Эколог Константин Рубахин: поджоги в Хопре – это не спланированная акция, а народный гнев

Здесь и сейчас
23 июня 2013
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Лика Кремер

Комментарии

Скрыть
Следственный комитет проверит законность предполагаемой добычи никеля в Воронежской области. Помимо этого следователи выяснят, кто именно поджигал буровые установки и лагерь геологов. Накануне по этому факту были задержаны 25 человек, сейчас многие из них уже отпущены. В студии ДОЖДЯ участник вчерашнего конфликта, во время которого были сожжены буровые установки и лагерь геологов, эколог Константин Рубахин.

Кремер: Я правильно понимаю, что вы были непосредственным участником произошедшего вчера?

Рубахин: Я участвовал в митинге, который был запланирован на 4 часа вблизи месторождения.

Кремер: В митинге приняло участие около полутора тысяч человек?

Рубахин: По разным оценкам до 4 тысяч. Даже когда митинг еще не закончился, эти люди стали направляться в сторону этого забора.

Кремер: Что это за группа людей? Видимо, не все вместе пошли.

Рубахин: Пошли в форме крестного хода казаки, и подтянулись за ними все остальные. Судя по реакции организаторов митинга, это было достаточно неожиданно для них, потому что еще не все выступили, митинг был еще в самом разгаре.

Кремер: Одним из организаторов митинга были вы.

Рубахин: Нет, меня просто пригласили выступить на митинге.

Кремер: А было ли это как-то спланировано?

Рубахин: Со времени самого лагеря геологов, с самого начала, когда его построили, огородив территорию достаточно неправильно, о чем у них есть предписание полиции – этот закон должны были снести по предписанию полиции 7 июня. Как только этот лагерь появился, люди постоянно там присутствовали в форме протестного лагеря. Вы, наверное, помните ситуацию, когда ЧОПовцы избили 12 мая участников экологического лагеря. Но после каждого митинга всегда люди туда шли и выражали свой протест.

Кремер: Вчерашнюю акцию сложно назвать мирной, потому что это был погром.

Рубахин: Я бы скорее назвал это народным гневом, потому что полтора года уже люди протестуют против работ, против решения разрабатывать никель в сельскохозяйственном регионе, который с точки зрения многих ученых – мы презентовали в Общественной палате оценку при поддержке РАН и МГУ, которые считают, что с точки зрения устойчивого развития, доктрины по продовольственной безопасности в России, в этом секторе надо развивать сельское хозяйство, и проект, который рассчитан на 40 лет и который убьет на сотни лет вперед экологию, там нецелесообразен.

Кремер: Я понимаю, что то, что вы называете народным гневом, я хочу понять, было ли это спланированной акцией, потому что зачем ломать буровую установку, поджигать, избивать геологов, которые в этом решении не виноваты.

Рубахин: Никаких жертв не было. Геологов никто не бил.

Кремер: Переворачивали вагончики…

Рубахин: Никто не пострадал. Пострадали три милиционера. Один с травмой лица, другой угарным газом немножко отравился, другой порезался об забор. Никто не бил людей.

Кремер: Я так понимаю, одно из уголовных дел как раз заведено о нанесении побоев одному из полицейских.

Рубахин: Видимо, эта травма лица действительно должна расследоваться. Мы должны очень четко обращать внимание на то, как потом задерживались люди. У полиции есть стереотип о том, что протестуют какие-то другие товарищи, не живущие там, что это какой-то надуманный протест. На самом деле, это местные жители, и у экологии нет региональных границ. Были урюпинцы, мы с ними организовываем акции, связанные с митингами.

Кремер: «Мы» - это кто, и каким образом вы там оказались?

Рубахин: У нас есть несколько экологических движений. Вокруг этого конфликта существует несколько групп, которые протестуют: это урюпинская группа, наша команда «В защиту Хопра», инициативная группа жителей Новохоперска, жители Борисоглебска. Это сетевая структура, где каждый принимает решение за своих 5-10 человек. Урюпинцы постоянно участвуют в лагере, например, в митингах.

Кремер: Вы участвуете в организации этого мирного протеста, но во вчерашней ситуации вы оказались неспособны остановить переход этого мирного протеста в погром.

Рубахин: Во-первых, не способы были остановить ни мы, ни полиция, но буквально неделю назад…

Кремер: Вы свою ответственность за то, что случилось, чувствуете?

Рубахин: Мы об этом говорили еще в декабре, что Институт социологии РАН провел исследование, что 98% населения считает проект вредным. Треть из этого населения готова преступать закон в протестах. Это диагноз, это не угрозы. Мы это заявляли еще неделю назад в рамках G20, передали документы Дворковичу: митинг, который запланирован на 22 число, может быть большим и может угрожать, пожалуйста, сделайте что-нибудь. Вместо этого 18 июня окончательно суд отменяет референдум. Ситуация, которая развивалась полтора года, уже просто сошлась в этой узкой точке 22 числа, и когда люди знают, что забор незаконный, что буровая стоит практически на газопроводе, они чуть не начали давать газ. Они промахнулись от газопровода метра на два, наверное. Охрана не пускала даже газовщиков. Люди знали об этих нарушениях. Работы ведутся в соответствии с договором. Это реакция людей, которая не дождалась реакции правоохранительных органов.

Кремер: Я знаю, что некоторые местные жители по-разному настроены. Не все поддерживают этот протест.

Рубахин: Здесь нужно смотреть кто. Сейчас ведется кампания. УГМК пытается защититься, свалить вину на каких-то заезжих гастролеров. Я родом из этих мест. Алферовка – место, где я родился и провожу каждое лето вот уже 38 лет – находится в 15 километрах оттуда. Там действительно люди очень хорошо чувствуют. Пришлый человек просто так им мозги не запудрит.

Кремер: Вы хотите сказать, что все однозначно вас поддерживают?

Рубахин: 98% по данным Института социологии РАН. То, что разводится в Интернете про то, например, что заезжие гастролеры, об этом говорил, например, атаман Телегин. Через месяц его выгнали казаки, и он просто сейчас скрывается, потому что это не точка зрения местных людей. Это конкретная точка зрения компании, которая пытается ее размножать.

Кремер: Появились заявления, что Следственный комитет проверит законность предполагаемой добычи никеля. Что вы ждете от этой проверки?

Рубахин: Нарушение закона у нас представлено большой справкой на сайте «В защиту Хопра», мы передали ее Путину, Медведеву в прошлый вторник, когда он встречался с экологами. Там сказано, что сам приказ о доразведке никак не обоснован, который был подписан Владимиром Владимировичем, потому что нет ни социального, ни экологического, ни экономического обоснования. Сам конкурс проведен со скрытыми данными доразведки, разведка шла уже 30 лет. Эта разведка может монетизировать ту разведку, которая шла за 30 лет до этого, то есть просто показать старые образцы скважин.

Кремер: Я поняла, что вы точно видите нарушения. Вы надеетесь на то, что сейчас пройдет проверка Следственного комитета и все прекратится?

Рубахин: Мы надеемся, что этот нецелесообразный проект будет приостановлен.

Кремер: Но при этом у тех, кто участвовал во вчерашнем погроме, 26-ого допрос.

Рубахин: Да, мы будем стараться, чтобы у них были адвокаты. Сейчас 2 человека уже осуждены за неподчинение распоряжению полицейских. Они, по нашим данным, просто были на рыбалке. Здесь нужно очень объективно и четко расследовать, потому что людей задерживали просто по географическому признаку: видят машину с другим регионом – задерживают. Здесь нужно, чтобы люди не пошли в тюрьму просто для отчета. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.