Наши солдаты. Сирия
Дождь рассказывает истории погибших российских военных

«Это были подготовленные люди. Они напали со спины». Лев Шлосберг рассказал Дождю о подробностях покушения

Здесь и сейчас
30 августа 2014
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть

Минувшим вечером на псковского депутата Льва Шлосберга, который вел независимое расследование случаев участия псковских десантников в боях на Украине, было совершено нападение в 300 метрах от входа в дом. 

Депутат направлялся на встречу с журналистом, но его атаковали неизвестные. Позже, как сообщают информагентства, двое подозреваемых были задержаны, но их отпустили, потому что полиция убедилась в их непричастности к покушению. Сейчас Лев Шлосберг находится в больнице в состоянии средней тяжести с черепно‑мозговой травмой, он согласился коротко поговорить с нами по телефону.

Лобков: Лев, к вам сейчас приставили некую охрану по распоряжению губернатора Турчака. Она уже приступила к выполнению своих обязанностей?

Шлосберг: Павел, мне уже говорили о том, что должна быть охрана, но могу подтвердить, что никакой охраны нет. Это областная больница, здесь есть какой-то общий режим, пропускной охраны у меня нет.

Лобков: Скажите, что это были за люди, как они выглядели? Были ли они похожи по своей одежде, по своему поведению на тех людей, которые атаковали съемочную группу «Дождя» и других агентств на кладбище в Выбутах?

Шлосберг: Нет, это были более профессиональные люди. Очевидно, они шли за моей спиной, атака произошла сзади. Я не видел их, они не вступали ни в какие предварительные переговоры, не угрожали, не уточняли, кто это. Они знали, за кем они идут. Очевидно, они были хорошо подготовлены. Первым же ударом они лишили меня сознания, затем избивали несколько минут и убежали. После этого я оставался в течение некоторого времени без сознания. Потом уже больница.

Лобков: Что говорят врачи? Как вы себя чувствуете?

Шлосберг: Я чувствую себя в целом удовлетворительно. Потребуется некоторое время для приведения здоровья в порядок. Врачи называют срок до 10 дней, я им полностью доверяю.

Лобков: У вас кости черепа не повреждены, правильно ли я понимаю, у вас сотрясение мозга?

Шлосберг: Знаете, есть некие медицинские детали у всякого больного. Я считаю, пусть этим занимаются врачи.

Лобков: Вы им доверяете сейчас полностью, да, врачам?

Шлосберг: Да.

Лобков: Что касается связи этого нападения с вашим расследованием. Дело в том, что приближаются выборы в Пскове, и они носят острый характер. Вы  все-таки склоняетесь к тому, что это было связано с вашим расследованием по поводу десантников?

Шлосберг: Знаете, у меня есть одна-единственная собственная версия. Те заявления, которые были сделаны мной в последние дни, которые только частично, я хочу подчеркнуть, частично раскрывали обстоятельства и направления этих людей в Украину и гибели их, и прямые призывы, обращения к обществу, к людям, узнавать обстоятельства гибели людей, собирать их воедино, поскольку масштаб потерь очень значительный, и их осознание способно остановить войну. Я не вижу иных причин для этого нападения, кроме как те силы, которые хотели сохранить это в тайне.

Если сказать общими словами, то те же самые люди, которые занимаются подготовкой незаконных вооруженных формирований для действий за пределами РФ, примерно те же самые люди стоят за нападением на меня. Вопрос только в уровне принятия решений.

Лобков: Когда мы отрыли ящик на нашем сайте soldat@tvrain.ru, к нам стали поступать не только сведения о возможной гибели из разных регионах России солдат при загадочных обстоятельствах: на учениях в Ростове, на Украине или вообще без всяких объяснений, но стали поступать угрозы, стали поступать спамерские атаки, которые говорят, что вы предатели родины, «пятая колонна». После того, как вы начали расследование, с прошлого понедельника, у вас тоже были такого рода словесные предупреждения, словесные атаки, угроза убийством и так далее?

Шлосберг: Нет, Павел, ничего такого не было. Дело в том, что для всех людей в Псковской области, которые, так или иначе, связаны с общественной, общественно-политической сферой, есть достаточное представление о том, что я из себя представляю. Есть сложившаяся репутация, эти люди знают, что угрожать мне бесполезно, поэтому никаких угроз не поступало ни мне, ни в редакцию «Псковской губернии».

Лобков: Новая информация поступала ли к вам об участии 76-й дивизии в других эпизодах, которые были до этого не описаны?

Шлосберг: В течение каждого дня поступала новая информация. Часть из этой информации ранее вышла в свет, часть информации новая. Увидев, что есть люди, которые пытаются открыть завесу тайны над этими чудовищно тяжелыми событиями, люди потянулись к нам. Не могу сказать, что их много, но они есть. Мы сейчас получили новую информацию, обрабатываем ее и готовим к печати.

Лобков: На вас выходят, как правило, родители, которые потеряли своих детей или получили их ранеными, либо кто-то анонимно из военнослужащих, из высших, может быть, чинов псковской дивизии решился обнародовать какие-то данные?

Шлосберг: Высшие чины псковской дивизии в таком не были замечены. Родственники погибших не выходят на контакт, потому что для них все кончено, они не мотивированы в расследовании. Им обещают что-то, но это «что-то» обещано взамен на молчание. Выходят те люди, у которых нет на сегодняшний день подтверждений обстоятельств нахождения их родных, нет информации, живы ли эти люди или не живы, ранены или в каком вообще состоянии здоровья, и где вообще они находятся, эти люди очень сильно мотивированы узнать правду, попытаться найти, где их родные. Эти люди в полной мере понимают, что идет война. Это главная аудитория тех людей, псковичей, которые к нам обращаются, и не только псковичей, в попытках найти правду о своих родных.  

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия