«„ДНР“ вымывает культуру из Донецка». Марат Гельман о том, зачем он едет на восток Украины с новой выставкой

Здесь и сейчас
23 июня 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Спасать восток Украины, где ситуация близка к гуманитарной катастрофе, взялись даже деятели искусства. Так, например, галерист и политтехнолог Марат Гельман в интервью украинскому журналу «Новое время» заявил, что помочь востоку Украины можно с помощью культуры. А Донецк вообще должен стать новым арт-центром Украины, повторив судьбу, к примеру, Глазго, который в 90-е тоже был депрессивным рабочим городом, а сегодня – столица дизайна Великобритании.

«Если я и приеду работать в Украину, то только как культурный менеджер, и не в Киев, а в Донецк. Его можно сделать даже интереснее Киева, и, мне кажется, это увлекательная задача, — заявил он, — Честно говоря, у меня уже даже есть идеи, как это реализовать. Сейчас я жду, чтобы там закончилась война». Гельман добавил, что в мире появляется мода на Украину. И сейчас это одно из самых интересных направлений в искусстве.

Привить эту моду в Москве Марат Гельман попробует в своей галерее. Там 8 июля откроется выставка «Украинский файл». Это картины украинских художников из коллекции Гельмана. Кого он собирается выставить в Москве? Действительно ли речь идет о новой культурной столице в Донецке, Гельман рассказал в эфире «Дождя».

Монгайт: Расскажите нам, что вы собираетесь делать из Донецка. Каким образом он станет культурной столицей?

Гельман: Во-первых, я хочу сказать, что выставку мы действительно открываем просто для того, чтобы в эти ужасные моменты не получилось так, чтобы вдруг мы не обнаружили, что мы просто друг друга ненавидим, не понимаем, не хотим видеть. Это работы еще 90-х годов, некоторые из них того времени, когда Россия и Украина были одним государством. Выставка называлась «Южнорусская волна». Часть работ находится в Русском музее, часть – у меня в коллекции. Это очень важные украинские художники. Поэтому я считаю, что сейчас нам обязательно надо заниматься культурным обменом с Украиной. 

Что касается Донецка, я своих планов раскрывать не буду. Я просто вижу ситуацию, в которой как только закончатся военные действия, я думаю, что мировая культурная общественность с радостью внесет какой-то свой вклад. То, что сейчас там происходит, это не только результат Майдана или не только результат событий последнего времени, это результат того, что культурный слой из города вымывался. Идея такая, чтобы сделать Донецк интереснее с культурной точки зрения, чем Киев, по-моему, нормальная задача для того, чтобы восстановить город.

Монгайт: Это можно сделать только при участии украинских властей или при участии нынешних властей «ДНР» это тоже возможно?

Гельман: Дело в том, что «ДНР» мыслит 19-м веком, они мыслят территорией. Я думаю, что эти ребята – Стрелков и прочие – если бы там не было ни одного человека, но зато над главным государственным зданием Донецка висел бы российский флаг или флаг «ДНР», они были бы довольны. А культура работает с людьми, именно в этом смысле я думаю, что это возможно только в том случае, когда совершаются военные действия, и жители города начинают восстанавливать там жизнь, и им там нужно помочь. А те ребята, которые сейчас там, мне кажется, их жители совсем не интересуют, их интересуют километры, захватить какой-то участок, то есть они мыслят территориями.

Монгайт: Как сегодня выглядит культурная экономика на Украине, чем живут художники? Есть ли еще на Украине коллекционеры, например?

Гельман: Достаточно долго, где-то до 1996 года киевская культурная жизнь и украинская культурная жизнь очень сильно зависела от России. В общем-то, такие художники как Савадов, Сенченко, Александр Ройтбурд, Василий Цаголов, их основные, в том числе и мировые турне, проходили через меня, через культурные связи с Россией. Где-то, начиная с 2000 года, они начали свою какую-то самостоятельную непростую жизнь. В Киеве есть шесть хороших галерей, значит, существует какая-то культурная жизнь. Но проблема та же, как и у нас, что украинская культурная жизнь почти была равна киевской.

В Харькове есть эксперимент небольшой, в Донецке практически не было. Очень много, кстати, ребят у нас, в Москве, родом, вот замечательная художница Диана Мачулина родом из Донецка, очень многие из Луганска. На юго-востоке ситуация такая, что творческому человеку нечего там делать. Парадоксальным образом эта ситуация развивалась именно тогда, когда президентом всей Украины был донецкий.

Монгайт: Революция убила рынок культурный, рынок художественный на Украине? Сейчас очень тяжелая экономическая ситуация, я думаю, в последнюю очередь покупают искусство. Я знаю, что вы в ближайшее время собираетесь в Украину читать лекцию на тему экономика культуры. Это во спасение лекция?

Гельман: Дело в том, что тот рынок, о котором мы говорим, купля-продажа произведений искусства – это одна важная, но все-таки одна часть экономики культуры. Экономика культуры имеет много разных аспектов. И мы будем говорить в Украине, там сейчас уникальная ситуация – новое министерство содействует, есть такая ассоциация «Деятели искусства», то есть гражданское общество тоже активно обсуждает культурные проекты. Честно говоря, так как художественная среда всегда интегрирована в международную, то я предполагаю, что да, действительно художественный рынок, наверное, первым пал, но вполне возможно, что он первым и подымется именно потому, что он гораздо больше связан с интернациональным рынком, чем промышленность.

Фото: Екатерина Чеснокова / РИА Новости

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.