Наши солдаты. Сирия
Дождь рассказывает истории погибших российских военных

Геннадий Онищенко о митингах оппозиции и когда в Россию вернется грузинское вино

Здесь и сейчас
29 декабря 2011

Комментарии

Скрыть
В Россию вернутся грузинские вина и Боржоми. Уже в феврале. Глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко встретился с грузинскими политиками и почти договорился забыть былые обиды. Подробности узнали у него лично.

Воздержаться от участия в массовых акциях рекомендовал на днях государственный санитарный врач России Геннадий Онищенко. "Массовые скопления людей на улицах могут способствовать быстрейшему заражению с вытекающими последствиями", ‑ считает он.

А в преддверии новогодних праздников Онищенко призвал подумать "не о чревоугодии, а о душе". В каникулы глава Роспотребнадзора не рекомендовал злоупотреблять алкоголем, а лучше вообще проводить много времени за городом.

Зато с февраля об алкоголе думать уже можно ‑ Геннадий Онищенко встречался с грузинскими бизнесменами и политиками. Теперь, по их словам, импорт на наш рынок грузинского вина и коньяка возобновится, скорее всего, через два месяца. Нарушит договоренность разве что ликвидация самого Роспотребназора. Предложение передать полномочия ведомства региональным властям внес на днях вице‑премьер Дмитрий Козак.

Геннадий Онищенко в ответ заявил, что подобные меры крайне отрицательно скажутся на благополучии страны. Что ждет страну без Роспотребнадзора и что ждет с ним, обсудили с главой ведомства Геннадием Онищенко.

Онищенко: Вы решили процитировать меня, показывая картинку моего физического присутствия здесь, что ли?

Фишман: Нет, почему? Мы с вами разговариваем. Вот вы сейчас в эфире в прямом находитесь.

Онищенко: Вы уже все сказали за меня.

Фишман: Давайте мы вас все-таки…

Онищенко: Причем половину фактов передернули.

Фишман: Давайте, вы нас поправите.

Писпанен: Почему? Какие? Поправьте, пожалуйста.

Онищенко: Давайте все-таки будем договариваться о том, о чем мы договаривались. Поговорить о здоровье, поговорить о том, как себя нужно вести, а цитировать меня при живом присутствующем, наверное, не самое удобное дело.

Фишман: Это абсолютно нормальная для информационного эфира ситуация.

Писпанен: Это подводка информационная.

Онищенко: Ах, это подводка.

Фишман: Более-менее так всегда делали. Может, можно вас спросить, если можно, про Грузию. Все-таки как вы видите решение этой проблемы, изменилась ли собственно, ситуация с количеством вредных веществ или опасных для здоровья веществ в тех напитках, которые раньше нельзя было допускать на российские прилавки, а теперь может быть, будет можно?

Онищенко: Ваш нездоровый интерес к этой теме я объяснить, конечно, могу. Для России этой проблемы нет - ни для российского рынка, ни для российских потребителей. А вот то, что мы начинаем в такой огромной стране предновогодний разговор с такой в общем-то частной темы, я в этом как-то вижу определенную заданность.

Писпанен: А почему это частная тема, Геннадий Григорьевич, скажите, пожалуйста?

Онищенко: Я вам все отвечу, только не перебивайте. Раз вы так решили, давайте будем так говорить. Первое - частная тема, потому что рынок этой пагубной услуги для населения, как продажа алкогольного напитка, и без грузинского вина переполнен, так что дефицита здесь мы не ощущаем. Даже если в полном объеме грузинские вина вернутся на наш рынок, это будет очень незаметный сегмент только для особо понимающих в этом. То есть для очень малой части населения нашей страны. Этот рынок заполнен продуктами разного качества: дешевого, среднего сегмента, высококачественного для гурманов, и просто для тех, кто начинает дружить с этой пагубной привычкой. И поэтому сейчас проблема лежит лишь в плоскости того, что нормальный грузинский бизнес вполне оправданно и объяснимо хочет вернуться в Россию.

И мы его говорим: пожалуйста, приходите, только выполняйте наше законодательство. Такие переговоры ведутся шестью грузинскими фирмами. Я их называть не буду, потому что они об этом просили, учитывая, что как только мы с ними встречаемся, начинаются репрессии со стороны местного руководства. Кроме этих шести, мы еще ведем с фирмой «Сараджишвили» - это известная более 100 лет фирма, еще с Царской империи. Они в открытую говорят: мы идем на контакт, мы говорим об этом. И фирма «Боржоми». Но это объясняется лишь тем, что все-таки руководство этих двух компаний, известных в нашей стране еще с прежней жизни, находятся за пределами Грузии, этим и объясняется то, что они себя так смело ведут.

Сейчас это находится на той стадии, что они предоставили нам документы, мы их изучаем, и после того, как эти документы мы изучим, мы пригласим экспертов и после документального обсуждения наша задача – выехать и посмотреть реально, что же на самом деле есть, насколько те документы, которые нам дали, соответствуют тем технологиям, тем возможностям предприятия, которые заявились. Это нормальная практика. Поэтому я не соглашусь с вашей идеей на счет февраля. Если говорить от начала наших таких нормальных переговоров, то они уже давно могли быть здесь в России. Но поскольку там всегда возникают идеологические проблемы, вовсе не экономические, то я не уверен, что это будет февраль.

Фишман: Скажите, а вот тут вопрос конечно возникает.

Онищенко: А вот что касается «Боржоми» - вот это действительно очень важный и нужный продукт. Он полезен, он известен даже своими лечебными свойствами. И вот если это произойдет, то я буду лично удовлетворен. Возврат вина - это будет уже чисто позиция чиновничья. Так, пожалуйста, вы чем-то расстроены.

Фишман: Да, я хотел уточнить. Естественно, возникает сам собой вопрос, должны ли ожидать подобных инспекций, как в Грузии, когда надо будет поехать и посмотреть, разобраться, насколько соответствуют виноделы из Чили, Аргентины, Франции, Испании, Италии?

Онищенко: Как только в этом возникнет необходимость, это будет обязательно. Пока они себя не скомпрометировали в таком массовом масштабе, как это сделали грузинские и молдавские виноделы. Все-таки я вас призываю вернуться в Россию. Такая большая страна, такие проблемы, столько нового, а вы на каких-то ангажированных темах останавливаетесь.

Писпанен: Кем ангажированы? Давайте не будем даже на этом останавливаться.

Онищенко: Я не знаю, кем ангажированы, вам виднее.

Писпанен: Мы возвращаемся к здоровью. Перед митингами на Болотной, на Сахарова вы призывали людей позаботиться о своем здоровье, не выходить, мол, это вредно, воздушно-капельным путем передается всяческие простудные заболевания.

Онищенко: Значит, для восстановления истины… Я вопрос понял. Это было не только Болотная и Сахарова, это было и сейчас даже есть. Сейчас наши люди поехали в Египет, я сказал: «Опасайтесь. Сегодня появились тревожные данные из Египта, есть данные о том, что там кроме обычного гриппа, который мы привили и привили в этом году каждого четвертого россиянина, H5N1 появился». Это тот кандидатный штамп, о котором мы много говорили в 2003-м году. Вот тут целые даже рекомендации выдали. Мы эту же тему с такой же интенсивностью, можем быть, даже с большей, поднимаем и в связи со школьными каникулами, потому что идут сейчас массовые…

Писпанен: То есть, всех прилетающих оттуда будут проверять, как это было тогда?

Онищенко: Пока, к счастью, мы этого делать не будем. Мы пока призываем к соблюдению правил личной безопасности - это внимательное отношение к своему здоровью, это, если вы встретились с местным населением, которое вызывает у вас сомнение с точки зрения здоровья и болезни респираторно, тут даже не надо иметь специального образования, есть целые страницы рекомендаций как себя вести. Пока так. Если, не дай бог, ситуация изменится, но признаков для ее изменения нет никаких, то они как возвращались так и будут возвращаться. Единственное что мы будем делать, если кто-то приехал и обратился к нам с этими признаками, то, учитывая его анамнез пребывания в этой стране, мы к нему более внимательно отнесемся. Но это уже наши чисто медицинские процедуры.

Писпанен: А как же, если Всемирная организация здравоохранения на какой-то момент даже признала, что это была не столь страшная угроза H5N1?

Онищенко: Значит, у вас устаревшие данные. Пользуетесь старыми данными.

Писпанен: То есть, после этого она уже признала, что это действительно страшно?

Онищенко: Сегодня H5N1 - очень опасный вирус. Единственное, чем он сегодня ведет себя благородно, что не научился нормально передаваться от человека к человеку. Но мировая статистика, а мировую статистику у нас считает Всемирная организация здравоохранения, говорит, что где-то около 700 заболевших за весь этот период, как только появился этот грипп, и примерно 400 с лишним, умерших. То есть, больше, чем каждый второй умирает от этого гриппа. Но к счастью, передаваться от человека к человеку он не научился. И вот мы все в ожидании, когда это не дай бог, произойдет. Поэтому, ехать если вы решили - можно, но при этом надо соблюдать необременительные правила предосторожности.

Фишман: Вот по поводу предосторожности и мер безопасности. Вот вы говорите, и весь Интернет про это говорит, по поводу этих контактов с птичьим пометом. Это каким образом их надо избегать?

Онищенко: Мы взяли и перепечатали те конкретные рекомендации, которые дало Министерство здравоохранения Гонконга (к сожалению, и наши туда ездят), которое непосредственно работает на месте со своим населением. Но вы как всегда, передернули. И кстати, в этом передергивании отличался и ваш канал, к которому я продолжаю сохранять неизменную симпатию, несмотря на то, что вы так тенденциозно смакуете эту тему. Действительно, это одна из мер, которая касается тех людей, которые вдруг в своем желании углубиться в познания жизнедеятельности вот этих неблагополучных регионов, возжелают вступить в непосредственный контакт с тем, что вы назвали.

Писпанен: Помет, вы имеете в виду?

Онищенко: Будем так говорить - продукты жизнедеятельности этих животных, которых мы с вами, к сожалению, используем для своего питания. Давайте в Россию.

Писпанен: Давайте.

Онищенко: Давайте.

Фишман: У нас птицы и в России есть.

Онищенко: У нас птицы много в России, к счастью. Мы не выделяем этот вирус, хотя Россия очень уязвимая страна, потому что все самые экзотические виды птиц, чтобы вы знали, размножаются в России.

Писпанен: Да вы что?

Онищенко: Да. И наша птица долетает и до Вашингтона, и до Калифорнии.

Писпанен: Так это же биологическое оружие.

Фишман: Это просто опасная ситуация.

Онищенко: Это не опасная ситуация - это обычный нормальный жизненный цикл всех. Мы из себя возомнили неких таких вершителей мира, а попытаться разобраться в этом мире - мы не знаем. До 30 миллионов птиц прилетает на север нашей страны, в Якутию, вот те регионы, там выводят потомство и назад возвращается до Южной Африки. Поэтому это действительно маятник миграции, которая представляет для нас определенное беспокойство. И мы этим занимаемся всю жизнь вместе с ветеринарами, орнитологами. Мы даже знаем, откуда какой грипп взялся и как он пролетел над нашей страной. А теперь давайте все-таки, десятидневный отдых.

Писпанен: У кого как, так скажем.

Онищенко: У меня точно не будет 10-дневный отдых. Это, конечно, катастрофа для нашей страны. Мы все на митингах, вне митингов говорим о том, что нужно поднимать экономику, но рабочий год мы начинаем с 10-дневного безделья. А в этом безделье национальной нашей особенностью является приверженность к Бахусу, причем в разных его проявлениях. Вот здесь бы я хотел попросить наших граждан: милые мои, дорогие, ну, раз дала вам жизнь вот такой 10-дневный отдых в семье - воспользуйтесь этим. Сделайте все для того, чтобы восполнить хоть как-то тот пробел, который у вас был в дефиците общения со своими близкими, поедете на природу, вспомните о том, что вы когда-то ходили на лыжах, что просто гуляли по парку. Откажитесь от вредных привычек курения. Почему эти два вида? Потому что это самые опасные, но устранимые, реально устранимые причины, которые не дают нашему обществу стать цивилизованным с точки зрения продолжительности жизни. Ну, услышьте вы!

Писпанен: С удовольствием, если бы еще не работать.

Онищенко: А вот то, что вы работаете - это ваше счастье.

Писпанен: Да? Вы думаете? Ну, тогда я теперь спокойна все новогодние праздники.

Фишман: Если мы правильно понимаем, Роспотребнадзор тоже будет работать. Видимо, можно только добавить к этому, если вы будете гулять, то лучше гулять в открытом каком-то пространстве…

Писпанен: Не на Болотной площади.

Фишман: И не в лесу, потому что тоже можете быть…

Онищенко: Болотную площадь можно посещать, она тоже, в общем-то, не самая, с точки зрения экологии, плохое место.

Фишман: Болотная площадь?

Онищенко: Да. Потому что там…

Писпанен: Там деревья.

Онищенко: Те магистрали, которые там проходят, они достаточно далеко и хорошо продуваются.

Фишман: Просто на деревьях птицы могут сидеть.

Онищенко: Молодой человек, я так умею ерничать, что вам станет не по себе, но я же сдерживаюсь. Мы же с другой темой. У нас же должен быть позитив. А теперь относительно вот заявлений, о которых вы сказали, на счет Роспотребнадзора.

Фишман: Да, собственно, его ликвидации.

Онищенко: О ликвидации, конечно, речь не стоит. Даже господин Козак на такие решительные действия не решится. Проблема состоит в том, что предлагается передать полномочия. Вот те территориальные органы, которые сегодня подчинены напрямую федеральному центру и осуществляют федеральные функции на месте, предлагается передать в подчинение губернаторам. В своем докладе на Госсовете, господин Козак использовал даже неточности. Он сказал, что «там чиновники получают в два раза больше». Но это просто логично, потому что иерархия предполагает, что все должно быть наоборот. И реально не получают там чиновники в два раза больше. Так что это было пожелание, выданное за реальность.

Писпанен: А как вы это объясните? Без расформирования, просто передача полномочий?

Онищенко: Передача полномочий. То есть, не мы назначаем, не мы финансируем эти органы, а их назначает и финансирует местные. Но здесь есть две проблемы. Первая проблема состоит в том, что это противоречит интересам государства. Противоречит интересам с той точки зрения, что тогда государство потеряет возможность контролировать химическую и биологическую безопасность на территории страны. Оно просто не сможет реагировать на возникающие вспышки. Причем в каждой вспышке надо разобраться, какая это вспышка, естественная или она преднамеренная - это сегодня очень важная тема, о ней говорят все развитые страны. Буквально на прошлой неделе в Женеве закончилась специальная конференция, на которой американцы даже пожертвовали временем госпожи Хиллари, которая приехала и как раз об этом говорила. И второе, что самое удивительное для меня было и самое, как говорится, лежащее, может быть, за пределами моей профессиональной компетенции - против этого категорически возражает бизнес. Прежде всего, малый и средний бизнес, ОПОРА России, которая напрямую говорит, что это коррупционность, что это решение региональных интересов вопреки интересам государства…

Фишман: По допущению каких-то продуктов на рынки или что?

Писпанен: А есть же санэпидемстанции или это совсем…

Онищенко: Так это они и есть – санэпидемстанции – как раз о них идет речь. Что это приведет к тому, что нарушится свобода передвижения товаров на рынке внутри государства, и это действительно так. Вот как раз, возвращаясь к птичьему гриппу, когда я говорил на всю страну, что нельзя, что сегодня продукция Новосибирской области безопасна - мы тогда выделили птичий грипп у дикой водоплавающей птицы, на территории Новосибирской области, - тогда Кемеровский губернатор дал команду моему подчиненному: «Закрой въезд». Он отказался это сделать, потому что сказал, что в этом нет необходимости. Тогда он дал команду местному ветеринару, который подчинен ему и местному ГАИ, и эти два уже не государственных, а региональных инспектора закрыли все дороги, и Кемеровская область испытала дефицит белого мяса, что является плохо, в угоду интересов местных производителей. Поэтому вот как раз это и подвигает бизнес. Против этого возражает РСПП, против этого возражают ассоциации, такие как молочники…

Фишман: Просто, кажется, что вы должны руководствоваться интересами не экономическими, а собственно, здоровьем.

Онищенко: Если мой нынешний подчиненный будет подчинен губернатору, вот тогда губернатор начнет беспредельничать там. И он это будет делать, потому что у него на первом месте вопросы собственной экономики, собственных предприятий. Они рафинированы, интересы здоровья, за которое мы сегодня несем ответственность. Поэтому Госсовет, который прошел, особенно в выступлении Владимира Владимировича Путина, призвал еще раз взвешенно посмотреть на эту проблематику и принять решение не сразу сплеча, как это предлагает господин Козак, а все-таки услышав все стороны. Ведь когда принимались эти решения, нас даже не выслушали. Работала некая рабочая группа, работала в тайне и выдала вот эти рекомендации.

Писпанен: А это какие-то тайные недоброжелатели ваши?

Онищенко: Нет. Вы понимаете…

Писпанен: Почему они в тайне работают?

Онищенко: Я могу даже высказать и такую версию, что интересы вот в таком расформировании лежат далеко за пределами нашей страны.

Писпанен: То есть, это все Запад?

Онищенко: Они, в том числе, и навязываются оттуда. Когда Соединенные Штаты столкнулись с проблемами, когда они не смогли разобраться с появившейся у них на территории в одном из штатов с чумой обезьян, оспой обезьян (это очень близкий возбудитель к человеческой оспе, которая ликвидирована на планете в 1980-м году), они сразу начали выстраивать систему централизованного подчинения лаборатории. Сейчас они ее создали очень быстро и она сейчас подчинена Atlantic CDC. Там сидят профессиональные люди, мои коллеги, с которыми мы работаем в режиме он-лайн, в частности и по борьбе с гриппом. У нас здесь есть, так сказать, свои независимые ни от каких отношений профессиональные контакты, которые нам очень помигают, равно как и мы, по возможности, оказываем помощь, если у нас что-то случается, чтобы информировать их, что происходит. Так что в профессиональном сообществе проблем политических нет. Там есть интересы профессии.

Фишман: Я просто уточнить. Я правильно понимаю, мысль ваша в том заключается, если расформировать Роспотребнадзор и его полномочия, то безопасность страны от внешней угрозы становится более очевидной, подпадает под угрозу?

Онищенко: Безопасность страны, прежде всего, от внутренних угроз, которые и без того в нашей стране присутствует. Допустим, я вам сказал очень бодрящие цифры, что у нас 36,5 миллионов в этом году привилось населения от гриппа. Этого даже не было в лучшие советские времена, когда говорили, что там все было хорошо. Я уверен, что в таком масштабе страна бы не привилась никогда, потому что когда каждый сам по себе прививал, у нас было лоскутное одеяло. Условно говоря, Москва привила больше, чем надо, допустим, а рядом соседняя область вообще не начинала прививки. И вот эта неравномерность, она, в принципе, низводила успехи Москвы в вакцинации практически к нулю. Эпидемия все равно развивалась. Поэтому здесь много проблем.

Писпанен: 36 тысяч - это же капля в море.

Онищенко: 36 миллионов.

Писпанен: 36 миллионов, извините.

Онищенко: Это каждый четвертый. 25,7% населения страны сегодня привиты. Итак, Новый год. И что же мы будем делать в Новом году?

Писпанен: Работать.

Онищенко: Работать? А над чем?

Писпанен: Над собой, конечно, и над эфиром, над новостями.

Онищенко: Над собой - это всегда. Пожелания будут? Я вам уже надоел, я чувствую.

Писпанен: Вы нам уже, я так поняла…

Онищенко: Исписали три страницы там уже.

Писпанен: Выдали свои пожелания.

Фишман: У меня пожелание такое, чтобы дискуссия о расформировании или сохранении полномочий Роспотребнадзору шла бы плодотворным образом.

Онищенко: Она идет.

Фишман: Чтобы она была эффективной и, в конце концов, полезна и в интересах именно России.

Писпанен: И не тайно.

Онищенко: Я думаю, что население страны не должно заморачивать себя вот этими интригами. Населению страны нужно думать о своем здоровье. И вы, если слушали внимательно послание президента, он назвал цифру очень интересную для нас, что средняя продолжительность предстоящей жизни у нашего населения выросла очень значительно. И давайте на этом направлении мы поработаем. И для этого нужно вести здоровый образ жизни, быть позитивным.

Писпанен: И побольше отдыхать.

Онищенко: Побольше отдыхать.

Фишман: И не думать, соответственно, что будет с Роспотребнадзором.

Писпанен: И ни в коем случае не бояться угрозы извне.

Онищенко: Я думаю, кроме дикторов ДОЖДЯ об этом особенно никто не думает.

Писпанен: Ну и хорошо.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия