Игорь Иванов о причинах бензинового кризиса

Здесь и сейчас
26 апреля 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

В Алтайском крае третий день топливного кризиса. Бензин есть только в сети крупнейших операторов, "Газпромнефть" и "Роснефть", его наливают по 20 литров на машину и только корпоративным клиентам. На 300 независимых АЗС топлива нет с субботы.

Наш экономический обозреватель Игорь Иванов объясняет, в чем причина этого неожиданного топливного дефицита, который грозит не только Алтаю, но и Мурманской и Брянской областям. 

Иванов: Зрители телеканала пишут, что ситуация перекидывается в Сибирь и дальше, что дефицит уже есть и в Новосибирске, и в Томске ощущается. В принципе, в чем проблема? Проблема, как во всяком случае, представляют ее нефтяные компании, состоит в следующем: дело в том, что государство, лично премьер Владимир Путин и Федеральная антимонопольная служба, борется за снижение розничных цен на бензин. Собственно, розничные цены стали приблизительно составлять 26-27 рублей за литр 95-го бензина, если не ошибаюсь. В чем проблема? Проблема в том, что оптовые цены, как говорят нефтяники, уже приблизились к этому же уровню. То есть бензин в розницу стоит примерно 27 рублей, и оптом он стоит примерно 26 рублей за литр. Нет особого резона его покупать, перепродавать и т.д. Собственно с чем может возникать и дефицит? Дефицит, если мы посмотрим на карту, мы увидим, что дефицит коснулся районов, которые являются пограничными, которые граничат с нашими соседями, в первую очередь с теми из них, с кем у России, называя вещи своими именами, прозрачные границы. И мы видим такую ситуацию – Брянск и Белгород, слева они совсем близко к Украине, ну и там немного близки к Белоруссии. У нас бензин стоит 26 рублей за литр, это в районе 90 центов. Мы имеем прозрачную границу, откровенно говоря, и мы имеем цену на бензин через границу, например, на Украине 95-й бензин стоит около 10 гривен. Насколько я понимаю, это 35 рублей. Разница почти в 10 рублей, граница прозрачная, уверен, что возят и сами люди как физические лица, возят и бензовозами туда бензин, конечно, он вымывается с местного рынка, это понятно. С Белоруссией примерно та же самая ситуация. По данным белорусских независимых СМИ, по их мониторингу, цена примерно 0,9 евро, по сути, те же самые 35-33 рубля. То же самое происходит с Белоруссией. Если взять сибирские регионы – Красноярский край, Алтай, они граничат с Китаем. В Китае ситуация, в принципе не лучше. Там еще в прошлом году те же самые $1 с небольшим стоил бензин, те же самые 35 рублей. С тех пор в Китае 4 раза повышали цены на бензин, в Китае принята такая политика, что после того, как нефть дорожает на 4%, кабинет министров имеет право пересмотреть цену на бензин. 4 раза они уже воспользовались этим правом в этом году. Мы видим, что разница в 10 рублей, граница прозрачная, бензин, судя по всему, вымывается. Оптовая цена отражает этот паритет, потому что 26 тысяч в опте, это где-то должно быть $1 с небольшим в рознице. Ну а в рознице бензин дешевле, поэтому из розницы он вымывается, вероятнее всего, за рубеж. Федеральная антимонопольная служба отказалась сегодня нам комментировать эту ситуацию. Чиновники ФАСа попросили нас ждать пресс-релиз, насколько я понимаю, он не вышел, возможно, он выйдет ближе к вечеру. Антимонопольная служба рапортует о каких-то мерах, которые они будут принимать. Ну а пока, повторюсь, бензиновый кризис, судя по всему, распространяется и на другие сибирские регионы.

Казнин: Несколько вопросов сразу возникает. Во-первых, есть еще и Мурманская область. Она с кем граничит? Может, есть еще какие-то другие причины? Потому что ФАС, тем не менее, прокомментировал, может быть, неофициально, о том, что речь идет о сговоре крупнейших игроков. Если сговора нет, то почему то же самое происходит в Мурманске?

Иванов: Факт в том, что у нас действительно рынок монополизирован, и Федеральная антимонопольная служба постоянно использует этот аргумент в борьбе с нефтяными компаниями, точнее, в борьбе с практически любым повышением цен на бензин. И этот правда, тут никуда не денешься. В принципе, если вернуться в Алтай, то там же бензин есть на бензозаправках нефтяных компаний, вертикально интегрированных, а у частных участников бензина нет. Что касается Мурманска, то он, в принципе, граничит с Европейским союзом напрямую – одна из немногих областей. Известно, что в ЕС бензин еще дороже – примерно в 1,5 раза. Там существуют, конечно, два фактора, которые ограничивают экспорт бензина напрямую в ЕС. Ну, во-первых, экспортные пошлины, которые, в принципе, надо платить, пересекая границу. Что не надо делать, пересекая, например, белорусскую границу, если я правильно понимаю. С другой стороны, это то, что российский бензин не всегда удовлетворяет стандартам ЕС просто по качеству. И, как правило, российские нефтепродукты используются, импортируются в ЕС для последующей переработки. Бывают ситуации, когда разница в цене внутри России и в Европейском союзе настолько велика, что даже после пошлин и даже стоимости последующей переработки все равно выгодно завозить бензин из России. Возможно, именно это и происходит в Мурманской области. Ну а возможно, там просто логистический сбой. Еще один фактор, он никогда не имел значения раньше, но, возможно, он сыграл в этот раз этой весной. В апреле очень часто нефтеперерабатывающие заводы останавливают на ремонт. Возможно, в этом году сыграл этот фактор. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.