Шохин. На Рублевке построят город для чиновников

Здесь и сейчас
17 июня 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Гость петербургской студии телеканала ДОЖДЬ - глава "Российского союза промышленников и предпринимателей" Александр Шохин.

Главный промышленник России уверен, что город чиновников, о котором сегодня говорил Дмитрий Медведев, построят на Рублевском шоссе. 

Зыгарь: Первый вопрос, который мы всем задаем…

Шохин: Я потрясен выступлением.

Арно: Выступлением Дмитрия Медведева? 

Шохин: Я хотел бы расшифровать, что это лучшее выступление Дмитрия Анатольевича Медведева не только на этом форуме, но и в принципе, одно из лучших за время его президентства.

Зыгарь: Мощная программная речь.

Арно: Похожа нп ерпдвыборную речь?

Шохин: Она похожа на предвыборную речь за один исключением. Там не было сказано, что Дмитрий Анатольевич Медведев идет на выборы. А в принципе, это программа, проект развития страны, который, как подчеркнул Дмитрий Медведев -  несмотря на то, что он несколько раз говорил «мой выбор» - что эта программа может быть реализована независимо от того, кто станет будущим руководителем страны, на мой взгляд, это правильно. Надо говорить о программе развития страны, выстраданной не только начальниками, но и людьми. Я бы этот акцент подчеркнул посильнее.

Зыгарь: А почему такая мощная программная, эпохальная речь звучит именно на Международном экономическом форуме, когда в зале, в основном, даже не российская публика.

Шохин: Это намного лучше, чем делать заявления в Давосе. Обычно у нас либо Лондон, либо Давос – это место для громких политических заявлений. Я считаю, что это серьезный шаг вперед, когда все-таки на российской площадке делаются программные заявления. Если сравнить, например, выступление Дмитрий Медведев в Давосе и здесь, конечно, сегодняшнее выступление намного мощнее, и это правильно. Все-таки давосская речь специфическая, а сейчас все каналы, я думаю, уже показали, в том числе и вы, ключевые моменты выступления Дмитрия Медведева. Я думаю, что народ обсуждает сейчас не только в кулуарах форума, но и в других городах и весях.

Арно: А как вы прокомментируете меру, предложенную нашим президентом, я сейчас говорю об увольнении чиновников по недоверию.

Шохин: Такая технология введена была в свое время Владимиром Путиным. Недоверие губернатору можно высказывать, и уже один руководитель региона по этой статье был уволен почти год назад – Юрий Лужков.

Зыгарь: Даже три. Просто один – Медведым.

Шохин: Некоторые, как вы знаете, успевают по собственному желанию заявления писать, чтобы не позориться, что называется.

Зыгарь: Вчера был такой пример.

Шохин: Н не будем называть имена. Червяк ли тут помешал или какие-то боле серьезные обстоятельства, тем не менее, действительно обновление губернаторского корпуса идет очень мощно. Но ведь важно что? Сегодня президент подчеркнул эту технологию недоверия, что он будет ее выстраивать в увязке с борьбой с коррупцией. На самом деле, борьба с коррупцией, как мне сосед сказал, который рядом со мной сидел, когда президент упомянул о том, что надо удавку затягивать на шее коррупционеров, многие стали поправлять галстуки, проверять, не сильно ли они затянуты. На мой взгляд, конечно, борьюа с коррупцией должна опираться на оптимизацию роли государства в экономике. И то, что сегодня президент призвал к более амбициозной программе приватизации, мы тоже, как Российский союз промышленников и предпринимателей, постоянно на протяжении 2,5 лет об этом говорим. И говорим это в контексте того, что уход государства из бизнеса помогает государству заниматься тем, чем оно должно заниматься – а именно регулирующее воздействие позитивное оказывать на бизнес-среду. И сегодня президент четко об этом сказал, что главная функция государства – не быть бизнесменом, а создавать конкурентную среду, условия для развития предпринимательства. Я думаю, что это очень правильный тезис, который в наших программных документах значится на первых строках. Вот эта оптимизация роли государства и набор государственных услуг, которые будет эффективно, меньше по объему государство оказывать, это и главный источник борьбы с коррупцией. Если мы будем наказывать чиновников, в том числе используя китайский опыт, например, расстрелов публичных и т.д., но государство будет избыточно присутствовать в экономике, мы никогда коррупцию не победим. Поэтому нужно условия для коррупции, прежде всего, устранять. И жестко наказывать коррупционеров, чтобы другим неповадно было. Я думаю, китайский опыт мы вряд ли переймем, так же, как и президент не захотел перенимать китайский опыт пятилеток.

Зыгарь: Тезис «меньше государства» в экономике не первый раз выдвигается, он хорош, понятен и либерален, но нет ли тут другой опасности – что в ходе приватизации госкорпораций их собственниками станут нынешние менеджеры. Только сейчас они представляют интересы государства, а потом они отчалят от этого государственного берега и будут в личном качестве выходить?

Шохин: Такая опасность есть, и в этом предложении приватизировать ключевые госкомпании действительно есть оборотная сторона – не появятся ли новые олигархи, назначенные уже новой властью? Не повторится ли история 90-х годов, о которой наши руководители откликаются довольно негативно, имея в виду ту же приватизацию. Я думаю, чтто нужно использовать, в основном, схемы публичные, прозрачные, в том числе IPO – публичное размещение этих акций   , привлечение стратегических иностранных партнеров. Важно, чтобы, правда, не преобладали иностранные инвесторы с Кипра, под коими скрываются наши же, кстати сказать, чиновники. Очень важно, чтобы эта приватизация не была формой легализации тех истинных доходов чиновников или государственных менеджеров, и чтобы не ни пролоббировали эту приватизацию. Вот здесь дьявол прячется в деталях. Безусловно, эти прозрачные публичные схемы приватизации, когда понятные идут стратегии, когда публичные размещения в Гонконге или в Лондоне, или в Нью-Йорке, и когда полное раскрытие информации о конечных бенефициарах тех или иных активов требуют для того же размещения – такие схемы должны использоваться. А не схемы закрытые, прямые сделки, когда, например, один госактив продается другой компания, которая контролируется тем же государством. Поэтому здесь много еще вопросов, которые должны быть решены, прежде чем можно будет сказать, что мы провели такую удачную, социально ориентированную финансово выигрышную приватизацию. Поэтому мы готовы работать здесь с правительством и с президентом. Самое главное, что сделан шаг в правильном направлении, заявлена необходимость более агрессивной, амбициозной приватизации. Я думаю, правительство к 1 августу это поручение исполнит и более такой продвинутый список приватизируемых активов будет представлен. Но очень важно, чтобы не возникли проблемы, которые вы поднимаете.

Зыгарь: Еще одна новость сегодня появилась. Ее источник был не президент Медведев, а глава РЖД Владимир Якунин, который сказал, что по вашему совету РЖД вступает в Народный фронт. Расскажите, что и как. Когда вообще впервые была высказана идея о создании Народного фронта премьер-министром Путиным. Не все понимали, зачем это, и как это будет выглядеть. Я думаю, очень многие сегодня удивились, оказывается, что еще и корпорации тоже будут вступать в Народный фронт.

Шохин: Я об этой идее присоединения трудовых коллективов к Народному фронту узнал вчера во время заседания координационного совета Народного фронта. Честно говоря, я не считаю, что у нас трудовых коллективов десятки тысяч, на самом деле их присоединение… Хоть Народный фронт – это такое общественное движение, а не политическая партия, но все равно, поскольку предвыборный цикл предстоит, и Народный фронт в него включен, я не считаю, что нужно увлекаться присоединением трудовых коллективов, тем более государственных корпораций. Это может принизить этот общественно-гражданский статус Народного фронта. Первоначальная идея, что туда должны входить организации гражданского толка – не государственные некоммерческие организации, на мой взгляд, была очень разумная. Разумная была идея, что и обеспокоенные граждане, которым есть, что сказать, и которые могут действовать, тоже могут присоединяться напрямую. Но идея присоединения трудовых коллективов мне, честно говоря, не очень понятна.

Зыгарь: То есть не вы советовали?

Шохин: Я не советовал. Я вообще-то считал бы, что гражданское общество должно быть главным партнером «Единой России» в рамках фронта и обеспокоенные граждане, которые уже реализовали какие-то проекты. К координационному совету вчера присоединились Леонид Рошаль и глава псковской неформальной незарегистрированной организации, которая борется с бездорожьем «Убитые дороги Пскова», вот это нормальный подход, когда есть известные люди – известные в регионе, известные в стране, которые присоединяются даже не в личном качестве, как артисты, спортсмены и т.д., а за ними есть еще какой-то проект, какие-то люди, которые знают, что делать и делают это.

Арно: Но гражданское общество у нас, скорее, сейчас критикует «Единую Россию» и Народный фронт.

Шохин: Гражданское общество у нас разное. Есть такая общественная организация под названием «Гражданское общество», но я думаю, имеется в виду другое – именно совокупность гражданских организаций. Многие из них присоединились к этому Народному фронту, некоторые не считают необходимым присоединяться к структуре, которая идет на выборы, потому что многие гражданские организации по определению в оппозиции власти. И это хорошо.

Зыгарь: А зачем же тогда РСПП Народный фронт? Это ведь не обеспокоенные граждане.

Шохин: Это обеспокоенные предприниматели, которые обеспокоены программными документами Народного фронта и «Единой России». Нам кажется, что есть блестящая возможность повлиять на программные документы, избирательную платформу, инкорпорировать в эту программу и наши установки. Мы не будем специально что-то придумывать или лоббировать интересы тех или иных отраслей, секторов и т.д. У нас есть собственная программа. Она, правда, не на пятилетку рассчитана – на 3 года, состыкована с бюджетной и налоговой трехлеткой, поскольку экономическая тематика для нас важнее всего. Если нам удастся в экономическую часть платформы избирательного блока инкорпорировать свою программу, значит, у нас есть шанс на то, что именно она будет реализована. Но наша экономическая программа во многом перекликается с тем, о чем говорил сегодня президент. Если произойдет сближение позиций президента и Народного фронта, тогда мы будем говорить о том, что у нас есть программа развития страны, и не надо будет говорить президенту и премьеру, что это «мой выбор, моя программа». Они смогут дуэтом сказать – «это программа развития страны».

Зыгарь: Еще один ньюсмейкер сегодняшнего утра – Михаил Прохоров, который, пожалуй, впервые выступил с политическими заявлениями, критикой руководства.

Шохин: Ему пора – через неделю съезд.

Зыгарь: Что вы думаете о перспективах обновляемой партии «Правое дело», которая позиционирует себя именно как партия, которая представляет интересы бизнеса. Михаил Прохоров РСПП – не чужой человек.

Шохин: Михаил Прохоров – член бюро, председатель комитета по трудовым отношениям и кадровым стратегиям по рынку труда. Очень активный член нашей организации. Мне хотелось бы, чтобы у него получился этот проект, потому что наличие в Государственной думе праволиберальной партии, которая во многом является проводником идей предпринимательского сообщества, не крупного бизнеса, а предпринимательства как класса, создания нормальных условий для того, чтобы каждый гражданин мог через свое дело обеспечить достойные условия жизни себе и своей семье. Безусловно, диалог между такой партией и партией-центром, коей является "Единая Россия", был бы на пользу той программе развития страны, о необходимости реализации которой говорил сегодня Дмитрий Медведев. Мы не делаем выбор такой – мы в Народном фронте, и поэтому предпринимателям путь заказан в другие партийные списки. Как раз нет.

Зыгарь: Можно быть и в Народном фронте, и в «Правом деле»?

Шохин: Народный фронт – не партия, не юридическое лицо. Это технология в некотором смысле. Технология продвижения беспартийных общественников, в том числе из предпринимательского сообщества, в списки кандидатов в депутаты, и технология продвижения наших идей в предвыборной платформе. Я так это воспринимаю. Я не намерен идти в Государственную думу, но я намерен продвигать наших молодых активистов и по спискам «Правого дела», и по спискам «Единой России». Чем больше будет людей, которые понимают интересы предпринимательского сообщества и умеют их отстаивать, писать законы, тем лучше будет для бизнеса. Нет такой развилки жесткой – либо туда, либо сюда. Результат должен быть получен максимальный. Если можно иметь большинство в «Единой России» в следующей думе и фракцию «Правое дело», которая в некотором смысле  сбалансирует, будет противодействовать чрезмерному популизму коммунистов, справедливороссов и т.д., это хороший результат. Тогда уже центристская позиция в думе будет естественной позицией.

Арно: Дворкович и Собянин заявили: органы власти переедут за МКАД в специальный город-спутник.

Зыгарь: Уже развивается мысль президента о столичном федеральном округе. Теперь будет специальная резервация для чиновников.

Шохин:  Конечно, неплохо. Чиновники живут, насколько я знаю, по Рублево-Успенскому шоссе. И создать противоток – бизнесмены едут в город на работу, а чиновники остаются на месте, со своих дач по дорожкам идут в парламентский центр или в правительственные здания – очень удобная вещь. Разгрузятся дороги. Я даже думаю, в некотором смысле это политическое серьезное решение предопределено невозможностью быстро решить проблему пробок в Москве.

Зыгарь: Где это может быть? Рублево-Успенское направление? Сколково? Или Мытищи, Железнодорожный, Серпухов?

Шохин: Мытищи – звучит плохо. Мытари там жили. Если правительство в Мытищи, нас обложат такими налогами, что мама не горюй. Я думаю, что, скорее всего, это Запад Москвы. Будут территории, близкие к местам обитания чиновников. Сейчас скоростная трасса строится от Мосва-Сити до 18 км Минского шоссе, это обход города Одинцово и дублер Кутузовского проспекта. Я думаю, по этой линейке можно строить. Где-то в районе Одинцово, Сколково – в тех местах, чтобы инноваторы могли быстро решать проблемы с правительством.

Арно: Название какое-нибудь придумают оригинальное.

Шохин: Я думаю, как в Бразилии – название должно быть похоже на название страны.

Зыгарь: Будет Россиа.

Шохин: Россланд, Руссити.

Зыгарь: Западнический курс президента Медведева будет реализован. 

Впрочем, Аркадий Дворкович с ним не согласен:

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.