

Коровин: Конечно, в первую очередь имеются в виду страны, бывшие советские республики.

Казнин: Какие?

Коровин: Страны постсоветского пространства, в том числе и Грузия. Дело в том, что нынешняя ориентация атлантистская, строго говоря, Грузии, связана с тем, что Россия 20 лет не обращала внимания на своих бывших соседей, на своих братьев по большому СССР. Естественно, они были вынуждены искать лучшей доли на стороне. Вот они и подались во все тяжкие, в объятия к Западу, к Америке, начали скрестись на пороге, умолять взять их в Европу. Понятно, что для Европы это государства - слишком большой разрыв. А если они будут вместе с Россией наращивать свой экономический потенциал, этот разрыв будет быстрее, стремительно сокращаться.

Изюмская: Вопрос, будет ли Россия наращивать свой экономический потенциал в условиях кризиса и падения цен на нефть?

Коровин: В этом как раз и основная идея заключается. Ведь в этом проекте реализован проект концепция Фридриха Листа «автаркии больших пространств», когда слаборазвитые государства экономические, которые отстают от, допустим, государств Европы, интегрируя, открывают внутренние границы, для того, чтобы интенсифицировать внутреннюю торговлю и вместе наращивать экономический уровень. И это совместное функционирование в Таможенном союзе, оно приближает эти государства к более экономически развитым, там, где экономические системы уже налажены и функционирует хорошо. Если сейчас слаборазвитое государство входит в ВТО, они окажутся в неравных условиях. В одних бывших, особенно государствах постсоветского пространства экономика слабо развита, в других странах Запада, которые входят в ВТО преимущественно, сильно развита, и в этих условиях, как доказывает Лист, бедные еще больше беднеют, а богатые еще больше богатеют. Для того, чтобы войти в ВТО, нужно иметь примерно равный уровень экономического развития, чего и хочет добиться Путин через реализацию Евразийского союза.

Изюмская: Без сомнения, эта идея будет симпатична очень большому числу людей, особенно тем, кто скучает по большому пространству Советского Союза и братским республикам, по свободному перемещению и экономическому пространству, но звучит, это тем не менее, все как фантасмагория. Даже эксперты говорят, что это голая идея, до воплощения которой в жизнь, понадобится ни один и даже ни два президентских срока, даже если по 6 лет.

Коровин: Вот смотрите, мы 70 лет существовали в рамках большого пространства, а до этого 300 лет в рамках огромной романовской империи и для нас как раз пребывание в состоянии большого пространства более естественно, чем нынешняя куцая обкусанная Россия без Азии, без Кавказа, не пойми что. Вот как раз этот проект является естественным для России. Мало того, с ее огромными территориями и слабой индустриальной развитостью, только в формате большого пространства и интеграции всех экономических усилий, их как бы собирания, она сможет достигнуть уровня Европы, что необходимо Европе. Она не может сотрудничать с Россией на равных, когда Россия провисает экономически, когда существуют значительные зазоры между современным Европейским союзом, который как раз таки интегрируется, мобилизуясь, и России, которая значительно отстает. Вот Европе выгодно, чтобы Россия собиралась, чтобы она собиралась с силами, экономически мобилизовалась и подтягивалась до уровня экономического развития Европы. Тогда Европа сможет взаимодействовать полноценно с большой предсказуемой экономически развитой Россией.

Казнин: Это все теория конечно. А на практике есть союзные государства, которые есть только на бумаге, есть чудовищная коррупция, которую боятся бывшие республики СССР, есть люди во многих странах бывшего СССР, которые не хотят жить в России или в зоне ее влияния просто потому, что не хотят попасть в эти жернова.

Коровин: Просто потому, что Россия 20 лет не могла предложить внятного проекта для бывших постсоветских республик. Это раз.

Казнин: А что она им сейчас предложит, кроме того, что туда приедут чиновники российские?

Коровин: Чиновники здесь совершенно ни при чем.

Казнин: Чиновники этих профсоюзных различных структур, чем занимаются, до сих пор непонятно.

Коровин: Союзные структуры - это такие позывы создать какие-то интеграционные объединения. Начали в одном месте строить забор - приколотили две доски, бросили, начали в другом - приколотили, бросили, или вкопали столб и забыли.

Изюмская: А где гарантия, что опять столбами не закончится и прибиванием досок?

Коровин: Сейчас Путин предлагает цельный проект. То есть, экономическая интеграция - это хорошо, но этого недостаточно. Когда нет политической синхронизации, когда нет единого стратегического пространства, единой стратегии взаимодействия как с Западом, США, Европой, так и с Востоком, тогда эти образования становятся неполноценными. Они не могут функционировать.

Изюмская: А где гарантия, что все это мероприятие после выборов точно также не останется на бумаге?

Коровин: Гарантия в воле Путина. Вот Путин поставил себе задачу, когда пришел на первый президентский срок - остановить распад России (а мы стояли на грани распада России, не надо об этом забывать) - и он это сделал. Он остановил Россию, он укрепил ее и создал цельный механизм. Теперь уже вопрос о развале России не стоит так остро, как он стоял после Первой чеченской кампании.

Изюмская: Американские, кстати, политологи, уверены в обратном, что через 20 лет совершенно от России мало что останется.

Коровин: Правильно, они работают на это, поэтому они уверены в своем успехе, а мы не работали. Вот сейчас мы скрепили Россию, но она не сохранится в таком виде, если она не будет развиваться. Геополитические законы гласят, что если ты закрылся в каком-то пространстве, если границы не расширяются, ты не сохранишь его. Чтобы сохранить то, что есть, надо расширяться, нужно двигаться дальше. Невозможно удержать Северный Кавказ без интеграции, без движения на юг, на Южный Кавказ, не военного конечно, не завоевания, мы не в средневековье живем, а экономического, в первую очередь, и политического стратегического сближения. И только тогда мы сохраним Россию в ее нынешних границах, если будем расширяться, двигаться во вне.

Казнин: А вы были в Казахстане в последние годы?

Коровин: Был. Был и неоднократно.

Изюмская: По-моему, им и без нас хорошо очень, нет?

Коровин: Очень хорошо живут, а экономически Казахстан более развит во многих отношениях, но Казахстан также чувствует некую свою стратегическую неполноценность. Имея огромные запасы углеводородов, совершенно Казахстан не имеет нормальных маршрутов их экспорта. То есть, Казахстану требуется диверсификация маршрутов и требуется возможность беспошлинно осуществлять транзит своих углеводородов в ту же Европу. Раньше на границе с Россией стояли заградительные барьеры, мы не давали Казахстану продавать свое топливо в Европу и в другие государства. Сейчас эта проблема снимается. Казахстан имеет прямую экономическую выгоду, но это взаимовыгодное сотрудничество. Мы имеем доступ теперь к рынкам казахским, то есть, имеем возможность поставлять туда, что было закрыто до этого в ответ на закрытие нами поставок топлива, и так далее. То есть, это взаимовыгодное сотрудничество, которое не путем сложения усилит нас, а путем умножения по геометрической прогрессии.

Казнин: Вот если так посмотреть со стороны, гигантская страна, которую сейчас называют сырьевым придатком Запада, с чудовищными проблемами на Кавказе, я имею в виду Дагестан, Ингушетия и так далее, коррумпированная сверху до низу, создает еще и какое-то новообразование.

Изюмская: Готовы поделиться опытом.

Коровин: На мой взгляд, вот эти все проблемы, проблемы сепаратизма на Кавказе и проблемы коррупции - это все в России от безделья просто. Россия не имеет великого проекта, того, чем можно было бы полноценно заняться. Чиновники не знают, что им делать уже, страдают, маются дурью. Поэтому, сейчас им будет поставлена глобальная задача, им уже будет не до коррупции, не до мелочей. То же самое касается и Кавказа. Кавказ сегодня пытаются оторвать от России, потому что это самая крайняя точка, но если мы интегрируемся с Южным Кавказом, с Закавказьем, то уже Северный Кавказ перестанет быть крайней точкой. Ей, соответственно, станет Южный Кавказ и на Северном Кавказе ситуация значительно стабилизируется.

Казнин: Северный Кавказ не особенно-то собирается интегрироваться, в этом проблема.

Изюмская: А что, Евразийский союз как способ борьбы с коррупцией.

Казнин: Имеется в виду бывшие республики.

Коровин: Он уже интегрируется. Южный Кавказ вы имеете в виду?

Казнин: Закавказье.

Коровин: Смотрите, они не обираются интегрироваться, пока Россия ничего не предлагает. Мы же не обращаем на них внимание 20 лет. Они говорят, «давайте, может быть». «Да идите», мы говорим им. «Может это?». «Да пошли вы». Вот такой примерно идет диалог между Закавказьем и Россией. «Ну ладно, что у вас там?», в конце концов, соизволил наш руководитель, встретился с каким-то…

Казнин: Еще очень многих людей пугает то, что хлынут через открытее границы наши братья и друзья бывшие, например, из среднеазиатских республик. Сейчас не могут с миграцией навести порядок…

Коровин: Смотрите, как раз в чем заключается секрет. Сейчас мигранты едут, потому что уровень экономического развития России и, допустим, Таджикистана, откуда больше всего едут мигрантов, он значительный и отличается, но когда Таджикистан войдет в Таможенный союз, то экономическая ситуация сравняется, уровень зарплат сравняется, уровень жизни сравняется и таджикскому рабочему уже не будет никакого смысла ехать в Россию, в Москву, потому что этот разрыв колоссальный будет сневелирован и совершенно смогут прекрасно находить работу там же у себя на родине. Это как раз снимет эту проблему.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.