Как левая, либерал и националист стали кубанскими «террористами». Детский троллинг за «федерализацию» кончился уголовным делом

Здесь и сейчас
27 сентября 2014
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков
Теги:
власть, суд

Комментарии

Скрыть

Трое краснодарцев – Дарья Полюдова, Вячеслав Мартынов и Петр Любченков – сегодня попали в Федеральный список террористов. Все они – организаторы «марша за федерализацию Кубани», который должен был пройти 17 августа, но не был согласован. Когда о нем стало известно, многие воспринимали сообщения о нем – и других подобных акциях по всей стране – с иронией: как некоторую пародию на события в Украине. Едва ли кто‑то всерьез думал о кубанских сепаратистах. 

Но теперь организаторам несостоявшегося марша не до шуток. Мартынов и Любченков в бегах. Сейчас они скрываются в Украине. Против них краевое управление ФСБ возбудило уголовное дело 10 сентября. По тому же делу в краснодарском СИЗО сидит Дарья Полюдова. У нас в гостях был Александр Попков, адвокат из Краснодара, который знаком с этим делом. Обсудили с ним все подробности.

Лобков: Вообще есть некая ирония судьбы, что Украина сама борется с донбасским и луганским сепаратизмом, при этом она принимает у себя людей, которые считаются здесь сепаратистами. Это значит, что сепаратистами они, наверное, не очень-то являются.

Попков: Этот такое лицемерие властей, оно налицо, поэтому сложно об этом рассуждать, это не правовые категории. Я имею свое мнение.

Лобков: А что это вообще за люди, что это за активисты? Для чего они вообще придумали этот марш за федерализацию Кубани?

Попков: Совершенно разные люди, причем это трое - это старые дела.

Лобков: Полюдова, Мартынов и Любченков.

Попков: Да. А вчера был арестован еще один человек – Титоренко, активист «Солидарности», по тому же примерно сценарию, по тому же делу. Мы достоверно не знаем…

Лобков: А кем арестован?

Попков: Сотрудниками ФСБ.

Лобков: То есть это дело ведет ФСБ?

Попков: ФСБ. По всей видимости, экстремизм, возможно, и сепаратизм тоже, поскольку вроде бы он тоже приходил на встречу к Полюдовой, пытался ее встретить из следственного изолятора, из спецприемника. Все разные люди. Полюдова – это левая активистка, с достаточно радикальными левыми взглядами, она участница «РОТ фронта» - Российский объединённый трудовой фронт. Мартынов достаточно либеральный, немножко националистического толка активист, достаточно вменяемый и адекватный человек, подкованный в правовом плане. Люченков – психолог, я его достаточно хорошо не знаю. И Титоренко – это либерального толка активист, активист «Солидарности».

Лобков: А как их всех объединили в одну группу? Действительно ли была какая-то группа в «ВКонтакте» или где-то еще, которая бы называлась «За федерализацию Кубани»? Как их объединили в одно дело? Почему, как говорили в 30-е годы, сколотили группу?

Попков: В 30-е годы у нас сколачивали в группы очень легко. Мы не обладаем достоверными сведениями, мы не имеем доступ к материалам дела, а если бы имели, то ФСБ мгновенно бы отобрало подписку о неразглашении данных следствия. Мы собираем сведения из каких-то источников косвенных. Судя по этим косвенным источникам, Полюдова и Любченков организовали некую группу в «ВКонтакте», которую они назвали Маршем за федерализацию, и предложили выйти на площадь. При этом Любченков уже был за пределами РФ, а Полюдова, она достаточно смелый человек, предложила выйти сама.

Лобков: И это было классифицировано как призыв к осуществлению экстремистской деятельности в сети интернет, как написано в законе?

Попков: Насчет экстремизма я не знаю, насчет сепаратизма…

Лобков: Призывы к нарушению территориальной целостности России.

Попков: Да. По экстремизму мы не обладаем сведениями.

Лобков: Это другая статья.

Попков: Новая статья, да. Какие действия квалифицированы как сепаратизм, мы не знаем.

Лобков: А действия были какие-то, не знаю, рисовали плакаты, обзванивали людей, писали сценарии речей, списки выступающих или это все было каким-то детским троллингом, что ли?

Попков: Да, скорее всего, это немножко детский троллинг. Они как раз и хотели показать несоответствие речей властей об Украине и реальное отношение людей к федерализации. Они хотели продемонстрировать, что раз на Украине можно о федерализации говорить, тогда давайте в России поговорим о федеральном государстве, не о унитарном. Видимо, они поплатились. А Мартынов не организовывал ничего, он просто пришел на эту встречу. Его там избили и арестовали.

Лобков: А кто избил?

Попков: Его избил…

Лобков: Избили «некто», как это обычно бывает?

Попков: Нет. Его избил достаточно известный там человек, это пропутинский, грубо говоря, националист, они пришли разгонять этот марш. Он его избил, угрожал ему пистолетом. Арестовали Мартынова, а этого человека не арестовали – тут же отпустили.

Лобков: Как я понимаю, если сравнивать Москву с Краснодарским краем, то здесь людям позволено больше, чем в Краснодарском крае. У вас, как я понимаю, не тот забор, достаточно потрогать или сфотографировать – и вы уже попадаете в тюрьму, иногда даже на реальный срок.

Попков: К сожалению, да. Краснодарский край – это зона особого риска для активистов. Активистов оттуда активно выдавливают. А те, кто не поддается выдавливанию, тех арестовывают, сажают, заключают под стражу.

Лобков: Есть ли какое-то общественное движение за освобождение этих людей или хотя бы за беспристрастное рассмотрение? Опять же в Москве существует огромное количество правозащитных организаций, в Москве и ближе к северу, что называется, есть «Агора», есть другие организации, которые, по крайней мере, наблюдают и присылают адвокатов, если что. Здесь, как я понимаю, только ОВД-инфо заинтересовался этими людьми, а адвокатов у них там, как я понимаю, нет, именно хороших, которые специализируются по делам по экстремизму, по так называемым мыслепреступлениям и словопреступлениям.

Попков: В общем, вы правы. Проблемы у нас с адвокатами, потому что не все адвокаты готовы работать по таким делам. Они понимают, что это достаточно серьезное и непростое решение. Опять же интересуются и пытаются оказать какую-то правозащитную помощь межрегиональные правозащитные организации, в том числе «Агора», другие организации. Но пока у нас сложности с предоставлением помощи правовой этим людям, в том числе из-за того, что правозащитников в Краснодарском крае тоже очень сильно угнетают и разгоняют, выдавливают из региона.

Лобков: Скажите, а у Дарьи Полюдовой ей же предоставили государственного адвоката, как я понимаю.

Попков: Да.

Лобков: Она отказалась от него, да?

Попков: Насколько я знаю, она не отказывалась от адвоката, но она просит негосударственного, потому что, естественно, доверия к предоставленному адвокату ФСБ Россия практически нет никакого.

Лобков: Насколько серьезно из этого хотят сделать политическое дело, по вашему ощущению? Потому что вряд ли кто-то поверит в России, что действительно какая-то группа, причем разнородных людей, невооруженных, это не организация БОРН, они не убивали никого на улицах, они, по-моему, не тронули и мухи в своей жизни, из них сделать таких монстров, которые хотят отделить Кубань от России. Насколько ли, как вы думаете, сами следователи в это верят, и власти в это верят, что из них можно сделать некий такой жупел?

Попков: Я думаю, что сами следователи в это верят искренне, потому что у них особая психология и профессиональная деформация. По нашему мнению, мы боимся, что опыт краснодарский, Краснодарский край является таким регионом, где обкатываются многие технологии. Был обкатан закон о дружинниках, были обкатаны законы отъема земель, пляжей, лесов перегораживания. И это потом пошло распространяться в России в других регионах. И мы опасаемся, что обкатка этого сценария, вот этого привлечения к сепаратизму, к экстремизму таких людей, в принципе достаточно невиновных, будет обкатана здесь и будет дальше развиваться по регионам.

Лобков: Насколько местная пресса уделяет этому внимание? Я имею в виду и прессу губернаторскую, и прессу свободную, может быть, она там есть.

Попков: В Краснодарском крае практически нет свободной прессы. Там есть отдельные журналисты, которые пишут для федеральных изданий. Отчасти уделяется внимание, но недостаточное, опять же очень мало информации и очень сложное дело, поскольку ведет его ФСБ.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.