Гарегин Тосунян о том, кто прикрывает Сергея Мавроди и почему его не получается посадить

Здесь и сейчас
2 апреля 2012
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
Одним из героев дня сегодня стал Сергей Мавроди. Сначала он не явился в суд, куда его вызвали за неуплату штрафа размером в тысячу рублей. А неделю назад создатель финансовой пирамиды по такому же обвинению оказался под арестом – его приговорили к пяти суткам в изоляторе.

Сегодня основатель МММ просто не пришел в мировой участок Хамовнического суда, сказавшись больным, и заседание пришлось перенести на третье апреля. Судебные приставы получили распоряжение доставить Мавроди в суд принудительно, но не смогли его отыскать. Сам Мавроди днем выпустил видеообращение, в котором в довольно резкой форме опроверг все слухи о своем задержании.

Мавроди: Насчет того, что я задержан, ничего я не задержан, адвокаты эти мои – твари конченые, мрази. Это просто чистой воды провокация, как бы в отместку, наверное, что их выгнали. У меня просто слов нет. В общем, вранье это все. И провокация, я повторяю. 

Адвокаты Мавроди, о которых он так нелестно отозвался, говорят, что всего против него возбуждено около трехсот административных дел – все они за невыплату штрафов.

В свое время создатель МММ уже отсидел четыре с половиной года в колонии за мошенничество, но, по данным судебных приставов, до сих пор должен обманутым вкладчикам около пяти миллиардов рублей. Мавроди говорит, что платит по возможности, но его ежемесячный доход составляет не больше 15 тысяч рублей.

Почему Мавроди остается неуловимым и для приставов, и для следователей, и как работает новая пирамида МММ образца 2012 года? Обсудили это с главой Ассоциации российских банков Гарегином Тосуняном.

Монгайт: Почему, на ваш взгляд, Мавроди остается неуловимым?

Тосунян: Вы знаете, вообще-то я не специалист по Мавроди и у меня есть много других специальностей. А что касается Мавроди, я могу только сказать, что мне его единственное, может быть, очень жаль, потому что это, видимо, больной человек в глубоком смысле этого слова, а не просто в сердечно-сосудистом плане. Но мне гораздо больше жаль тех тысяч людей, которые были его жертвой махинаций и в 90-е годы, и которые, как мне кажется, сейчас тоже в какой-то степени попадают под его влияние, хотя не в таком масштабе, как это иногда преподносится прессой.

Казнин: Как не любят Алексея Навального члены «Единой России», так финансисты не любят Сергея Мавроди, почему?

Тосунян: Ваша параллель какая-то очень непонятная. Я бы хотел, чтобы банкиров не ставили на одну доску с депутатами Госдумы, мы, все-таки, немножко другое.

Дело в том, что у нас нет раздражения на личность, у нас есть раздражение, когда таким образом дискриминируются вообще понятие финансового рынка и финансовых операций. Та аллергия и то раздражение, которое отдельные махинаторы этого рынка вызывают к всей системе, конечно, раздражает. Причем, это касается не какой-то там конкретной фамилии, а в том числе и тех псевдо банкиров, которые и сегодня иногда проявляются в самых неприглядных формах. И сам этот вид бизнеса, без которого не может развиваться экономика, дискредитируется из-за паршивых овец, которые появляются так или иначе; да в любой сфере, не только в банковской сфере они проявляются.

Монгайт: МММ производит впечатление финансовой секты, ведь, почему-то, люди один раз обожглись на пирамиде и опять готовы, вроде бы, деньги в нее вкладывать?

Тосунян: Надо изучать болезнь, которая связана с неизбежным чувством жадности, присущим довольно многим людям, которые хотят не созидая что-то сотворить. Но здесь тоже нельзя обвинять простых людей, которые хотят без приложения каких-то усилий заработать, потому что они видят, когда можно не прикладывая труда заработать и миллиарды тоже. В нашей стране это не менее часто можно наблюдать, чем когда работают вот на таких пирамидах как МММ. Но сказать, что иммунитета нет, иммунитет, все-таки, выработался, и масштабы этой болезни, безусловно, совсем другие, чем было в 90-е годы. А вот создатели, те, кто пытаются кампанию раздуть, они иногда умышленно преподносят ее как, якобы, многомиллионной. Я не верю в многомиллионность вот этих людей, зараженных вот этой пирамидой на сегодняшний день.

Казнин: Если зайти на любой форум, там ведь не просто люди, которые хотят быстро срубить денег, там идейные защитники этого человека, его деятельности. Это удивительно: они готовы защищать с доказательствами, с пеной у рта.

Тосунян: Не путайте. Дело в том, что те, кто идейно якобы защищает, в подавляющем большинстве, это те элементы цепочки, которые сами пытаются на этом определенным образом нагреть руки. И, действительно, при определенной системе организации вот этой конструкции, можно на каком-то этапе заработать, но для этого нужна вот эта убежденность, уверенность.

Казнин: То есть, это психологический трюк?

Тосунян: Конечно. Если брать опять же, я не люблю произносить это имя, но если его взять за образец в качестве того, как можно самым эффективным образом оболванить как можно большее количество людей, то Остап Бендер начинает блекнуть. И на этом фоне хочется показать, что не только он один может, а мы тоже достойные ученики достойного учителя. И это некий азарт, это в любой игре, знаете, когда вы входите в раж, хочется показать, что и я могу, буду рвать на себе рубаху, но при этом можно и заработать, действительно.

Монгайт: А прописана ли в законе возможность бороться с аналогичными финансовыми пирамидами, какие инструменты?

Тосунян: У нас в законе очень много прописано, с чем можно бороться. В частности, с мошенничеством. Но было бы желание у тех ведомств, которым поручено бороться с преступлениями, желание бороться. В данном случае вы видите, когда эти создатели МММ были людьми богатыми, то эти органы с большим удовольствием их покрывали и поощряли. Когда можно было что-то получить с преследования, их с удовольствием преследовали. А когда и взять-то нечего, ну, чего с ним бороться? Поэтому неудивительно, что у нас для того, чтобы заставить бороться с мошенничеством или со злоупотреблениями, иногда надо пинками, или, наоборот, проплатой убедить с этим бороться.

Казнин: А почему Мавроди не организовывает какой-нибудь инвестиционный фонд, паевой фонд, банк, какую-то легальную структуру, куда под его феномен психологический тоже будут носить деньги, скорей всего?

Тосунян: В том-то и весь эффект, что сегодня такой личности что-то создать невозможно. Потому что, слава Богу, он дискредитировал себя как деятель в финансовой сфере однозначно, 100%. Да и с другой стороны, ему, видимо, доставляет особое удовольствие показать, что это - развращенное общество, вот я еще покажу, как можно над ним поиздеваться. И он, кстати, кажется, этого и не скрывает, он говорит: А я вам покажу. И я покажу, что есть тысяча других – подобных мне, и ещё миллионы глупцов, которых я в очередной раз могу обмануть.

И в этом определенный кайф, в этом, видимо, какой-то особый наркотический привкус есть. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.