Идеолог «Бессмертного полка» о том, как политики используют акцию.

И в чем был ее первоначальный замысел
Здесь и сейчас
19:25, 9 мая
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Более полумиллиона человек приняли участие в акции «Бессмертный полк» в Москве. Участники демонстрации прошлись по Тверской улице, сам марш завершился на Красной площади, где с утра проходил Парад военной техники.

В акции «Бессмертный полк», как и год назад, принял участие Владимир Путин. Президент нес фотографию отца-фронтовика. Кроме того, «Бессмертный полк» прошел в Челябинске, Томске, Туле, Санкт-Петербурге и множестве других городов.

Об этой масштабной акции Лола Тагаева поговорила с одним из ее идеологов, журналистом Сергеем Лапенковым.

Сергей Лапенков: Я один из инициаторов акции. Что касается человека, которому первым в голову пришла идея, ― кстати, он же и произнес слова «Бессмертный полк», ― то это мой друг Игорь Дмитриев, он живет в Санкт-Петербурге, а четыре года назад жил здесь, в Томске. Третий наш товарищ ― Сергей Колотовкин. В шесть рук мы и начинали историю «Бессмертного полка», не я персонально.

Поделитесь впечатлениями от того, какой стала акция сейчас по сравнению с тем, какой она задумывалась?

Для нас она не изменилась совсем. В Томске, где она появилась, в этом году она проходила так же, как и в 2012. История для людей абсолютно добровольная, абсолютно не регламентируемая, история, для которой важнее всего смысл, а не форма транспаранта или цвет баннера. Поэтому для нас не меняется ничего.

Но история «Бессмертного полка» как некой международной инициативы сегодня, конечно, претерпела некоторые метаморфозы. Вместе с масштабированием пришли и некоторые проблемы, которые, я надеюсь, являются проблемами роста, этапом, который «Бессмертный полк» со временем переживет.

О каких проблемах идет речь?

В этом году это несет некоторые черты истории, которая местами так хорошо организована, что можно говорить о некой заорганизованности. Известна история саратовских школьников, которые должны были выйти по квотам как «Бессмертный полк». Это те материалы, которые мы получили от людей и опубликовали на нашем сайте moypolk.ru, история довольно широко разошлась. Говорят, саратовский губернатор сделал выговор чиновнику, не знаю, серьезно ли он его наказал или это была некая реакция на идущие публикации. Но Саратов не одинок, мы знаем о том, что определенные квоты были в Красноярске, Москве, Ульяновске, Нижнем Новгороде.

Наконец, в этом году «Бессмертный полк» привлекает внимание политиков. Мы уже видели определенные элементы, которые являются нарушением Устава с нашей точки зрения. Листовки Сергея Шаргунова, кандидата от КПРФ в Челябинске, на фоне «Бессмертного полка». Мы видели ролики, которые пытались в некоторых городах прокатать представители то «Единой России», то КПРФ, где они на фоне «Полка» обращались к своим потенциальным избирателям, тем самым подчеркивая, что, когда те пойдут к урнам, вспомнят, какой большой патриот тот или иной кандидат. В этом году все это происходит, к сожалению, гораздо чаще, чем до этого.

Вы как-то реагируете на такие инциденты? К вам прислушиваются? Как происходит процесс мониторинга?

Вы знаете, мы получаем информацию от людей: либо от наших координаторов, которые работают в городах, либо просто от людей, которые с этим сталкиваются. Они пересылают нам видео- и фотоматериалы. Принципы «Полка» достаточно известны на сегодняшний день. Что мы можем сделать? Конечно, мы предаем это гласности, в этом смысле следуя завету Михаила Сергеевича Горбачева. Мы публикуем эти факты на сайте в разделе «Гауптвахта».

После этого с нами, как правило, связываются те или иные региональные издания. Федеральные издания обращают на это внимание реже, может быть, за исключением совсем вопиющей истории с саратовскими школьниками. Таким образом мы просто пытаемся расширить круг людей, которые понимают, что такое «Бессмертный полк», каковы его принципы, и, сталкиваясь с таким явлением, как минимум не остаются к этому равнодушны.

Как вы оцениваете, что идея «Бессмертного полка» стала государственной идеей? Второй год подряд президент России Владимир Путин выходит с портретом отца. По оценкам МВД, сегодня на Красную площадь вышло не меньше полумиллиона человек. Мы видим реакцию чиновников в регионах, может быть, излишне внимательную к этой теме. Идея стала государственной или пока еще она народная?

Откровенно говоря, мне сложно сформулировать, что такое национальная идея в принципе. Я могу подозревать, что в национальной идее, помимо некоторого элемента прошлого, должны быть какие-то тезисы, связанные с будущим, какие-то цели. Мне кажется, государственная идея, целиком погруженная в прошлое ― не совсем то, что является неким мотором для страны.

Что касается народной идеи «Бессмертного полка», как мне думается, это история личной и семейной памяти человека. Сколько бы людей ни проходило по отчетам через Красную площадь или по другим городам, я знаю, что в бухте Провидения на Чукотке сегодня тоже прошел «Бессмертный полк». В маленьком национальном селе, где проживает 426 чукчей и эвенков, люди пронесли 18 портретов солдат Великой Отечественной войны. Для нас этот «Бессмертный полк» не менее ценен, чем сотни тысяч людей, которые прошли по Красной площади. Главная ценность «Полка» ― конкретный человек, конкретное имя. В этом смысле уже не так важно, сколько будет миллионов, потому что все равно на первом месте стоит имя конкретного человека, с которого в семье начинается Девятое мая. Смысл «Полка» в этом, народная память.

Помимо всего прочего, я бы сказал, что поле семейной памяти благодаря «Бессмертному полку» расширяется за последние годы. Это не только память о сороковых годах, о поколении, прошедшем через Великую Отечественную войну. Мы все чаще получаем от людей запросы, предложения о том, что было бы здорово, если бы появилась история, связанная с солдатами Первой Мировой войны. Их интересует и то, что было задолго до 1917 года, насколько может простираться память современного человека. Слишком большие потрясения переживала Россия, многие нити оборваны, но тем не менее.

Людей интересует их семейная история, они стараются, чтобы эти знания были на сегодняшний момент сохранены и переданы детям. В этом для нас смысл «Бессмертного полка».

Сегодня в Крыму прокурор полуострова Наталья Поклонская вышла с портретом царя Николая II, была даже рассказана какая-то история.

Что я могу сказать? Наверно, она имеет отношение к дому Романовых. «Бессмертный полк» для нас ― история потомков, личная память. Был случай, когда в колонне полка появился молодой человек с портретом Иосифа Виссарионовича Сталина. Я задал ему вопрос, воевал ли кто-то в его семье. Он ответил: «Прадед». Но он не смог объяснить, почему не взял фотографию своего прадедушки, а вынес портрет генералиссимуса. Он произнес что-то гневно-пропагандистское в наш адрес и ушел.

Я не знаю, почему Поклонская вынесла портрет царя, вероятно, она из дома Романовых.

То есть вы относитесь к такой инициативе отрицательно? Наверно, и к сегодняшней инициативе из Петербурга, когда к акции присоединились бойцы с шевронами, где было написано «Новороссия». Они рассказывали, что тоже воевали.

Вы знаете, история «Полка» открыта. Попробовать войти в нее может кто угодно и с чем угодно, хоть с портретом Николая II, хоть с шевроном «Новороссии». Другой вопрос, надолго ли эти люди там задержатся и смогут ли они как-то серьезно повлиять на основное содержание «Полка». Мне думается, нет.

Нас очень часто спрашивают о памяти, связанной с ребятами, которые прошли через локальные войны, через те конфликты, о которых имеет смысл говорить как о войнах: Афганистан, Чечня. На сегодняшний момент мы не делали на сайте moypolk.ru какой-то специальный раздел для того, чтобы вспоминать Афганистан или Чечню, но на странице «Солдаты Великой Отечественной войны» каждый человек имеет возможность записать истории потомков. То есть туда фактически можно вписать целую семейную историю. Это было сделано нами с точки зрения того, что у людей есть потребность в этой памяти. Афганистан или события на Северном Кавказе в девяностые, мне кажется, уже не так политизированы, как свежие события, происходящие в текущем времени. Что касается таких историй, они возможны на сайте.

Что касается того, что происходит в колонне… Понимаете, я видел там очень разных людей. В Томске сегодня даже православный батюшка приходил. Приходил и приходил. Не выводить же их с помощью полицейских из колонны «Полка». Люди приходят, они так чувствуют.

Проект действительно получился живой и народный. Вы как человек, который внимательно наблюдает за тем, что с ним происходит, как думаете, что будет происходить с акцией «Бессмертный полк» в будущем? Каковы ваши прогнозы?

Очень хотелось бы, чтобы некое ощущение новизны, которое испытывают очень многие люди, столкнувшиеся с «Полком», упорядочилось бы у людей внутри. Люди бы попробовали нащупать тот стержневой смысл, который есть у «Бессмертного полка», хотя очень многие это понимают. То, что написано в нашем Уставе, было бы для них не пустыми словами, а простыми мыслями, которые заставляли бы их как-то менять взгляды на жизнь. «Бессмертный полк», с нашей точки зрения, история не политическая, коммерческая или имиджевая. Это история, которая хорошо соединяла бы людей. Сегодня очень много барьеров.

Тут не важно, с какой точки зрения человек смотрит на жизнь. Очень часто человек смотрит одним глазом. Людей с нормальным зрением остается мало. Все-таки хотелось бы, чтобы люди научились бы общаться друг с другом без криков и истерик, возможно, через соединяющий их «Бессмертный полк», слышать мнения, которые не совпадают с твоим. Это идеалистическая картина мира, но «Бессмертный полк» изначально был идеалистической историей. Мне кажется, идеалы работают только тогда, когда человек не отступает от них. 

Фото: Илья Питалев/РИА Новости

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.