Как три брата Кампрада поделят «ИКЕА»

Здесь и сейчас
18 сентября 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Заместитель главного редактора делового портала Slon.ru Александр Кияткин о том, чем 86-летний глава «Икеи» Ингвар Кампрад похож на Стива Джобса и как происходит процесс передачи бизнеса от отца к сыновьям.

Белоголовцев: Я правильно понимаю, что IKEA относится к числу компаний, таких как, мне сразу на ум пришла компания Apple, где на личности, на мировоззрении и на своеобразном мышлении основателя и руководителя завязано едва ли не 75% успеха?

Кияткин: Совершенно верно. Поэтому, когда заговорили об уходе Кампрада, сразу вспомнилась история, когда по состоянию здоровья Стив Джобс объявил об отходе от оперативного управления компанией, и все стали задаваться вопросом: «Что же будет с Apple?». Сейчас все задаются подобным вопросом в отношении IKEA. Конечно, уход Кампрада - это предсказуемый уход, потому что ему, извините, 86 лет. В этом возрасте тянуть на себе гигантскую корпорацию с отделениями в десятках стран нереально.

Достаточно давно он начал складывать с себя полномочия, и сейчас, судя по всему, его роль свелась к формальной роли. С IKEA всё проще, чем с Apple, хотя и не намного. Apple - компания, которая существует на высоко конкурентном, безумно быстром меняющемся компьютерном IT рынке, а компания IKEA - на более традиционном рынке, но не менее конкурентном. При этом, на нём тоже нужна быстрая реакция, которой славился Кампрад. Сейчас у него в IKEA остаются работать три наследника, его три сына.

Белоголовцев: Насколько активно они были вовлечены в управление бизнеса? И известно что-то об их талантах? Они работали у отца, потому что не могли не работать у отца или они работали у отца, потому что они достойны и заслуживали это?

Кияткин: Я думаю, они работали у отца, потому что такова была воля отца. Он готовил их в наследники, потому что IKEA - это необычный пример такой транснациональной корпорации, которая остаётся семейной компанией. Крайне необычный пример. Другой пример может быть разве что «Auchan» со всеми его Леруа Мерлен, Декатлон и всем прочим. Очень редкий случай, но, да, семья Кампрадов контролирует этот актив и собирается контролировать столько, сколько она существует. Так же, как семья Мюлье контролирует «Auchan».

Кампрад готовил сыновей в наследники и старался увидеть, насколько они подходят для этой роли, он старался послать их на тот фронт, на этот фронт, впускал их дело. Они живут в разных странах, прописаны в магазинах IKEA - кто-то в Копенгагене, кто-то в Брюсселе, а кто-то в Лондоне, и работают там. У них разные таланты. Например, средний Йонас Кампрад никогда не выказывал настроения работать в административной части и управлять компанией, он человек более творческий, и ему Ингвар Кампрад прочил пост главы дизайнерского подразделения. Выбор шёл между младшим и старшим братом - Петером и Матиасом,кого из них назначать главой компании. Выбор шёл много лет.

В одном из интервью «FinancialTimes» Ингвар признался, что с младшим сыном, Матиасом, сейчас едет в путешествие аж на 12 месяцев, в течение которого они будут только вдвоём, будут общаться и разговаривать о жизни, и там собирается понять, чем хочет заниматься сын. Разброс вероятностей очень большой - от того, что он уйдёт из IKEA, до того, что он возглавит IKEA. Вопрос, кому достанется компания, когда тебе за 80 лет перевалило, самый важный вопрос.

Белоголовцев: А в итоге кто?

Кияткин: В итоге, старший Петер, скорее всего, возглавит компанию. Будет ли он, как его отец? Скорее всего, вряд ли. Ему 48 лет, и пока неизвестно, чем он прославился на этом поприще. Его отец - выдающийся бизнесмен, который умел превращать недостатки и провалы в достоинства, в конкурентные преимущества, причём преимущества на общемировом уровне.

Начать хотя бы с его самого главного врождённого недостатка - он страдает дефектом дислексии, точно так же, как другой знаменитый миллиардер Ричард Бренсон. Возможно, это, действительно, помогает в бизнесе, потому что вроде бы недостаток, но помогает взглянуть на мир по-другому, помогает мыслить нешаблонно.

Белоголовцев: Дислексия - это невозможность читать или невозможность читать бегло.

Кияткин: При дислексии возникают сложности с этим, с запоминанием цифр. Кстати, все эти странные шведские  названия товаров, которые мы знаем по IKEA - обычно же в магазинах артикулы числовые, а там вот странные наименования - эта традиция была заложена Ингваром Кампрадом, потому что он не запоминал числовые индексы. Это тоже следствие его дислексии. Этот его недостаток помог ему мыслить нешаблонно.

Белоголовцев: Есть какая-то информация о том, как братья будут владеть компанией?

Кияткин: Как они будут владеть, примерно известно, а как будут управлять - до сих пор не понятно. Кампрад до последнего откладывал принятие решения, потому что он говорил, что три человека одновременно управлять компанией не могут, а если выбрать одного, то может возникнуть конфликт между братьями, чего он точно не хочет.

Что касается собственности, то все они будут владеть IKEA и разными фондами, которые входят в империю Кампрада. В каком соотношении, пока неясно. Возможно, в равной доле, как в той же семье Мюлье. Там уже известно, что они не могут выводить деньги из IKEA: всё, что IKEA заработала, остаётся в IKEA. У них есть другие компании, которые занимаются финансами, недвижимостью, этих бизнесов хватает, чтоб они безбедно существовали. Но все деньги, которые заработала IKEA, остаются в ней. То же самое в самое в семье Мюлье, где все члены этого клана подписывают соглашения, что они не могут продать часть «Auchan» на сторону, они могут продать только члену семьи.

Белоголовцев: Можно ли говорить о том, что рынок, конкуренты отреагировали уже на эту новость?

Кияткин: Из-за того, что IKEA - семейная компания, о реакции рынка сложно говорить, потому что акции не торгуются на бирже. Конкуренты возникают на мебельном рынке, опять же в старой Европе, но они пока не смогли что-то сделать с IKEA. Она по-прежнему быстро развивается. Если что-то может угрожать IKEA, то это отсутствие видения, которое было у Ингвара Кампрада, как у Стива Джобса. Когда Ингвару Кампраду поставщики материалов для производства его мебели объявили полный бойкот, к чему их подговорили другие мебельные производители, он разместил заказы в соседних странах, в Польше, например,  которые были дешевле. Это дало ему впоследствии хороший заработок. Есть огромное количество таких неприятных случаев, которые потом оказывались преимуществом. Сейчас в IKEA не будет такой хватки, хватки человека, который занимался с пяти лет бизнесом.

Белоголовцев: Не будет такого же гения, потому что такие гении не рождаются потоком, в отличие, от мебели, которая выпускает IKEA. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.