Единственное в Москве производство для инвалидов выгоняют на улицу

Здесь и сейчас
19 сентября 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
Малый и средний бизнес страдает не только от высоких налогов, но и от рейдеров. Руководство московской компании "Ортомода", которая занимается производством специальной реабилитационной одежды и ортопедической обуви, просит московские власти защитить бизнес.

Дело в том, что компания, которая шьет одежду для инвалидов и где работают инвалиды, стала объектом рейдерской атаки. Компания арендует старинный особняк по адресу Ткацкая 25 строение 1. Недавно, в связи с переменами в руководстве столицы, между владельцем и арендатором особняка возник хозяйственный спор, заложником которого и стала "Ортомода", сообщила гендиректор этого предприятия Галина Волкова.

Эту проблему мы обсудили с ней и Светланой Носачевой, президентом Фонда правовой защиты и поддержки инвалидов "Без барьеров".

Писпанен: Скажите, пожалуйста, все это только по тому, что сменилось руководство столицы? Или там были какие-то более глубокие проблемы?

Казнин: Что от вас хотят?

Волкова: Я думаю, что на самом деле, проблемы не только в смене руководства, а все-таки в отношении к социально ориентированному малому бизнесу. У нас очень много говорится про поддержку малого бизнеса. Наше предприятие 10 лет занимается социальными проектами, то есть мы изготавливаем одежду и обувь для инвалидов, и на нашем предприятии работают инвалиды. Мы готовим сами специалистов себе и этих же специалистов молодых устраиваем к себе на работу. По всем пяти параметрам бизнес является социальным, однако мы на сегодняшний день не имеем никаких преференций в получении помещения.

Писпанен: А должны иметь по закону?

Волкова: Вы понимаете, все то, что мы платим арендную плату, мы 10 лет, мы 10 лет платим коммерческую арендную плату. Мы это включаем в себестоимость и потом выставляем цену государству. На самом деле, мы не просим никакой поддержки, только дайте помещение по муниципальным каким-то ценам. Какая возможность в конкурсе участвовать, где было бы хоть немного обозначено, что это помещение предназначено для социально ориентированного бизнеса, для малого бизнеса, производственного бизнеса. Мы не перепродаем даже, мы сами это производим и это вещи индивидуальные, потому что каждый человек у нас индивидуален.

Казнин: А сколько людей с ограниченными возможностями у вас работает?

Волкова: У нас работает порядка 20% таких людей. На сегодняшний день самих инвалидов у нас работает всего 12 человек, а молодежи еще 18, которые в этом году окончили учебные заведения.

Казнин: Какой округ?

Волкова: Это Восточный округ и вроде бы поддержка ото всех есть, и все говорят, замечательно, наконец, для инвалидов, и вообще, для всех, создано такое интегрированное предприятие, куда приятно войти любому человеку, любого уровня и достатка. И услуги там оказываются на высоком уровне. Это наш не бизне-проект, это наш уже такой социальный проект, которые мы хотели действительно показать, что это возможно и нужно и достойно для всех. Но помещение, к сожалению, мы по квотированию рабочих мест получили субсидию от правительства Москвы на создание рабочих мест, то есть, на покупку оборудования. И все остальное, содержание этих людей, заработная плата - это все наши собственные ресурсы. Так вот, эти рабочие места, они жестко привязаны к этому помещению. И самое главное, условия по которым можно получить эти субсидии, они очень жесткие. То есть, помещение должно соответствовать всем требованиям.

Писпанен: То есть, я понимаю, что просто не можете взять и переехать в какой-нибудь даже соседний особняк, потому что там будет не оборудованы ни туалеты, ни кухни, ни пандусы, ни еще что-то?

Волкова: Абсолютно правильно вы сказали. Даже комната отдыха должна быть и комната принятия пищи отдельно. Но мы готовы, это замечательно, ведь мы все хотим в нормальных условиях работать. Поэтому мы все это создали, нашли такое помещение, но вот в данный момент оказались заложниками.

Писпанен: А оно какое-то такое кучерявое очень помещение, что ли? Почему у вас так хотят его забрать?

Волкова: Вы знаете, хотят юридически правильно забрать, потом что между нашим арендодателем и собственником возник хозяйственный спор, который сейчас решается в суде, и они прекращают договор аренды, а мы, как субарендаторы, автоматически просто вылетаем оттуда.

Казнин: Вы жертвы?

Волкова: Да. Поэтому получается заколдованный круг, но на самом деле, проблема гораздо сложнее. Она вот как раз кроется в невозможности законодательным путем получить какие-то возможности арендовать помещение по льготным ценам.

Казнин: Светлана, а какие здесь могут быть варианты, что можно сделать с правовой точки зрения?

Носачева: Во-первых, выделить правительством Москвы помещения, такое, чтобы было удобнее помещение. Это, во-первых. А во-вторых, у них же отдельный особняк со своей территорией, то есть, там есть и стоянка, и замечательный сторож, который нам даже помыл один раз машину, просто изумительный человек. Это, во-первых, отношение. Во-вторых, этот особняк, он красивый, то есть, инвалиды даже когда туда попадают, они уже чувствуют себя причастными к этой вот красоте, к моде, достаточно приятная и атмосфера такая очень приятная.

Казнин: Видите, Галина Юрьевна говорит, что юридически их верно выгоняют.

Носачева: Да, к сожалению. Они субарендаторами являются.

Казнин: А здесь можно напрямую договориться, например, с руководством округа, но какие-то провести переговоры, в конце концов?

Писпанен: Действительно, что-то должно быть, должно что, там общественность какая-то подняться или придти с плакатом под окна мэрии, что нужно делать?

Носачева: Вы знаете, тут, прежде всего, собственник помещения должен каким-то образом отнестись к этому с пониманием. Потому что в этом помещении работают люди, и работают люди с инвалидностью, там созданы уже рабочие места, которые просто так, не просто так создать. В это вложены большие деньги и сделано все по тем нормам и стандартам, которые должны быть.

Волкова: Вот Светлана является еще и, собственно говоря, нашим клиентом, помимо всего прочего, и использует какие-то элементы одежды и она на коляске передвигается. Поэтому она еще как клиент может сказать, что на самом деле, это единственное предприятие в России и в Москве, которое производит эту одежду.

Писпанен: Это уникально. То есть, мы завтра это все закрываем и тогда какая-нибудь прекрасная фирма будет это то же самое возить из-за рубежа, но только уже в 10 раз дороже?

Волкова: Это невозможно, потому что это индивидуальный подход. Каждый человек индивидуален вообще в принципе. Ели нас с вами можно как-то стандартизировать и то мы все время не всегда можем себе подобрать одежду, то человек с инвалидностью, особенно дети с ДЦП, это особая совершенно категория, здесь нужен отдельный подход.

Казнин: То есть, подытоживая, вы в никуда отправляетесь, судя по всему?

Волкова: Подытоживая, мне бы все-таки хотелось обратиться к нашему мэру Собянину, обратиться в Мосимущество и попросить все-таки, что совершенно на законных основаниях можно объявить конкурс на аренду помещения для социально ориентированного производственного малого бизнеса города Москвы. И когда будут записаны в конкурсную документацию параметры, мы можем участвовать в этом конкурсе и выиграть совершенно на законных основаниях. Кроме того, есть, конечно, возможность вне конкурса все-таки предоставить это помещение, учитывая социальную значимость для города Москвы, не для нашего бизнеса, вот на это хотим обратить внимание, а для Москвы.

Носачева: Можно добавить еще пару секунд?

Казнин: Да.

Носачева: Только с этого года эта одежда стала выдаваться бесплатно по индивидуальной программе реабилитации для инвалидов. То есть, инвалиды могут эту одежду получить бесплатно, это такая заслуга огромная просто «Ортомода», они прошли все круги ада для того, чтобы добиться, чтобы эту одежду выдавали просто инвалидам. А тут получается, что выгоняют не только предприятие инвалидов, но и возможность инвалидам получить бесплатную одежду, пропадает.

Волкова: Вот, в первый раз, 2002 год, это показ моды для инвалидов в Дюссельдорфе, первыми и единственные мы были в Европе, и очень долгий-долгий путь надо было пройти для того, чтобы….

Казнин: Покажите, да, на камеру.

Волкова: Долгий путь нужно было пройти для того, чтобы у нас в стране реализовывалось это право. Спасибо.

Писпанен: Будем надеяться, что Сергей Семенович услышит вас и нас тоже. Мы, конечно же, будем следить за развитием этой ситуации.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия