Националисты открыли второй фронт

Здесь и сейчас
13 мая 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть

Первый программный документ Народного фронта появился сегодня на сайте "Единой России". Документ — "декларация об образовании" — не отличается особо конкретикой. Из нее можно узнать, что Народный фронт образован по инициативе Владимира Путина, действует в интересах россиян и выступает за создание реальной демократии.

Среди целей Народного фронта: помочь "Единой России" сформировать список кандидатов к предстоящим декабрьским выборам, а также подготовить программу. Единороссам "Народный фронт" даст наказ, но речи о том, что фронт будет отвечать за свои обещания нет.

А пока партия власти вместе с Народным фронтом усиленно готовятся к декабрьским выборам, о создании общенародного объединения заявили сегодня националисты. "Державный союз" появится в пику "Народному фронту". Среди подписавших заявление: "Союз казаков России", "Военно-державный союз" под руководством Леонида Ивашева, "Славянский союз журналистов"во главе с бывшим министром печати Борисом Мироновым и "Российский общенародный союз".

Об объединении националистических организаций говорим с Сергеем Бабуриным, председателем Российского общенародного союза, журналистом Владимиром Познером и первым зампредседателем комитета Госдумы по безопасности Михаилом Гришанковым. 

Казнин: Можете нам сказать, кто, по крайней мере, 2-3 кандидатуры, может стать кандидатом в президенты?

Бабурин: Если считать, что мы ради этого создавали нашу организацию, точнее, коалицию, то это полное непонимание, что происходит в стране. Мы наоборот считаем, что наши выборы нечестные и непрозрачные, и говорим о том, что мы выступаем за упразднение Федерального собрания и созыв Конституционного собрания. Это должен быть народный парламент, нам нужно народное правительство, и потом только мы говорим о том, что нам нужен народный президент. Поэтому объединение наших организаций, большинство из которых, конечно, существует достаточно давно, но ни одна из них никогда не была придворной, началось до заявления «Единой России» о своей трансформации вот этой виртуальной в Народный фронт, потому что сегодня официально назначенные партии, на наш взгляд, не отражают интересов большинства граждан страны.

Казнин: А вы будете сотрудничать с Демушкиным и такими радикальными достаточно…

Бабурин: Это кто?

Казнин: Это человек, который создал некую организацию «Русские».

Бабурин: Я знаю Демушкина, я знаю и других, но я просто за то, чтобы не заниматься глупостями. В этом отношении я всегда говорил очень многим патриотам: «Вы хотите защищать русских? Защищайте, но не подражайте ни фашистам, и не боритесь с евреями. Защищайте русских». В этом отношении у нас, допустим, первая реакция Союза русского народна была, что они, возможно, войдут к нам, или какие-то другие организации, так же, как исламский комитет в России и другие. Но наша задача – бороться за будущее страны с соблюдением гражданских прав, политических прав. Как бы мы критически не относились к официальным нашим сегодня насквозь пронизанным коррупцией органам власти, но надо использовать последний шанс, пока у народа не лопнуло терпение вообще.

Казнин: Вы же понимаете прекрасно, да и, в общем, все это понимают, что без поддержки сверху партию создать сейчас не получится.

Бабурин: Самое страшное, что у нас в обществе есть – то, что вы сейчас отметили, что все партии создаются из одного кабинета.

Казнин: У вас есть поддержка?

Бабурин: Именно поэтому мы не создаем партию, именно поэтому мы не собираемся участвовать в фарсе выборов в Государственную думу.

Казнин: Но все и будет тогда продолжаться, как продолжалось.

Бабурин: Да не будет. Гражданское общество созрело уже к формированию механизмов гражданского общества. Политическая система, и это признали, создав Народный фронт «Единой России», она обанкротилась. Если великая «Единая Россия» оказывается неспособна составить список кандидатов, и они теперь сами себя начинают представлять. Ведь кто входит в этот объединенный Народный фронт бюрократов и олигархов? Все те, кто и так состоят в руководстве «Единой России». Вы назовите мне хоть одного, кто там еще не состоял из всех, кто туда был приглашен.

Казнин: Слишком стремительно образовался фронт, надо еще чуть-чуть подождать.

Бабурин: Какое образовался? Собрали руководство «Единой России», сказали: «Так, рассчитайтесь на первый и второй. Первые остаются представителями «Единой России», вторые будут Народным фронтом». Вот и все.

Казнин: У вас есть контакты с администрацией президента, с господином Сурковым?

Бабурин: В последнее время не замечены. Я вообще в последнее время занимаюсь как ректор Торгово-экономического университета чисто учебными делами. И занимался бы, если бы наш парламент был настоящим парламентом. Но за страну-то стыдно.

Казнин: Вы были в парламенте достаточно долгое время.

Бабурин: Правильно. А сейчас я уже 9 лет ректор университета, и мне нравится эта работа, мне нравится заниматься завтрашним днем, когда мы воспитываем профессионалов.

Казнин: По вашим оценкам, сколько поддерживает процентов населения вашу коалицию?

Бабурин: Вы знаете, я вообще никогда не люблю гадать. Выборы покажут. Когда мы посмотрим и скажем. При всех уровнях фальсификации явки на выборах, мы посмотрим, в каких формах население, которое не будет участвовать в выборах, себя заявит. Вот тогда мы и разберемся.

Казнин: Все равно не очень понятно, чем вы заниматься сейчас будете.

Бабурин: Сейчас мы будем убеждать всех, в том числе «Единую Россию», чтобы они пошли на созыв Конституционного собрания, потому что сегодняшняя политическая система неэффективна.

Казнин: Пойдете вы на предложение господина Бабурина?

Бабурин: Чтобы они хотя бы приняли законы о Конституционном собрании, что должны были за 18 лет сделать.

Гришанков: С учетом того, что вы пригласили меня на другую тему, у меня достаточно много соображений по поводу того, что говорит мой коллега – с Сергеем мы работали в Госдуме, я думаю, что у него нет вопросов ко мне по поводу моей работы.

Бабурин: Нету, нету.

Гришанков: Я не хочу сейчас обсуждать Конституционное собрание. Давайте так – у нас есть Конституция, выбирается парламент. Если мы говорим о том, что выборы – профанация, то, знаете, я встречаюсь с разными людьми в разных территориях, люди ходят на выборах и голосуют. Вопрос в том, где-то больше, где-то меньше. Главная задача любой политической силы – это вовлечение людей. Сейчас принято решение, я могу сказать, что я не принимал участие в подготовке решения о Народном фронте, для меня это тоже было несколько неожиданно. Но сейчас события развиваются достаточно быстро, посмотрим, что будет. Но инициатива по вовлечению различных общественных сил в это, на мой взгляд, она неплохая. Вопрос в том, как это будет оформлено. Кто-то присоединится, кто-то нет. Как уважаемый Сергей Бабурин создает свое движение, я считаю, здорово.

Казнин: А «Единая Россия» не боится, что люди будут голосовать за националистические партии или движения?

Бабурин: Почему «националистические» звучит так негативно?

Казнин: Ни в коем случае. Националистические причем в разных совершенно аспектах. Это и тот же самый Демушкин, которого вы не знаете.

Бабурин: Вот только Демушкина сразу не надо.

Казнин: К Манежке как вы относитесь, к тому, что случилось?

Бабурин: Манежка – это социальный протест против коррупции в нашей стране, не надо это клеить националистам, не было там националистов, это потом придумали, чтобы спрятать эту проблему.

Казнин: Но били-то ребят по национальному признаку.

Бабурин: А вы знаете, что среди них не все русские, которые убили. Но это засекретили, потому что это портит национальный повод.

Казнин: Били все равно нерусских, и именно за то, что они нерусские.

Бабурин: Ну что вы придумываете? Не путайте события. Началось с того, что болельщики пришли за справедливостью, как в январе 1905 года с хоругвями шли тоже за справедливостью. И те, и другие получили.

Гришанков: Сергей, ну мы тоже не должны себя обманывать – националистические лозунги были основой событий на Манежке. И то, что многие пришли туда, испытывая очень четкую неприязнь, вот это является очень серьезной угрозой для всех.

Бабурин: Потому что безнаказанность гостей Москвы всех достала.

Гришанков: Естественно, была причина, было убийство Свиридова, были отпущенные бандиты, это, конечно, проблема.

Казнин: А что значит гостей, объясните мне, я просто тоже гость Москвы.

Бабурин: А вы что, не имеете здесь регистрации?

Казнин: Нет. Я из Петербурга.

Бабурин: Ой, это самые страшные нелегальные эмигранты.

Казнин: Тем не менее.

Бабурин: Так вот я за то, чтобы с нелегальной миграцией действительно бороться серьезно. И когда мы говорим о целостности общества, пусть приезжают, но учат русский язык и признают тот образ жизни, который у нас есть.

Казнин: Съезд вашего движения когда будет?

Бабурин: Я думаю, в июне.

Казнин: Где?

Бабурин: Если вы хотите, чтобы мы проводили на Северном Кавказе, мы рассмотрим этот вариант, но, скорее всего, в Москве.

Казнин: У вас не бывает проблем с, например, помещением?

Бабурин: У нас перманенты эти проблемы, но я надеюсь, что все-таки решимы эти проблемы.

Малыхина: Это просто нехватка финансирования или иные ограничения?

Бабурин: Знаете, это сегодня гораздо сложнее решается вопрос, чем даже в эпоху Ельцина. По сравнению с сегодняшней ситуацией, Борис Николаевич скоро будет казаться ангелом во плоти даже при расстреле Верховного совета.

Казнин: С финансированием то есть все нормально?

Бабурин: Все нормально. Его нет, мы только сами собираем средства. Конечно. Потому что все бизнесмены запуганы и построены в очередь к тем, кому назначено поддерживать.

Казнин: Вы в какой-то тяжелой ситуации находитесь, безысходной практически.

Бабурин: Наоборот, мы радостны, мы оптимисты по природе, ведь великая смута уже была. Мы через год будем отмечать 400-летие великой смуты от царя Бориса до Лжедмитрия. И тогда народное ополчение только смогло решить проблему. Дай бог, чтобы сегодня мы обошлись без него.

Казнин: Владимир Владимирович, может быть, поучаствуете? У нас просто ощущение – то ли вы заскучали, то ли не можете все это слышать.

Познер: Я заскучал, потому что я это слышал миллион раз. Это невероятно скучно – до зубной боли. Мне неприятно, что очевидные вещи отрицаются, и что в России очень сильный национализм не тот, о котором говорится в смысле гордость за свою страну или любовь, а национализм в смысле неприязни к другим нациям очень сильно развит. Вне зависимости от того, человек родился в Москве, но если у него глаза не того цвета и волосы не того цвета, то он оказывается гость, видите ли. И второе – расизм, очень сильный расизм, когда черные, желтые и т.д. Их бьют и убивают, конечно, не каждый день. И все это для меня, я это лично воспринимаю как что-то очень тяжелое. Я много езжу по стране, много. И в разных регионах, в том числе, в казачьих, это очень чувствуется, очень. Это подчеркивание превосходства русского над остальным, неприязнь к Западу, все это разыгрывается, в том числе церковью. Все это мне неприятно, я просто не очень понимаю, причем тут фронты, не фронты. Один фронт другого стоит, на мой взгляд. Я вообще не понимаю, что это, кому это нужно. Но я, правда, не политик, я не член – ни бывший, ни будущий, ни настоящий Государственной думы. Политикой не занимаюсь, занимаюсь журналистикой. Пытаюсь взвешивать вещи и быть объективным. Но иногда, конечно, чувства захлестывают, и вот, видите, я сейчас очень горячо высказался.

Казнин: Сергей Николаевич, а в вашей программе будет что-то о ксенофобии, расизме?

Бабурин: Мы 20 лет назад записали, что мы боролись и будем бороться против фашизма, ксенофобии, сионизма и расизма. И когда нам говорят, что русские патриоты, да еще и православные – это обязательно какие-то дикие, так говорят те, кто не понимает суть русского человека и суть нашей истории.

Малыхина: Подождите, но Борис Миронов, который к вам присоединился?

Бабурин: У нас очень разные люди, у нас есть люди разных национальностей.

Казнин: Он до сих пор на митингах открыто выступает с антисемитскими лозунгами.

Бабурин: Вот вопрос к Борису Миронову.

Малыхина: Так он же в вашей коалиции, получается?

Бабурин: Вы знаете отличие нашего образования от того, что «Единая Россия» создает? У нас есть разные точки зрения. Это там построят и скажут – у тебя одна точка зрения, у остальных такая же.

Малыхина: То есть, по сути, у вас такая дискуссионная площадка, которая образовалась?

Бабурин: Это не дискуссионная площадка. Это объединение людей, которые хотят перемен в стране. Нам надоело то, что делают со страной, и название «Державный союз» говорит о том, что нам нужно вновь возродить много национальную великую державу, а не пытаться пристроиться к Европе, к Америке при всех красивостях, к которым там привыкли. Вот господин Познер вырос там, он не может воспринять нашу реальность. Но что делать?

Познер: Знаете, что я вам хочу сказать, что вот это вот выражение – это последнее, крайнее, когда нечего сказать. Как возразить против меня? Сказать, что он не наш. Вот это главное. Это говорится такими людьми как вы, и не только. Что еще сказать? По существу Познер прав. Но как? Он не наш, он не понимает Россию, он плохо говорит по-русски, и вообще что он здесь делает? Я так смеюсь, когда это слышу внутренне. Думаю, вот дошли. Нет другого возражения.

Бабурин: Я просто восхищаюсь профессиональной фальсификацией господина Познера.

Познера: Вы же только что употребили термин.

Бабурин: Он этим занимается на телевидении уже много лет, и это ему сходит с рук.

Познер: Когда вы придете к власти, вот тут на фонаре и повесят под крики «Спасай Россию».

Бабурин: Зачем же сразу?

Познер: Ну постепенно.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия