Гольяново – не Лампедуза. Нелегалов в Европе никто не сажает под замок

Здесь и сейчас
5 августа 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Сторонники создания подобных лагерей для мигрантов часто ссылаются на зарубежный опыт. Фильтрационные лагеря и центры содержания есть во всем мире, напоминают они. Так, например, самый известный фильтрационный пункт в Европе находится на итальянском острове Лампедуза.

Он ближе всего к берегам Ливии и Туниса и только за 2008 год принял более 23 тысяч нелегальных иммигрантов из Африки. Тогда же сотни из них сбежали из лагеря и провели демонстрации с требованиями свободы и лучших условий. Очередная волна нелегальных мигрантов хлынула на Лампедузу после «арабской весны» 2011 года. Фильтрационный пункт действует на острове и сейчас.

На этом фоне северные центры выглядят более респектабельными, потому что находятся вдалеке от главных миграционных потоков. Но и они нередко попадают в новостные сводки. Оппозиционер и активист из незарегистрированной партии «Другая Россия» Александр Долматов 17 января 2013 года покончил с собой в одном из таких депортационных центров в голландском Роттердаме.

Жизнь в европейских миграционных центрах изучал наш коллега Сергей Сумленный, он был с нами на прямой связи по скайпу.

Сумленный: Прежде чем об этом говорить, необходимо понять, что в этих местах приема беженцев совершенно противоположная задача, нежели у лагеря концентрационного или сборного, или фильтровочного, который сделали в Москве, потому что тот палаточный лагерь, который устроили в Москве – это лагерь, куда собрали людей с более-менее ясным намерением их из страны выставить. А лагеря для беженцев в Евросозе – это лагеря, куда люди приезжают, это первое место-знакомство с Евросоюзом. Подавляющее большинство людей без статуса, которые находятся в Евросоюзе, - это не трудовые мигранты, как например, в России – строят бизнес-центры, торгуют на рынках годами, шьют что-то – а это люди, которые приехали в Европу, чтобы получить законно статус беженца. И по европейскому законодательству, в стране, на которую первой вступил человек (обычно это страна, которая находится на периферии Евросоюза, если только не прилетает самолетом), он идет к властям, говорит «я беженец из Мали (Марокко, Камбоджи, России – кстати, из России каждый четвертый, подающий в Германии заявку на получении статуса беженца. 40 тыс. человек  подали такую заявку, 10 тыс. – из граждане России)». Дальше его дело расследуется. Выясняется, действительно ли у него есть основания опасаться чего-то, за что можно получить статус беженца. Действительно ли его хотят убить на родине, действительно ли он подвергался религиозным преследованиям, его хотели посадить незаконно. Эта процедура может длиться очень долго. Пока у человека не выясняется статус, хотя бы предварительно, он находится в таком лагере. Но в такой лагерь никого не  сажают. Это места, куда люди приходят сами и в большинстве случаев люди могут спокойно выходить в город. В Лампедузе люди спокойно перемещаются по городу. В том центре, где Долматов повесился, пока не было вынесено решение о его депортации, он спокойно передвигался несколько недель по Нидерландам. Есть, разумеется, ограничение. Нельзя покидать какой-то радиус: 50 км, 100 км, надо регулярно отмечаться, что человек никуда не делся, нельзя, разумеется, работать. Но человек живет спокойной жизнью. В Германии пока дело рассматриваются, человеку платят какие-то небольшие деньги, 100-200 евро в месяц, то есть 4-8 тыс. рублей. По немецким меркам, это небольшие деньги, обычно они выдаются чеками на получение товаров в магазине, но, по крайней мере, у человека есть что-то. Такие центры все равно подвергаются жесткой критике со стороны правозащитников в Европе, потому что правозащитники считают, что слишком долго длятся такие рассмотрения дел. Особо леворадикальные правозащитники считают, что каждый иностранец имеет право безоговорочно получить статус беженца в Евросоюзе, они считают, что право на статус беженца – это право любого человека. Все эти лагеря, куда приезжают тысячи беженцев из Афганистана, Центральной Африки, субсахарной Африки – лагеря, в которые люди приезжают, их первично изучают: фиксируется их имя, берутся отпечатки пальцев, чтобы они потом в другой стране не пытались под другим именем получить статус беженца. Потом либо они получают статус беженца, либо не получают. Если не получают, то их тоже никто не сажает в тюрьму, ни в палаточный лагерь. Им выписывается предписание по стандартным европейским нормам, которые обязательны для всех стран Европы. Есть нормы высылки иностранцев из страны Евросоюза. Эти нормы говорят, что человека, которого сочли нелегально находящимся на территории Евросоюза, допустим, у него оснований получить статус беженца, или  он прилетел, нигде не зарегистрировался и стал незаконно работать, ему выдается предписание в течение срока от 5 до 30 дней в зависимости от статуса (если он прожил много лет, у него могут быть дети тут, дела урегулировать надо, вещи собрать) он должен покинуть Евросоюз. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.