Международник Константин Эггерт: бельгийский королевский дом, в отличие от британского, интересуется политикой и делами своей страны

Здесь и сейчас
21 июля 2013
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков
Теги:
Бельгия

Комментарии

Скрыть
Сегодня мы целый день следим за тем, что происходит в Брюсселе. Там   после отречения от престола Альберта Второго на трон вступила новая монаршая чета: король Филипп и королева Матильда. 
В эти минуты новый монарх, который несколько часов назад принял присягу в национальном парламенте, проводит смотр военных и гражданских перед началом торжественного парада на Дворцовой площади, а у нас есть возможность посмотреть самые яркие моменты сегодняшнего очень важного для Бельгии дня. 
У нас на связи по скайпу журналист-международник Константин Эггерт. 
Лобков: Насколько важно сегодняшнее событие в том смысле, что Бельгия – государство молодое и достаточно искусственное, созданное из двух разных частей, которые постоянно, как только что-то происходит, сразу начинается вопрос о разделении? Насколько фигура нового короля может их сплотить?

Эггерт: Я думаю, для этого нового короля есть абсолютно все козыри на руках. Он готовился принять трон довольно давно. Я имел честь познакомиться с ним лет 6-7 назад и с тогда еще принцессой Матильдой, его супругой. Это человек, который довольно много времени посвятил изучению политики и экономики. Он очень хорошо информирован о происходящем в мире. Вообще бельгийская королевская семья, в отличие от других монарших семей, не особенно скрывает свой интерес к политике, что в Бельгии совершенно естественно, потому что даже в последние годы бывали моменты, когда корона в Бельгии была едва ли не единственной объединяющей силой в этой довольно расколотой стране. Поэтому я уверен, что у короля Филиппа есть все данные, чтобы этот раскол преодолевать. Он немножко другой по стилистике поведения, чем ныне ушедший на покой король. Он немного более сдержанный, но это будет полностью компенсироваться невероятным шармом его жены королевы Матильды, которая определенное отношение к России имеет: ее мать – польская графиня, родственница нынешнего президента Польши графа Комаровского. Некоторые члены семьи даже говорили по-русски.

Лобков: Как я понимаю, бельгийская королевская семья вообще родственна династии Романовых отчасти.

Эггерт: Конечно. Практически все королевские дома Европы – единая большая семья, и бельгийский дом не исключение. У меня возникает ощущение, что для монархии это действительно очень неплохой момент в Бельгии, потому что король Альбер стал королем немного неожиданно, потому что у его предшественника короля Бодуэна не было детей. Такая многодетная семья короля Филиппа и королевы Матильды, очень счастливая, открытая навстречу обществу будет несомненно воспринята бельгийцами с теплотой. Интересно, в какой степени монархия не выходит из моды и как они все научились решать вопрос старения монархов – эта ранняя передача дел новому поколению. Это решение проблемы, с которой сегодня столкнулась британская королевская семья, где королеве Елизавете уже скоро 90 лет, она в прекрасном состоянии здоровья, но она не уходит, не передает престол принцу Чарльзу. Это огромная проблема, на мой взгляд, британского дома. Что касается Бельгии, Люксембурга и  Голландии, здесь такая новая традиция уже существует.

Лобков: Какова политическая роль короля в Бельгии, если сравнивать с Англией и Голландией? В Голландии королева достаточно часто вмешивалась в политическую жизнь, а английская королева находится на отдалении.

Эггерт: Даже с точки зрения общения с этими людьми, видно, что роли несколько разные. С членами британской королевской семьи вам никогда не удастся заговорить о политике, они очень элегантно от этого уйдут. Я сам участвовал в разговоре с королем Альбером, который активно интересовался ситуацией на Балканах и судьбой Слободана Милошевича. Политические кризисы в Бельгии – довольно регулярная вещь, регулярно страна оказывается на пороге раскола. Поэтому король вынужден сводить вместе политически партии, вынужден помогать искать компромиссы – в общем, это такая роль посредника помимо роли символа нации. В этом смысле политическая роль монархии в Бельгии довольно высока по сравнению с этой ролью в Великобритании. Следует отметить, что аппарат канцелярии короля, министерство двора и личная канцелярия короля состоит из блестяще образованных дипломатов и разведчиков, которые держат королевскую семью в курсе того, что происходит. Более того, не стоит забывать еще, что монархи – это прежде всего послы бизнеса своей страны. Принц Филипп приезжал в Россию, чтобы продвигать бельгийский бизнес. Они произносят речи, общаются с людьми. Параллельно их информируют, им готовят досье по странам. Это не просто люди, которые разговаривают о собаках и погоде. Это люди, которые способны поддерживать очень серьезную политическую беседу.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.