Каха Бендукидзе, экс-министр экономики Грузии: «Для Украины проблемой было бы вступление в Таможенный союз, а не сближение с Европой»

Здесь и сейчас
27 июня 2014
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Петр Порошенко сделал это. Президент Украины подписал в Брюсселе соглашение об ассоциации с ЕС, которое не стал подписывать его предшественник Виктор Янукович.  

Перспективы Украины в ЕС обсудили с Кахой Бендукидзе, бывшим министром экономики Грузии.

Лобков: Трудности, с которыми придется обеим экономикам и обоим народам столкнуться, неизбежные трудности, стандартизация, они будут поняты правильно или возможные возмущения?

Бендукидзе: Это ложь. То, что вы говорите, это ложь. С трудностями в результате подписания соглашения ни Грузии, ни Украине сталкиваться не придется. Не надо лгать аудитории.

Лобков: А почему, если это говорят и сами украинцы?

Бендукидзе: Что они говорят?

Лобков: Что переход на другие стандарты, то, что необходимость повышения тарифов, возможно, будет, сокращение бюджетников, то, о чем говорят все федеральные каналы.

Бендукидзе: Послушайте, все федеральные каналы врут, вы в России находитесь. Федеральные каналы врут. Сокращение бюджетников никакого отношения к соглашению этому не имеет. Повышение тарифов связано с действиями России, а не Евросоюза. Поэтому не надо лгать аудитории.

Лобков: Тогда объясните, пожалуйста, есть ли какие-то негативные стороны от европейской ассоциации, или там только позитивные стороны, исключительно помощь?

Бендукидзе: Нет, это не помощь, это соглашение, это принятие решений в целом еще более окончательно расстаться с Советским союзом. В этом смысле это очень важный шаг. Это, скорее, символический шаг, потому что чудовищных, значительных изменений за этим не последует. Мне кажется, самое большое значение соглашению с Евросоюзом уделяет Россия, российское правительство, оно предало ему такой вес.

Что касается проблем или сложностей, у любого процесса есть вещи, которые нужно делать. Я бы не назвал их проблемами, я думаю, что проблемой являлось бы вхождение в Таможенный союз, и проблемой являлось бы вхождение в Евразийский союз, а не приближение к Евросоюзу. Евросоюз – это объединение демократических государств, в принципе, все проблемы, если они там и возникнут, их можно будет решать путем переговоров. Это очень важно.

Кремер: В том-то и дело, что хочется понять, что это за проблемы, которые могут возникнуть, и какие из них  самые острые, как Украина будет с ними  справляться.

Бендукидзе: Честно говоря, я не вижу таких острых проблем, с которыми Украине надо было бы справляться.

Лобков: Ну как, дефицит бюджета катастрофический.

Бендукидзе: Ну дефицит бюджета какое имеет отношение к ассоциированному соглашению?

Лобков: Может ли это помочь решить эту проблему или нет?

Бендукидзе: Дефицит бюджета Украины – это следствие воровской политики, которую вело предыдущее правительство Украины. Это результат того популизма, который был в Украине, это никакого отношения к Евросоюзу не имеет. Мне кажется, что в этом смысле не надо с больной головы на здоровую спихивать. Да, есть проблема дефицита бюджета, есть проблема экономического роста, это все проблемы сегодняшнего дня. А политическое решение быть вместе с Европой – это решение на века. Вот, в чем разница.

Лобков: Возможно ли, что в этом соглашении, допустим, советники из Европейского союза смогут советовать украинскому правительству, как лучше тратить бюджетные потоки, реструктурировать правительство или сферы, которые финансируются из госбюджета? Будет ли это для Украины полезным?

Бендукидзе: Нет, советники этим соглашением из Евросоюза не предусмотрены. Это не соглашение о потере суверенитета, это соглашение о том, что Евросоюз и Украина, Евросоюз и Грузия будут двигаться дальше, дружить, соблюдать права друг друга, обмениваться товарами, торговать больше и так далее. Это никакого отношения к мифическим советникам, которые будут бить по рукам министра Грузии или Украины, не имеет.

Кремер: А что это соглашение означает для России, чем оно для России опасно?

Бендукидзе: Это ничем не опасно. Чем может быть опасно, если вы дружелюбная страна? Почему вам должно быть опасно, если ваш сосед дружит еще с кем-то?

Лобков: Например, реэкспорт европейских продуктов через Украину, поскольку формально Украина не поставила таможенный барьер, и Россия с Украиной высказывали соображение, что Украина будет коридором для серого экспорта?

Бендукидзе: Подождите. Как вы это представляете? Существует страна происхождения товара, если немецкий товар, то он бы с Украины возился бы, с Казахстана, он будет возиться как немецкий товар, а не как украинский товар. Если товар произведен в Украине, тогда он будет возиться как украинский товар. Говорить о том, что Украина будет поставлять немецкий товар под видом украинских товаров, это смешно просто. Я вообще не понимаю, о чем идет речь даже.

А то, что вы спросили, я знаю, что такие мысли высказывались, но это, мне кажется, просто смешно. И  потом, допустим, что даже если немецкие товары будут поставляться через Украину в Россию, вы что боитесь немецких товаров?

Лобков: Государство боится недоимки.

Бендукидзе: Какой недоимки?

Лобков: То, что сейчас с Украиной режим наибольшего благоприятствования и таможенной льготы, а Украина – член ЕС, там нет никаких пошлин. Соответственно, российская таможня не получает ничего.

Бендукидзе: Украина – не член ЕС, во-первых. А во-вторых, вы думаете, что с Евросоюзом у России нет режима наибольшего благоприятствования?

Лобков: Есть еще дополнительные льготы, которые на Украину распространялись.

Бендукидзе: У России с Евросоюзом тоже режим наибольшего благоприятствования, разница может быть только по нескольким видам продукции, по которым с украинских товаров не взимается дополнительная пошлина. Вот и все. Но это касается именно украинских товаров и немецких товаров из Украины.

Лобков: А тогда для чего это все говорится? Для чего господин Миллер сегодня сделал несколько заявлений о том, что «Газпром», возможно, прекратит использовать газотранспортную  систему Украины, что он не будет вкладываться в реконструкцию этой системы. Достаточно было много сделано сегодня заявлений и «Газпромом», и МИДом, вот такие своеобразные поздравления со стороны России. Для чего тогда это делается, если на самом деле, как вы говорите, евроинтеграция Украины России ничем не грозит?

Бендукидзе: Это надо спросить не у меня, а у господина Миллера, почему он сказал, что из-за приближения к Европе он не будет пользоваться газотранспортной системой Украины для поставок газа в Европу. То есть пользоваться газотранспортной системой Европы он может, а Украина может, я тут логику не вижу никакую. Этот же газопровод поставляет газ в Европу, а не на планету Марс. Какая проблема-то?

Лобков: А в чем тогда причина, почему такие резкие высказывания со стороны российских крупных бизнесменов и чиновников?

Бендукидзе: Бизнесмен – это вы кого имеете в виду?

Лобков: Я имею в виду Миллера. Государственный бизнесмен, но бизнесмен.

Бендукидзе: Почему государственный бизнесмен, как вы его назвали, и российский чиновник так волнуются, не знаю. Я не в области предсказания поведения людей.

Фото: РИА Новости

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.