Из аптек пропадут лекарства

Здесь и сейчас
8 августа 2011
Поддержать программу
Ведущие:
Татьяна Арно

Комментарии

Скрыть

Дешевые лекарства оказались под угрозой исчезновения. Их вытесняют из продажи более дорогие аналоги, так как аптекам невыгодно продавать препараты с низкой ценой, а производителям - невыгодно их выпускать.

С начала года доля недорогих лекарств - до 50 рублей - постоянно снижается. Эксперты связывают этот процесс с особенностями госрегулирования. Сейчас закон обязывает регистрировать предельную цену на все лекарства из перечня жизненно важных. Этот список устанавливает Минздравсоцразвития. При этом, чем выше предельная цена, тем больше можно делать и оптовую и розничную надбавки.

В результате аптеки предпочитают закупать более дорогие лекарственные средства. С одной стороны, это плохо влияет на отечественных производителей, которые делают дешевый "Аспирин" или "Анальгин". С другой стороны, отмечают эксперты рынка, заставляет производителей переходить на международные стандарты. О будущем недорогих лекарств говорим с аналитиком фармацевтического рынка Давидом Мелик-Гусейновым.

Арно: Что, действительно не останется дешевых совсем лекарств?

Мелик-Гусейнов: Это явление необратимо. Дешевые медикаменты вымываются уже на протяжении 10 лет с российского фармацевтического рынка, и мы видим, что если доля дешевой продукции стоимостью до 50 рублей в 2002 году составляла в денежном выражении порядка 25%, то сегодня это примерно 7-8% этой продукции. Безусловно, сегодня с дешевой продукцией невыгодно работать ни товаропроводящей цепочке, ни оптовикам, ни рознице, ни производителям, потому что это низколиквидная продукция.

Арно: Вы это бабушкам объясните, которые покупают лекарства.

Мелик-Гусейнов: Я это и бабушкам объясняю, и всем телезрителям тоже хотелось бы объяснить то, что мы очень часто путаем термины «дешевая» и «доступная». Так вот, во всем мире медикаменты - это очень дорогой товар, стоит баснословных денег. Средняя стоимость упаковки в США, в Европе 30-35 евро за одну упаковку, а у нас в России, всего полдоллара за одну упаковку. То есть, понятно, что динамика будет таким образом.

Арно: Но у нас пенсии другие у бабушек.

Мелик-Гусейнов: Согласен, но нужно переходить к совсем иным принципам лекарственного обеспечения. Нужно, чтобы бабушки не платили за медикаменты. Во всем мире работает страховой принцип лекарственного обеспечения: человек заболел, приходит к врачу, получает бесплатный рецепт, приходит в аптеку, отоваривает рецепт бесплатным медикаментом. Да, раз в год он оплачивает страховку, но это обязательная мера, которая должна существовать повсеместно. Все граждане, все населенное должно покупать страховку. И мы посчитали, сколько может стоить страховой полис для россиянина. В среднем, это 1,5-2 тыс рублей на человека в год. Вот страховой полис 2 тыс рублей в год и все медикаменты из рецептурной товарной массы могут быть бесплатными. То есть, здесь, в этом вопросе, работает только лишь политическая воля.

Арно: И что, оциллококцинум, который стоит, допустим, я не знаю, каких-то 400 рублей?..

Мелик-Гусейнов: Рецептурные препараты.

Фишман: Это какое-то Мумие из какой-то ....

Арно: Если ты заболеваешь и принимаешь - сразу выздоравливаешь.

Мелик-Гусейнов: Я подчеркиваю слово «рецептурные препараты», потому что оциллококцинум, аспирин и другие препараты - это безрецептурные препараты.

Фишман: Нафтизин.

Арно: Но мы же больше всего их и покупаем - аспирин и оциллококцинум, - на этом и держимся всю зиму.

Мелик-Гусейнов: Вот это еще один парадокс на самом деле. Если посмотреть рейтинг того, что продается на российском фармацевтическом рынке, и от чего мы умираем, условно говоря, эти рейтинги не совпадают. То есть, мы лечимся не от того, от чего умираем в итоге, получается. И чтобы этого не происходило, должна работать система ведения пациента от врача до аптеки. Не просто он послушал рекламу в телевизоре и увидел, что нужно купить препарат и все беды сразу же пройдут, а придти к врачу и получить грамотную квалифицированную консультацию. Какой бы врач ни был бы, троечник, двоечник, но он - врач, он получил базовое медицинское образование, он даст более-менее адекватную консультацию. И дальше с этой консультацией придти в аптеку.

Фишман: На самом деле, аптечный бизнес мы обсуждаем с достаточной регулярностью и все время что-то оказывается не так. Например, вот, собственно, социальная реформа социального налога, как мы обсуждали там некоторое время назад в эфире, сильно ударило по государственным аптекам, их действительно не остается.

Мелик-Гусейнов: Это так.

Фишман: По сути, происходит такая стихийная, отчасти, может быть, подталкиваемая коммерциализация жизненно важного сектора, это так?

Мелик-Гусейнов: То, что мы говорим, вернее не мы говорим, власть имущие говорят в отношении фармацевтического рынка, то, что здесь крутятся сверхприбыли, мы согласимся с ними. Но сверхприбыли не здесь, не в России, а там, за границей. А у нас средняя рентабельность аптеки сегодня – это полтора процента.

Фишман: Да, да. То есть, она на грани убыточности работает.

Мелик-Гусейнов: Инвестору это невыгодно сегодня. Рентабельность оптовой организации 3%, производитель всего 15-20%, то есть, рынок низко рентабелен. О чем мы говорим? Другой вопрос, что если медикаменты будут дороже, безусловно, рентабельность будет расти, но здесь можно защитить тех самых бабушек, которые не могут сегодня позволить себе купить медикаменты за свой счет и внедрять полноценный цивилизованный принцип лекарственного обеспечения.

Арно: Для начала вы даже не сможете как-то перевести бабушек на какое-то соцобеспечение, вам придется бабушкам эту тему сообщить, эту новость: «Бабушки, карвалол теперь стоит не 20 рублей, а 200».

Мелик-Гусейнов: Татьяна, вы совершенно правы. Сегодня отсутствует элемент информирования населения. Сегодня регуляторы населения работают в разных вообще весовых категориях, разных полюсах.

Арно: Будет скандал.

Фишман: Знаете, с тех пор, как я прочитал письмо сотрудников Минздрава подписанное…

Мелик-Гусейнов: Вы тоже читали?

Фишман: Да. Которое против…

Мелик-Гусейнов: На сайте вывешено.

Фишман: Да, на сайте. …Которые защищали Голикову от нападок доктора Рошаля, и я подумал, что это Министерство никому ничего не сможет объяснить никогда, честно говоря.

Мелик-Гусейнов: Здесь, наверное, не прерогатива Министерства, а тех структур, которые возьмут на себя ответственность информирования. Но, тем не менее, сегодня отсутствует какая-либо информационная работа с населением в отношении того, какое лекарственное будущее мы строим у себя в России, а то, что это будущее должно быть другим - это очевидно, потому что точка невозврата уже пройдена. То есть, оставаться в той же самой ситуации, когда человек не может купить себе необходимые медикаменты и умирает от того, что медикаменты есть, их изобрели, они физически существуют, но они очень дорогие, вот такая ситуация недопустима.

Фишман: Но вы можете представить себе, что эта ситуация изменится, действительно появятся умные, толковые, это же вопрос людей, если я правильно понимаю, то есть, людей, которые…

Мелик-Гусейнов: Должен быть менеджер в системе.

Фишман: Да, менеджеров, которые смогут наладить эту систему информационную. Есть они?

Мелик-Гусейнов: Такие менеджеры есть.

Фишман: Ну, и слава богу. И здесь заканчиваем на оптимистичной ноте.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия