Илья Азар: «Людей задерживают, жестко кидают в пыль и бьют сапогами»

Здесь и сейчас
20 декабря 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
В Казахстане массовые аресты и зачистки несогласных. В Жанаозене, где в пятницу вспыхнул бунт нефтяников, обыскивают квартиры недовольных и арестовывают их родственников. О событиях в Казахстане - корреспондент издания «Лента.Ру» Илья Азар, который был задержан во время бунта вместе с другими журналистами.

Арно: Несколько дней назад вас и ваших коллег Василия Шапошникова и Владимира Соловьева задержали в Жанаозене. Расскажите, как это было?

Азар: Здравствуйте. Да, так все и было. Там, насколько я знаю, был еще корреспондент «Известий» задержан, но отдельно от нас. Собственно, чтобы долго не рассказывать, мы просто въехали в город, каким-то чудом туда прорвались до того, как начались масштабные проверки. То есть, видимо пересменка была. Но как только мы вышли на центральную площадь, которая была полностью оккупирована спецназом, чуть погуляв там, к нам подошли автоматчики, которые попросили нас проследовать к их начальству, которое сообщило нам о чрезвычайном положении и нас увезли в ОВД. В принципе, в законе «О чрезвычайном положении» не написано, что нельзя вести журналистскую деятельность, там написано только, что нельзя снимать на видео и аудионосители. К нам это все не относилось, но, тем не менее, нас 4 часа продержали в отделении, изъяли всю технику, диктофоны, телефоны, фотоаппараты, и даже блокнот у Володи изъяли, и так, к сожалению, не вернули.

Арно: Там был блокнот, я просто читала Володин Facebook, где он сказал, что там был список неких вот как раз нефтяников, которые участвовали в беспорядках.

Азар: Там вообще довольно грустная история, потому что Володя, как мы обычно пишем, записал, что ему говорит человек, полностью текст, а после этого написал его телефон, имя и фамилию. Естественно, когда следователь вынул этот блокнот прямо из сумки, он посмотрел, прочитал и начал звонить. Мы потом встречали этого человека, он сказал, что ему звонят из КГБ и большие проблемы, требуют денег. Не знаю, чем все кончится.

Казнин: Илья, что на ваш взгляд, по вашим ощущениям там произошло? Это действительно нефтяники или это некие неизвестные до сих пор молодые люди, как говорят и власти, и некоторые жители Жанаозена, как мы понимаем?

Азар: Понимаете, сложно сказать наверняка. В принципе, нефтяники там бастуют уже семь месяцев, непонятно на что они все это время живут. И если в том же Актау, где сейчас тоже бастуют нефтяники, если вы посмотрите кадры оттуда, там людей в одежде нефтяников дай бог чтобы треть, все остальные - молодые и не очень молодые люди, которые пришли поучаствовать в этом, поддержать, так сказать, своих знакомых и коллег. Поэтому утверждать наверняка, что там произошло, трудно. Основная версия, которую высказывают простые нефтяники и просто жители Жанаозена, жители Актау - это то, что, мол, когда началось празднование на площади, подготовка к нему… Там же в чем суть: они стояли на площади, нефтяники, семь месяцев и на той же площади власти решили отпраздновать 20-летие независимости и начали там ставить праздничные юрты и сцену поставили, елку. Это якобы очень разозлило нефтяников, у которых грустный повод - они голодают. И когда туда пришел аким, то есть мэр города вместе с другим начальством, они начали в этих юртах якобы есть бешбармак, национальное казахское блюдо, после чего, поев его, они, значит, кинули в нефтяников костями от бешбармака, сказав, что, мол, раз вы тут голодаете, жрите кости.

Казнин: Это уже легенда такая?

Азар: Легенда. Это мало того, что легенда, во-вторых, честно говоря, насколько я знаю, как выглядит бешбармак, там нет никаких костей. Но возможно, я просто недостаточно казах, конечно. Вот в киргизском бешбармаке, который я точно ел, там точно нет костей. Но так вот, и после этого небольшая произошла заварушка и большинство людей, которые там были, они утверждают, что в толпе нефтяников, в которой были молодые люди, кто-то там выстрелил, кто-то начал стрелять в милицию, которая уже начала отвечать. Милиции было, соответственно, мало, пока она перегруппировалась, она тоже выстрелила в ответ, но толпа пошла на нее, поэтому три человека погибло сразу же из толпы. Милиция ушла одевать бронежилеты. Вот в это время все сожгли, и потом уже приехал спецназ, произвел зачистку и убили еще какое-то количество людей, которое мы до сих пор не знаем какое.

Казнин: И сейчас ищут участников, как мы понимаем, этих беспорядков, с этим связано то, что постоянно задерживают людей, держат их в отделениях?

Азар: Вы знаете, зрелище просто удивительное. То есть, когда мы приехали утром и нас задержали, но было много милиции, но нормально. То есть, милиция просто ходила, казалось, вокруг того места, где все происходило. А вот когда мы вышли из ОВД, город представил собой страшное зрелище, потому что на каждом углу стояли группы автоматчиков, то есть, не просто там милиция, ДПС, а именно люди с автоматами боевыми, которые досматривали каждую машину, они перетряхивали все. Если им что-то не нравилось, они… Мы на выезде, на блок-посте видели, как людей задерживают, жестко кидают их мордой в пыль и бьют сапогами по лицу и по ногам. То есть, задержания шли, пока мы сидели в ОВД - приводили все время людей. То есть, проводили масштабную зачистку по всему городу. Это было позавчера. Можно представить себе, что она продолжается, очевидно. Те журналисты, которые еще позже, после меня были, они говорят, что да, очень жесткие зачистки идут. Очевидно, что просто берут всех.

Казнин: В Актау что происходит?

Азар: В Актау все спокойно: 400 человек выходит на площадь с требованиями. Раньше они выходили, требовали, скажем так, повышение зарплат, а теперь они говорят, что требуют, чтобы вышла армия и им сказали, кто отдал приказ стрелять в их коллег. Но это смотрится не очень внушительно, потому что стоит 300 человек, а напротив стоят столько же спецназовцев и тоже, соответственно, все с автоматами и снайпера ходят по соседнему зданию.

Казнин: А заявления властей о том, что сейчас все это будет транслироваться в прямом эфире и так далее, и так далее, как вы это прокомментируете?

Азар: Я не знаю как это комментировать. Ну, пусть транслируют. Просто дело в том, что там же в самом Жанаозене ничего особенного не происходит, а если покажут, я думаю, будет всем интересно.

Арно: Какие трансляции, если там интернет в городе вырублен?

Азар: Когда мы там были, там ни интернета не было, и связь ловила только исключительно иногда, очень редко Билайн. То есть, было смешно, потому что мы сидели два часа, когда нас задержали, мы сидели в одном кабинете и там не ловил телефон вообще (у меня Билайн просто), а потом нас перевели, спустя 2 часа, в другой кабинет, где неожиданно поймал Билайн, после чего мы смогли отправить в Москву сообщение. Спасибо, кстати, хотел передать коллегам, которые вступились за нас, устроили небольшой шум, я думаю, это очень помогло.

Казнин: Журналистов много там, в том числе, например, есть западные журналисты?

Азар: Вы знаете, западные журналисты, они немного по-другому же работают, особенно в таких точках. То есть, когда мы там были, сидели… Собственно, еще очень важную роль в нашем освобождении сыграло то, что в том же помещении, где мы были, был глава МВД Казахстана. И нас к нему провели в какой-то момент, он видимо, услышал об этом. И вот он нам сказал: «Что же вы такие не зарегистрировались? Сейчас и Рейтер, и Аль-Джазира приедут, прилетят, мы их привезем на вертолете, и все покажем». Собственно, мы потом видели, как там эту группу вместе с кучей автоматчиков и чиновников водили то туда, то туда. То есть, видимо они работают там так, я полагаю. Но наших журналистов достаточно много - «Новая газета», «Gazeta.ru», другие СМИ, насколько я знаю.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.