Доминик Стросс-Кан возвращается в политику

Здесь и сейчас
19 сентября 2011
Поддержать программу

Комментарии

Скрыть
Доминик Стросс-Кан взорвал французский телеэфир своим появлением на экране. Обсудим неудавшуюся президентскую карьеру с нашим политическим обозревателем Натальей Геворкян.

Интервью экс главы МВФ смотрели более 13 млн телезрителей. Во время эфира, Стросс-Кан сообщил, что не будет выставлять свою кандидатуру на выборах президента Франции в 2012 году, хотя раньше рассчитывал стать кандидатом.  

Писпанен: Все ожидали, ответит он или нет на главный вопрос, было или не было?

Геворкян: Ребята, я должна вам честно сказать, что я-то тоже взорвалась. Просто я была настолько поражена вчера этим эфиром, как и все мои коллеги, как выяснилось. Я думаю, что ждали, хотя бы чего-то нового. Хотя бы каких-то объяснений. Ждали, что журналист будет вести себя нормально в эфире. Если бы это было российское телевидение, меня бы это совершенно не удивило. Но то, что вчера показало французское телевидение, первый канал, и госпожа Клер Шазаль, которая, якобы, брала у него интервью, а на самом деле была просто частью декора, было чем-то поразительным. Я просто объясняю, как это выглядело: пришел человек, который продумал с имиджмейкерами не только каждое слово, но и каждый жест, каждую интонацию своего выступления. Пришел абсолютно уверенный в себе человек, контролирующий ситуацию. Если бы вы выключили звук, вам бы показалось, что он читает нации нотацию, хотя он говорил какие-то слова извинения и так далее. Ни одного вопроса, который бы выходил за рамки, безусловно, договоренных в самом начале, никакой импровизации, никакой попытки уточнить, все же все-таки случилось, почему же он так себя повел – ничего этого не было. Я должна сказать, что никогда в жизни на Западе не видела такого постановочного спектакля, никогда. Это, конечно, абсолютно возмущало. Я смотрела tweeter, пока он говорил… Давайте скажем, что он сказал, чтобы просто стало понятно. Он пришел, чтоб сказать, связь была, но не насильственная; виноват перед женой, детьми, семьей, французами; участия в выборах в ближайшем политическом цикле не предполагается; все обвинения против меня и во Франции и в Америке – ложь. Все, точка. Но как это говорилось? Это говорилось с интонацией человека, который не то, что никакого раскаяния не испытывает. Сама интонация была наступательная, а риторика была как бы извиняющаяся. И это производило какое-то умопомрачительное впечатление. Нет, он, безусловно, не будет участвовать в ближайшем политическом цикле. И надо сказать, что все опросы показывают, что больше половины французских избирателей против его участия в политике. Но то, что возможен вариант такого интервью на французском частном канале TF 1, я должна сказать, что это поразительно. Клер Шазаль, которая брала у него интервью, это подруга его жены. Жена тоже работала на телевидении телеведущей. И я должна сказать, что он пришел, как победитель, он снова сделал заявку на свое присутствие в этом пространстве, в том числе и телевизионном.

Писпанен: Вот я как раз хотела спросить, судя по всему, как мы можем сравнивать, если проводить какие-то аналогии с поведением российских политиков, это же действительно может быть заявка на возвращение в большую политику. То есть, я не признаюсь.

Геворкян: Это, безусловно, заявка на то, что, ребята, не списывайте меня с этой поляны, я на этой поляне есть. Он понимает, что только что у него прошли допросы в прокуратуре Франции по поводу заявлений французской журналистки в попытках изнасилования, ему еще что-то представят. Но он подготовился к этому, как настоящий политики. И если бы напротив сидел нормальный журналист, который задал бы нормальные вопросы, возможно, это выглядело бы несколько иначе. Но это был монолог, монолог человека, который абсолютно уверен в себе, который абсолютно контролирует ситуацию, и который, да, безусловно, возвращается на эту поляну.

Казнин: А пошел бы он к нормальному журналисту на эфир?

Геворкян: Хороший вопрос. На мой взгляд, для первого интервью, наверное, нет. Но, извините, это как бы и решение канала. Можно же было его пригласить не к этой журналистке, правда? Я вообще не понимаю, когда ньюсмейкер выбирает к кому идти. Еще раз говорю, у нас это возможно, но, чтоб это происходило здесь – это просто поразительно. Он, конечно, выбрал Клер Шазаль, ну, конечно. Но почему на это пошел канал, для меня, честно говоря, загадка. И вы просто представить себе не можете, что вчера бежало по Twitter! Что происходит? Как это так, почему она не задает вопросы? Это было поразительно. Интервью, с точки зрения журналистов и для журналистики абсолютно разочаровывающее.

Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия
Полная версия