Каромат Шарипов: «Граждане Таджикистана живут в России даже хуже животных. Но они все равно хотят здесь остаться»

Здесь и сейчас
10 января 2015
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Сегодня, 10 января, вступил в силу закон, позволяющий закрывать мигрантам въезд в Россию на 10 лет в случае нарушения порядка пребывания в стране. 

Несколько дней назад глава ФМС Константин Ромодановский заявил «Интерфаксу», что после вступления в силу данного закона, въезд в Россию на десять лет может быть закрыт более чем для миллиона иностранцев. При этом днём ранее тот же Ромодановский говорил в интервью тому же агентству, что в начале года, то есть ещё на новогодние праздники ФМС отметило уменьшение миграционного потока в Россию – на 70 процентов.

Мария Макеева обсудила эти новости с Кароматом Шариповым, главой общественного движения «Таджикские трудовые мигранты».

Макеева: Скажите, по вашим наблюдениям, сколько граждан конкретно Таджикистана могло уехать из России за этот период после падения курса рубля, начавшегося такого бурного падения, наверное, в начале декабря, и сколько, как вы считаете, способны уехать сейчас, когда вступил в силу закон, позволяющий закрывать въезд в Россию на 10 лет, если нарушены миграционные правила пребывания?

Шарипов: Если останется – то не более 10% из общего количества граждан Таджикистана, из 2 млн. Практически 200 тысяч, может, останется. Сейчас люди сегодня так тревожны, потому что вы знаете, что даже запрет был гражданам Таджикистана покинуть территорию российского государства с внутренними паспортами. А раньше об этом не было слова сказано. Да, был запрет на выезд с заграничными паспортами, а тут кому-то из чиновников пришло в голову, что надо зарабатывать побольше денег через посольство Таджикистана или консульские отделы, и граждане до сих пор остаются у здания консульства для получения справки о возвращении на родину. А их только по Москве 250 тысяч – они тоже собираются уехать на родину.

Что касается 10 лет – я думаю, что это абсолютно не волновало раньше наше руководство, почему-то именно сегодня. Может быть, события уже, в последующем, мы видим с Францией. Сложно, потому что основная масса мигрантов – это сунниты, которые приезжают из Средней Азии, они законопослушные. Дело в том, что народ России никогда не просил, в Россию приехали трудовые мигранты работать из республик Средней Азии. Они приезжали сюда, можно сказать, по своей воле для того, чтобы прокормить своих членов семьи. А в последующем они попадали в руки зарубежных инвесторов, так называемых врагов России, «пятой колонны», как сказал господин Путин. Они не работали абсолютно у частного сектора, именно который приносил благо для российского государства, а те, которые, еще раз повторю, «пятая колонна» - это рынки, это «Садовод», это Люблино, масштабно создано благодаря нашему брату в Израиле, нашему брату в Англии. И наши граждане до сих пор там находятся в рабских условиях.

Макеева: Скажите, на каких вообще специальностях  именно граждане мигранты из Таджикистана чаще всего заняты в случае с российскими городами? В какой момент и в каких сферах россияне почувствуют, что да, люди уехали, мигранты уехали, у нас не хватает того-сего. На стройке, вероятно?

Шарипов: Нет. Скорее всего, после праздников, может быть, возникнет энное количество мусора, которое невозможно было убрать – это, может быть, как-то будет открывать глаза нашим россиянам. Больше мигранты практически ничего не делали. Они работали на зарубежных инвесторов, на врагов России. Они приобретали землю, делали частное предпринимательство, это все была частная собственность. Поэтому уход мигрантов не дает, чтобы, допустим, среди ночи чтобы проснулся российский гражданин: «Вот их нет, и тут все плохо».  У нас промышленности вообще нет, вы знаете, в России. Галоши мы и то приобретаем благодаря ширпотребу Китая. У нас ничего не производится. То, что делается – это строятся новые дома, новостройки. Оттуда, соответственно, продают, деньги уходят в казну Запада, на Кипр и в другие страны, где находятся крупные банки и стабилизационные фонды.

Макеева: Каромат, подождите секунду. Мне казалось, что, по крайней мере, в Москве, поправьте меня, если я не права, профессия дворника – она просто закрепилась за трудовыми мигрантами. Сейчас зима, выпало очень много снега впервые за всю эту зиму. И, казалось бы, уже сейчас бы заметить, если мигрантов нет. Но снег худо-бедно убирают, во всяком случае, нет такого массового наблюдения, что снег больше некому убирать. Как считаете, это будет заметно? Как-то можете это прокомментировать?

Шарипов: Это временное явление. Сезонный отход мигрантов – это временное явление. Соответственно, мы видим и на сегодняшний день, даже убирают те граждане, которые по внешнему виду – это граждане из Средней Азии. Это ни Северный, ни Южный Кавказ, ни сами русскоязычные жители. Убирают до сих пор те люди, которые еще остались. Скорее всего, им обещали зарплаты за июнь-июль еще прошлого года заплатить где-то в феврале-месяце. Они ждут просто своей зарплаты. Или их выкинут с этих общаг.

Вчера убирали наши граждане, практически за 500 метров за пределами рынков в Люблино «Садовод», убирали территории. Или вы убираете или вы не будете убирать – и мы выкинем вас с территории рынка, потому что там вы себя организовали. Куда смотрит Федеральная миграционная служба? Вот надо оттуда начинать. Дальше посмотрите, закон, который сегодня прописан, так называемый, с первого числа, и уже с 10 или 15, может быть, января, что люди должны сдать экзамены. Обратите внимание, 100 человек граждан Таджикистана на территории рынка – они писать, читать на родном языке не умеют. Уже на них заказаны сертификаты, что они с отличием сдали, уже они будут получать патенты. Эти же рынки напрямую подчиняются господину Фоменко Анатолию Анатольевичу. Я с ним имел разговор. Скорее всего, он прекрасно владеет. И там рабы будут работать. Но мы этого не допустим.

Макеева: Скажите, а куда люди уезжают? Где есть возможность еще найти работу, чтобы быстро куда-то переехать? Не от хорошей же жизни они из Таджикистана в Россию уехали?

Шарипов: Руководитель, как господин покойный Ельцин, русские уезжали сразу, как и сегодня из Таджикистана выезжают благодаря нашему руководителю государства Рахмону. Тогда не было рабочих мест, не было инвестиций, и люди уезжали на Запад, в том числе, большинство наших дедушек уезжало в Италию. Но они возвратились назад. Куда? Домой, они ждут. Пока копейки остались, копейки – 100-200 долларов американских, немножко русские деньги наши – они закончатся. Сейчас мука стоит 2,5 тысячи рублей. До кризиса стоила 900 рублей. Вот и все закончится. Надо заниматься молодежью, пока не поздно. Куда они будут идти? Выхода нет – в Россию. Почти из 2 млн. – уже миллиону граждан Таджикистана выезд запрещен, не могут выехать сюда. А остальные остаются у себя на родине.

Государство Таджикистан обязано для своих граждан создать условия. Какие условия? Уговаривать бесполезно, поэтому будут просить у зарубежных банков, как на Украине, дайте нам большие деньги в задолженность – мы их будем тратить на наших соотечественников. Но надо создать рабочие места. Я не исключаю, что многие там получили кредиты, на них будет давить государство и они не могут покинуть территорию и уехать к тем же талибам, к тем же боевикам Сирии, к тем же боевикам в Ирак. Это плохо, потому что оттуда практически единицы возвращаются. Если возвращаются, то человек уже, как мы говорим, как робот будет действовать на территории, где он родился – это уже считается потеря государством молодых своих парней.

Макеева: В массе своей, получается, те, кто возвращаются, они именно возвращаются домой проедать последние деньги и ждать, что, может быть, что-то изменится в лучшую сторону. Экономическая ситуация, например, в России станет получше, можно будет вернуться и опять работать. Я правильно вас поняла?

Шарипов: Это же ближайшие 2 года ничего не будет, об этом господин Путин делал неоднократно заявления и послания, и пресс-конференции. Человек сказал, что да, врагов у России очень много, вы знаете прекрасно. Никогда не хотят, чтобы в России была стабильная ситуация или народ России почувствовал себя как держава. Поэтому, когда в России плохо, в Таджикистане однозначно плохо. Нельзя на это закрывать глаза. Когда в России хорошо – и у нас хорошо. Наши люди надеялись. Хотя бы в рабских условиях в России – они в рабских условиях, даже животные так не живут, они существуют на сегодняшний день. У них нет прав, ни одно заявление не рассмотрено, ни один работодатель в тюрьму не отправлен. Миллиарды рублей остались здесь.

Несмотря на это, наши всегда хотели остаться в России, и сейчас они мечтают переехать. Приехать, как в 2013-2014-х годах – такого не будет, поскольку все элементарные направления уже арестованы. Чтобы прибыть, надо иметь с собой порядка 50-ти тысяч рублей: за сертификаты, медицинские карты, за самолет, проживание. Нет у людей денег. Значит, он не приедет. Если приедет – это уже плохо, потому что он даже обратно деньги не может отправить, прокормить свою собственную семью. А последующих будут депортировать. Мы знаем, как депортируют.

Поэтому надо сейчас провести работу в Таджикистане, провести хорошую работу, разъяснительную работу средств массовой информации. Ехать в Россию не надо, пока это все не будет улажено. Если не будет ситуация улажена, тогда мы увидим, что поток граждан будет ехать, их будут обманывать. Кто? Миграционная служба, авиакомпания Таджикистана, железная дорога – они хотят прибыли. «Садись, там тебя в России ждут». А мы говорим: «Не приезжай». Мы будем каждый день об этом говорить: не приезжайте хотя бы до мая-месяца. Будем думать, будем решать. Пускай в Казахстан едут или в другие страны – Д убай, Турцию, арабские страны, кто владеет арабским языком. В Европе нас не ждут, вы знаете, там практически никого не ждут. Даже русских там не ждут. Русские, получаются, такие же плохие, как и таджики для европейцев. Поэтому будем дома.

Евроазиатские государства сейчас будут создаваться. Таджикистан не хочет, и вы знаете, почему. Там граница, там наркота. А как поделиться? Поделиться не хочет наш так называемый главнокомандующий Таджикистана. Кремль давит: «Давайте границы, вместе будем работать, вместе будем наркоту продавать.» А наши говорят: «Нет, ребята, тут больше 7 млрд. долларов. Наши мигранты 4 млрд. привозят. Мы этого вам давать не будем». Так получается, что завтра войдут талибы в Таджикистан, таджикам скажут: через американцев русские отправили к нам талибов. Нет, талибы хотят тоже кушать. Может, их устраивает кушать, продавать в Афганистане наркотики, а жить в Таджикистане, потому что почти каждый 10-й гражданин Таджикистана, который сегодня не в миграции – афганец, а каждый 8-ой в Таджикистане – это китаец. Практически все наши граждане были за пределами страны. 

Фото: Коммерсантъ

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.