«Иван Демидов – куратор никакой». Юрий Богомолов о разных эпохах в кино

Здесь и сейчас
24 мая 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Владимир Путин определился, какие фильмы нужны стране, а какие нет. К нему на встречу в сочинскую резиденцию сегодня приехали все главные кинодеятели России, и Путин рассказал о том, как он видит развитие отрасли.

России нужны «ленты, отвечающие стратегическим задачам развития страны и запросам   общества, несущие созидательную и образовательную силу, продвигающие ценности здорового  образа жизни, патриотизма, духовности, милосердия и ответственности». Путин сформулировал, что для него «хорошее кино» – это картины, которые обращены к нормальным человеческим отношениям и чувствам, которые рождают гордость за свой народ, за его историю. Правда уточнил, что это лишь его личные пожелания, и никакой цензуры не будет.

Накануне встречи появились слухи, что там же, в Сочи, назначат нового куратора кинематографа – мол, вместо Ивана Демидова, замминистра культуры, главным по фильмам станет вице-премьер Ольга Голодец, она тоже присутствовала в Бочаровом Ручье. Якобы им недовольны и во власти, и в кинокругах. А власть «зачищает» людей Владислава Суркова, к которым относится и сам Демидов. Но в итоге речь на заседании президентского совета по кино о нем так и не зашла.

Среди тех, кого позвали к Путину, Федор Бондарчук, Станислав Говорухин, Владимир Меньшов, Никита Михалков, Алексей Учитель, Карен Шахназаров. Началась встреча с минуты молчания в память о Петре Тодоровском. Сегодня режиссер «Интердевочки», «Военно-полевого романа», фильма «Анкор, еще Анкор» умер в Москве, в возрасте 87 лет.

Как встреча в Бочаровом Ручье отразится на российском кинематографе, ведущие ДОЖДЯ Мария Макеева и Дмитрий Казнин обсудили с кинокритиком, ведущим научным сотрудником Института истории искусств и членом Киносоюза Юрием Богомоловым. 

Макеева: Вы Петра Тодоровского знали?

Богомолов: Я не могу назвать другого режиссера в нашем киносообществе, который бы был одновременно всеми так уважаем искренне, так любим. Он ни в каких интригах не участвовал. Он был открытым человеком, не просто в стороне стоял. Общение с ним – такое удовольствие, ради которого стоило быть лично с ним знакомым. Если говорить о его творческой биографии, можно сказать, он своими фильмами стал так же, как Булат Окуджава, лирической душой своего послевоенного поколения. С одной стороны, трагично, что у нас подряд ушли два таких мастера – Алексей Балабанов. Но Алексей Балабанов – представитель уже другого поколения, и его герой другой. А вот Петр Ефремович все время рассказывал о войне, но вместе с тем рассказывал еще о чем-то ином. Он рассказывал о человеческих взаимоотношениях, а советская власть  присутствовала в его фильмах где-то на периферии. Он сам отодвигал от себя советскую власть, ее заказы, требования и делал свое кино. Я думаю, что немногие помнят, что его первый фильм назывался «Никогда», снял он его на пару с другим режиссером Владимиром Дьяченко, который рано ушел из жизни, и там дебютировал Евгений Евстигнеев. Это был фильм достаточно хмурый о человеке замкнутом. Один раз он раскрепощался, когда он сидел за столом. Это был герой, который возглавлял завод. Он сидел за столом, нелюдимый, и вдруг он почувствовал, что чего-то не хватает – музыки не хватает. Тогда он попросил себе вилки и на вилках стал отбарабанивать эту музыку. Евгений Евстигнеев был барабанщиком в своей докиношной жизни. Это было первое знакомство с этим артистом и вместе с тем знакомство с этим человеком. Два таких обаятельных человека как Тодоровский и Евстигнеев сразу делали погоду. Это был человек веселый и ироничный. Именно ирония была антикоррозийным элементом в его фильмах и в его жизни. Я хорошо помню, у него возникли проблемы со слухом, ему делали слуховой аппарат. Когда я к нему подошел, спросил, он говорит: «Знаешь, есть такой анекдот: на калитке забора надпись «Стучите громче, во дворе злая собака». Этим он сразу снял возможные вздохи по поводу этих проблем. Сейчас трудно поверить, что его нет. Это был, помимо того что талантливый, успешный, замечательный мастер своего дела, это был очень живой человек. Он каждую секунду своей жизни живой человек. Это не многим удается.

Макеева: Вся жизнь, наверное, так устроена. И эпохи: эпохи великих режиссеров и эпохи чиновников, который вроде бы идут параллельно, но так или иначе все тесно переплетается. Это я к слухам, что кино получит нового куратора. Сильно ли взволнованы этим в творческих кругах?

Богомолов: Эти параллели всегда были, они иногда и пересекались. Всем кажется, что если во главе кинематографической индустрии поставить какого-нибудь режиссера, творческого человека, наступит прекрасная жизнь для кинематографистов. Так пробовали даже в советское время. Все равно это, как правило, не получалось. Какие амбиции существуют у чиновников и у политиков, руководителей, это действительно проблема. У творческих работников одни амбиции сделать хорошее кино, которое бы тебя удовлетворяло, у чиновников амбиция впрячь художника в ту задачу, которая ему нужна для выполнения. Эти чиновники не понимают, что культура сама и каждый ее вид деятельности – это что-то имманентное. Управлять культурой это так же, как пытаться управлять закатами и восходами.

Казнин: Владимир Путин сетовал, что снимают посредственное кино, а когда выделяешь деньги, они вообще их не осваивают или осваивают не так, как надо, мол, мы деньги вам даем, а вы в ответ что-то невразумительное снимаете.

Богомолов: Как невразумительное. Для него, может быть, что-то невразумительное. Фильм Бориса Хлебникова последний «Долгая счастливая жизнь» чиновникам, которые полагают, что кино должно служить тем интересам, как они понимают, им это кино должно не понравиться. Там рассказывается о фермере, который собирает людей, пытается как-то обустроить место, а в это время рейдеры говорят «пошли вон, вот вам компенсация», и он пытается эту стену проломить, а в конце концов доходит до такого отчаяния, что начинает всех отстреливать. А между тем так же, как фильмы покойного Балабанова, могут понравиться. Разные есть функции у режиссера: одни диагностики, другие предпочитают капли давать…

Макеева: Иван Демидов в этом плане хороший куратор для кино?

Богомолов: Насколько я понял, никакой. И, может быть, никакой куратор лучше, чем хороший с точки зрения государства. Это все тщета. Для этого надо вернуться в советское время, надо идеализировать все, поставить несколько инстанций редакторских, контролировать все средства, которые будут отпускаться, прокат, поставить преграды на пути зарубежного кино, чтобы оно не конкурировало. Когда сетуют на то, что американское кино завоевывает весь рынок, эти люди не понимают, что голливудское кино – это не национальное кино США, это над национальное кино, поэтому оно и захватывает рынки, в первую очередь, англоязычные. Если бы идеально развивались в экономическом и социальном отношении, могли бы конкурировать, потому что у нас русскоязычный рынок тоже достаточно обширный, мы могли бы в этом отношении составить какую-то конкуренцию. Но у нас все не очень естественно развивается.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.