Депутат Госдумы Владимир Васильев: «Единая Россия» прошла такую выволочку»

Здесь и сейчас
7 декабря 2011
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Макеева: Премьер-министр Владимир Путин передал Центральной избирательной комиссии документы для регистрации в качестве кандидата в президенты на предстоящие 4 марта будущего года выборы главы государства.

Казнин: Для этого глава правительства лично прибыл в здание ЦИК на большом Черкасском переулке в центре Москвы. Документы у него приняла рабочая группа Центризбиркома. По закону она должна проверить все документы и вынести решение о регистрации кандидата в президенты. На это у комиссии есть 10 дней. Но вряд ли решение Центризбиркома кого-то удивит.

Макеева: Сегодня же стало известно, что не все нынешние депутаты «Единой России» смогут, и не только «Единой России», кто избирался и на этих выборах, смогут остаться в Думе следующего созыва. В случае с единороссами, на всех просто не хватит мандатов, поскольку партия набрала голосов менее, чем ожидалось. Но в частности, по данным газеты «Ведомости», в Госдуму не сможет попасть Владимир Васильев, председатель Комитета по безопасности. Он сейчас с нами за столом. Добрый вечер, Владимир Абдуалиевич, это правда? Действительно вас не будет в следующей Думе 5-го созыва?

Васильев: Я думаю, что это не есть правда. Другое дело, что я бы не стал сейчас комментировать - это вопрос до решения избиркома. Вот мы сегодня с вами слушали первую информацию. Вот эта спешность, я бы сказал предвзятость, либо моя частная, либо чья-то другая, она только вредит процессу. Я думаю, пройдет время, все станет очевидно. В конце концов, что изменится оттого, что буду я или не буду, по большому счету?

Казнин: В вашей судьбе, наверное, что-то изменится?

Макеева: Многое изменится, да.

Васильев: Я готов был давно ко многим изменениям в своей судьбе, как думаю, многие сегодня. Для меня важнее гораздо то, что происходит сегодня, почему я к вам и пришел.

Казнин: Мы об этом обязательно поговорим. Просто все-таки, многие размышляют о том, что должна Дума обновиться, наполовину. Об этом говорят и члены «Единой России».

Васильев: Я могу свою позицию высказать. Многое делалось у нас в партии весьма неуклюже, но с другой стороны, вот у меня такое сейчас ощущение, что все, что сделано, очень полезно для партии, потому что партию прилично почистили, партию прилично разбавили. Попаду я туда, не попаду, и мои коллеги тоже, в конце концов, это частные интересы. А для общества, по большому счету, сегодня, я думаю, «Единая Россия» (кого-то это удивит) – самая, наверное, интересная партия, которая прошла через жесткий такой период отбора, жесточайшей оценки обществом, и которая, все-таки, получила мандат большинства, который придется каждый день доказывать и отстаивать в условиях оппозиции, которая будет больше всего только, как показали выборы, критиковать, проводить популистские законы, что нас заведет с неизбежностью в тупик. Поэтому у партии есть хорошая перспектива, на мой взгляд, сегодня.

Макеева: Задача оппозиции критиковать как раз, как правило. Идет на пользу власти. Разве вы так не считаете?

Васильев: Правильно. Но мы надеемся, что доживем до тех времен, когда оппозиция, как это было по важным вопросам, и у нас в Комитете в частности, будет занимать позицию ответственной критики перед избирателями, неизбежно.

Макеева: Как вы оцениваете то, что происходит в Москве сейчас, как глава Комитета по безопасности?

Васильев: Очень тревожно. Очень тревожно, потому что тут вспомнишь и великого Солженицына, и посмотришь нашу историю, всегда начинается с таких, казалось бы, невинных шалостей тех или иных социальных групп. Мы имеем сегодня ситуацию, когда все вместе строили правовое государство. Насколько оно построено - судить каждому. Но если мы хотим жить лучше, как показывает опыт других государств, в отличие от нашего 17-го и 90-х годов, если мы будем всякий раз вестись на эти призывы, разрушить до основания, а потом посмотрим и улучшим, то, боюсь, нас ждет еще худшее будущее. Если же сегодня энергию недовольства, ту энергию, которая просыпается в обществе, мы сумеем направить на строение и построение новых отношений, новых отношений внутри власти, отношения с обществом, то я думаю, будем иметь серьезное движение вперед.

Казнин: Вы сказали про то, что мы строили правовое государство, а значит и вырастили людей с правосознанием определенным. И вот, собственно, как мы видим, то, что эти люди выходят, в том числе на площадь, а требуют они всего лишь одного - они хотят, чтобы выборы проходили честно.

Васильев: Вы знаете, люди у нас разные. Одни ведут себя как граждане, другие ведут себя как частные лица, которые не обременяют себя обязательствами, но хорошо знают права. И я им не буду судьей. Но то, что люди выходят на площадь в условиях, когда еще не разобрались в рамках действующей системы, правовой системы законов, которые принимаются по существу жалоб, заявлений, которые еще обрабатываются, проверяются, а люди уже выходят со своим мнением и им, по сути, плевать на все законы, на ту систему, которая существует в стране, в которой я живу, то эти люди должны понимать, что существует закон, который будет их карать в зависимости от того, насколько они его будет нарушать. Иначе тогда просто цивилизация от нас отодвигается на бесконечно длительный период.

Макеева: Владимир Абдуалиевич, но иногда у людей просто нет выбора. В частности у тех, кто работал наблюдателями на этих выборах. Это действительно была такая удивительная избирательна кампания, когда очень многие люди пожелали быть наблюдателями на участках.

Васильев: Это очень хорошо.

Макеева: Я тоже так считаю. И они сталкивались с тем, люди на площадях, они говорили в интервью журналистам, в том числе и нашему каналу… Мы чуть больше часа назад показывали одно из таких интервью, что человек был наблюдателем, получил одни результаты, он видел этот итоговый протокол после голосования, а потом на сайте Центризбиркома увидел совершенно другие результаты. Он не хочет ждать итоговых разбирательств, он боится, что будет слишком поздно. Чуров дает оценки до итоговых разбирательств. Сегодня у нас был «Круглый стол» днем, вела Анастасия Изюмская. Иван Засурский приходил к нам в гости, и он вообще просто предлагал, может быть, какие-то меры, вообще к Чурову принять? - Он нарушает закон.

Васильев: Вы знаете, по этому поводу есть такой принцип, что если мы разделили власть, то каждая ветвь власти должна выполнять свои обязанности, а общество вправе судить, опять же в установленных в обществе процедурах, в рамках, о том, насколько эффективны эти ветви власти. Мы уже давно выходим из этих рамок. Мы любим комментировать процессы, которые еще не прошли судебные разбирательства. Мы очень любим разбираться на месте, иногда это приводит чуть ли не к самосуду, как это бывает, иногда. Вроде бы, казалось, ДТП и вдруг самосуд. Вот это у нас есть.

Мы очень горячие все, в среднем, люди, хотим сразу на месте разобраться во всем. А постольку-поскольку мы хотим разобраться сразу и на месте, то у нас у каждого свой взгляд: вы стоите тут, я стою здесь. Я просто не раз по поводу работы бывал в местах лишения свободы. Вы знаете, люди, получившие предельные сроки, когда им задает прокурор вопрос: «За что вы сидите здесь?». Они говорят: «Ни за что. Я не виновен». Так считает человек, у него своя правда. И когда человек со своей правдой приходит в сообщество других людей, где ничего ничем не урегулировано, ни законом, ни нормами и правом, и больше того, даже не гражданской ответственностью - это частные люди, это факт нашего общества - и когда эта группа частных людей начинает свою правду устанавливать митинговым порядком, возбуждая друг друга, то у них наступает период самый опасный.

Во все времена во всех обществах происходит процесс, который становится неуправляемым. Вот если мы вспомним ситуацию на Чистопрудном бульваре, вначале все шло в рамках. Был разрешен митинг. Все говорили все, что хотели. Я разговаривал с очевидцами с разных сторон. Так вот, все было нормально, пока не вышли за рамки. А за рамки вышли, как утверждают некоторые организаторы, вопреки их воле. Они начали призывать к тому, что все начали расходиться. И в это время прозвучал призыв: «Пойдемте вместе» и люди пошли в сторону Лубянки, в сторону Избиркома организованными колоннами, нарушая общественный порядок. И вот тут стали применять власть.

И так и должно быть, иначе власть ничего не стоит. А ее, кстати, и проверяют, каждый день, власть. Ее провоцируют на это. Причем в каких условиях? Мы, заметьте, и вы говорите об этом, что общество просыпается. Это замечательно. Вы знаете, нас хотят превратить в быдло, спровоцировать их. Мы можем сегодня изменить ситуацию, понимаете? А можно сейчас довести страну до военного положения, и кому-то это очень хочется.

Макеева: «Единая Россия» будет сотрудничать с теми, кто выходит на улицы или будет реагировать жестко, будет симметричный или ассиметричный ответ?

Васильев: Вы знаете, я на это скажу следующее: вот у меня завтра в два часа будет встреча с очень активными общественными людьми, в частности, с организацией «Лиза Алерт». Мы занимаемся одним вопросом, в том числе, как избежать такую ситуацию, чтобы дети не попадали в полицию, как это было один раз. Вот сейчас опять об этом говорят.

Казнин: Не только дети, но и журналисты.

Васильев: Сейчас я о детях.

Макеева: Это к вопросу о законе.

Васильев: Я понимаю, что журналисты приравнены к детям, как и сотрудники милиции.

Макеева: Журналисты исполняют свой долг, их не должны задерживать.

Васильев: Понимаю, да. Но я сейчас, можно все-таки о детях скажу? Так вот, и вы знаете, первая встреча с ними показала, что это тоже гражданское общество, и что у них есть совершенно потрясающие уже наработанные механизмы, которые я думаю, превратим в нормальную систему, которая позволит усовершенствовать тот процесс, который сегодня есть в части реагирования на пропажу детей. И один из вопросов, в том числе, и даже вот первые документы, которые составляются, допустим, сотрудниками по делам несовершеннолетних, они должны отличаться для детей от взрослых. Настолько все очевидно, но это нам все предстоит сделать.

Макеева: А «Лиза Алерт» в курсе, что «Единая Россия» берет эту организацию под контроль?

Васильев: Нет, ни в коем случае. Вы знаете, в этом наша беда, я вот этого больше всего боюсь, что вы - очаровательная женщина, вы сейчас только что перевернули слова.

Макеева: Я вас спросила, заметьте, а не дождалась пока вызовете. Хочу, чтобы вы пояснили, чтобы не было двойных толкований.

Васильев: Нет, я о другом. Так вот, вы перевернули слова, это все слышали, это если не будет купюр. Значит, вы сказали следующее, что мы берем под контроль. Никого мы не берем. Мы помогаем друг другу. Они продвинулись впереди, чем мы, и мы это признаем. И мы будем менять законодательство. Вот так мы будем работать со всеми. И когда я вам рассказывал, что мы работали в формате «Гражданского фронта», он и предполагал, что мы вовлекаем корпорации, активных людей которые становятся основной силой продвижения законодательства, чего не было ранее. Вот почему я сказал, что партия сегодня имеет такой ресурс, который не имела до этого.

Казнин: Владимир Абдуалиевич, вы сказали, что власть проверяют на прочность каждый день и употребили словосочетание «военное положение». Вы думаете, может случиться так, что, например, в Москве запретят митинги, шествия, собрания в связи с событиями последними?

Васильев: У нас сегодня нет в законодательстве такой возможности. Я думаю, этого не будет. Но то, что сегодня будет власть, я надеюсь, ответственно принимать решение, разрешая проведение, митинги, шествия… Вот мы имели пример с Чистопрудным бульваром. Я считаю, что это чистая провокация тех, кто не хочет, чтобы мы шли по демократическому пути. Тех, кто хочет сорвать этот процесс. Тех, кто хочет спровоцировать массовые беспорядки. Это вот совершенно очевидно.

И когда, представьте себе, в молодежной среде люди собираются в достаточно таком большом пространстве (по-разному, это тысяча людей, разный подсчет), на территории, которая, если вы были возле этого Чистопрудного бульвара, я там жил, работал, знаю что это такое, так вот - это неконтролируемая ситуация. Любой может провокатор спровоцировать, кстати говоря, хорошо, то не произошло там, а произошло на улицах. Но все равно это факт. Всякий сбор людей накладывает на власть огромнейшую ответственность. Потому что власть должна обеспечить безопасность.

Вот те организаторы, которые потом, в общем-то, могут быть как-то наказаны символически, но власть отвечает за это. Вот почему возникают кордоны, почему проводят учения. Я вообще сам в свое время работал в этой области и скажу, что это, наверное, действительно хорошая возможность провести учения. Потому что я еще раз повторяю, ничего не стоит власти, особенно в нашей стране, прошедшей такие сложнейшие исторические периоды и в новейшей истории – это все не ново, - так вот, мы уже научились этому. И я убежден, что мы сегодня больше не позволим этого делать.

За меру нарушения закона будет мера ответственности. Все это будет открыто делаться и я убежден, с учетом тех достижений, которые мы сегодня имеем. А мы их имеем. Выборы как бы кому-то не нравилось - их можно оспаривать. Давайте подождем, все выправим. И международные наблюдатели, и наши внутренние ресурсы позволяют все это сделать. И давайте судить по делам, а не по эмоциям и не по конкретным материалам, которые кто-то в эксклюзивном плане сам снял и представляет. А видите, уже пошла информация, что они, в общем-то, далеко не беспристрастны.

Казнин: Но вы ссылаетесь сейчас на интервью господина Чурова?

Васильев: Я ссылаюсь на интервью господина Чурова, которое только что слышал в вашем эфире.

Казнин: И который, в общем, высказывается, как и мы, и как другие люди.

Васильев: Только его отличает от нас с вами одно, что он сегодня в нашем обществе, а если мы говорим о правовом государстве… И, кстати, здесь у каждого есть ответственность. Я, как депутат, действующий до 21 числа, и как гражданин несу ответственность. Вы тоже, как представитель средств массовой информации несете ответственность. Всем будет дана оценка. Это надо помнить. А вот Чуров несет ответственность как председатель Избиркома. У него есть полномочия. С него еще больший спрос. Поэтому его слова для меня не просто слова. Я сегодня живу в системе высоких ценностей правовой системы, которая есть, какой бы она для кого-то не казалась совершенной, другой нет и не может быть. Революция дальше - вы знаете, что бывает. Все. Из этого надо исходить.

Макеева: Сейчас подсказывает нам аппаратная, что звонят активно к нам просто на эфир зрители. Мы обычно во время новостей выводим звонки.

Васильев: Был бы счастлив пообщаться.

Макеева: Я не знаю, сейчас на связи этот зритель еще? Что мне подскажут из аппаратной? Уже нет. Но я перескажу просто, что он говорил. Человек спрашивал, простой человек, избиратель, он задавал вопрос так, как он это понимает: «Почему Чурову можно высказываться до официальных итогов, а гражданам нет?».

Васильев: Объясняю.

Макеева: Извините, можно я продлю этот вопрос. Просто очень хочется побольше вас спросить за этот небольшой срок. Вот что вы посоветуете людям, вот да, они дождутся итогов, а итоги будут, например, такие, что примерно то же все самое, не будет никаких изменений. Что им делать?

Васильев: Я вот этому человеку хочу сказать спасибо за вопрос. И отвечу следующим образом. Вот представьте себе, идет суд, и мы с вами имеем возможность по закону, присутствовать на судебном заседании. И у него, и у меня, у нас разные позиции по тому, что делает судья, но его допросят в качестве свидетеля, меня там потерпевшего или наоборот. Но вердикт вынесет кто? - Судья.

Макеева: Чуров судья?

Васильев: И так во всем мире. В данном случае да. Да. А вот если он вынес его не правильно, существуют другие институты. В данном случае суд, прокуратура, международные организации, они у нас существуют. Так вот, туда надо обращаться. Если же мы, как предлагает кто-то, в этом зале начнем каждый высказывать свое мнение, вы знаете, судом Линча все закончится. От этого ушли все цивилизации.

Казнин: Но все-таки, вот собрались люди на санкционированный митинг, это было и на Чистых прудах, это еще будет…

Васильев: Надеемся.

Казнин: Не раз, надеемся.

Макеева: Кое-какие митинги уже санкционировали власти.

Казнин: Да. Придет много людей. Власть должна реагировать на запрос этих людей, этих тысяч людей?

Васильев: А вот как вы это себе представляете? Я хочу уточнить вопрос. Значит, власть должна придти туда, и вот по мере, чем больше придет людей, тем, значит, естественно, власть должна быть поворотливей и тут же реагировать на эти вопросы?

Казнин: Хочется понять, как вы представляете, как должна реагировать власть, а как не должна?

Васильев: Существует единая во всем мире формула власти - это разделение властей. Представительная власть, нравится кому-то, не нравится, представительная власть в России была избрана 4 декабря. Произошли большие изменения, эти изменения кому-то вскружили голову, кого-то привели в отчаянное недовольство, кому-то хочется изменить ситуацию. Но произошло. Все политические силы, участвовавшие в этом процессе, - это отдельный разговор. И на каждый вопрос можно ответ найти. И там есть плюсы и минусы во всем. Это интереснейшая тема, она еще будет исследоваться. Она вообще, на мой взгляд, очень интересна и, кстати, я думаю, очень перспективна для нашей страны.

Так вот, прошел прирост разных мнений, прирост оппозиции - это тоже очевидно. Но в этих условиях тот, кто не участвовал в выборах, политически силы, которые, извините, общество не дало им кредит доверия... Кстати говоря, вот та же власть, которую больше всех ругают, она позволила даже тем партиям, которые не проходили барьер, участвовать в выборах. Расширен был круг.

Смотрите, до какой степени можно расширять круг? Любую группу людей невозможно. Вот пока расширили до этого. Но появляется группа людей, мы ее знаем, так называемая системная оппозиция. Так вот, эта оппозиция и говорит: «Слушайте нас - эти выборы ерунда, это ложь. Слушайте нас. Мы говорим, что это ложь и обман». Но почему я им должен верить? Кстати говоря, если присмотреться к этим людям, ну я думаю, они еще должны заслужить доверие в том, что они говорят.

Макеева: Сегодня было совещание крупное, насколько мы знаем, представителей правоохранительных структур и представителей правительства. Обсуждали как раз вопрос митингов. Вы участвовали в этом совещании?

Васильев: Нет. Я сегодня участвовал в погранкомиссии. Мы обсуждали работу в нашем новом экономическом пространстве.

Казнин: Вы говорите про оппозицию. Вот те партии, которые прошли в Госдуму, с которыми вы работали, будучи депутатом, это, на ваш взгляд, действительно оппозиция? Они работали как оппозиционные силы? И будут ли они работать как оппозиционные силы в Госдуме, или все-таки это единое целое с партией власти, и голосование по принципиальным вопросам не вызывало разногласий?

Васильев: Вы знаете, я уже говорил о том, что у нас сегодня общество во многом состоит из людей частных. И та мечта, о которой еще Екатерина говорила, что гражданина сначала вырастить, она еще у нас не реализован, как я думаю, это мое частное мнение. Но то, что сегодня происходит, я вижу даже по своим коллегам, по своим недавним товарищам, а сегодня политическим оппонентам, насколько люди меняются.

Вы знаете, происходит гражданское становление, особенно людей в политике. Ну, нельзя врать людям в глаза. Потому что ты перестаешь быть публичным политиком, если ты соврешь раз, два. И люди начинают себя вести в соответствии с ожиданиями общества, а это огромнейший потенциал. Вот здесь у меня нет сомнений. Вот есть такой тренд сейчас, что «Единая Россия» она всех подмяла, но если посмотреть, ну, не получается, потому что были и региональные выборы - такая же картина.

Я больше того скажу. Может быть, меня кто-то воспримет как наглеца, но я как депутат считаю, что я мог набрать намного больше, а если был одномандатный округ, у меня даже сомнений нет, но таковы правила - отвечаем за всех. И это вот заставляет стать, и вы сказали как, изменяться. Мы изменяемся. Потому что нельзя быть хорошим одному, надо быть вместе в команде. И если среди нас в команде были люди, которые себя запятнали, мы за них за всех отвечаем перед обществом и общество право. Не получается быть хорошеньким при том, что ты в команде, в которой есть подлецы. Вот не получается. И это очень важно, что это сейчас происходит. И вот этот процесс освобождения от этого вот балласта и компромата внутри самой системы... Почему я говорю, что партия прошла сейчас такую выволочку, причем всенародную… Я бы вообще сейчас присмотрелся к «Единой России». У меня есть такое чувство, что у нее хорошее будущее.

Макеева: Владимир Абдуалиевич, вы не против звонка зрителя, потому что зрители продолжают звонить?

Васильев: Наоборот, мне бы было очень интересно.

Макеева: Алексей, Костромская область. Кстати, не из Москвы, где проходили митинги. Алексей, пожалуйста, ваш вопрос. Алло, мы слушаем вас.

Алексей: Я к Васильеву обращаюсь?

Васильев: Да, я вас слышу, Алексей. Здравствуйте.

Алексей: Здравствуйте. Я хочу сказать, я с Костромской области, Шарьинский район. Я хорошо осведомлен о выборах в Шарье. В Шарье по району набрали более 60% коммунисты. Губернатор Костромы Слюняев, есть такой губернатор, вы его хорошо знаете, он, если я не ошибаюсь, шурин Медведева, он такой разгоняй дал по всей Шарье: откуда, как, чего, почему так коммунисты набрали столько голосов. Там, знаете, комиссию собрал такую. Такую шумиху здесь поднял, а вы сидите, «вы победили», «вы победили». Пока там думаете, никто за «Единую Россию» не голосовал. Я хочу сказать, что я ни в какой партии никогда не состоял, в советское время я даже коммунистов ненавидел, а сейчас я за них голосовал.

Макеева: Алексей, ну да, не вопрос.

Казнин: Видимо, просто мнение.

Макеева: Мнение. Да, спасибо.

Васильев: Если позволите, я бы сказал так. Алексей, если вы победили, то у вас победу никто не отнимет, тем более, победа 60%. Алексей, я думаю, даже наши слушатели скажут, тут уже ничего не изменишь. Значит, вы победили. Мне трудно судить по тому району, я не знаю обстоятельств.

Следующее. То, что вы говорите, административный ресурс применялся. Это вы знаете со слов, потому что я лично не знаю губернатора, мы с ним лично не знакомы, видел его на совещаниях. И вы его лично не знаете. Видимо, вы судите со слов. Но вот вы считаете, например, что все должны были, больше 60% голосовать за КПРФ, а я с вами не согласен. Почему? Потому что КПРФ ничего не предложила такого, за что бы проголосовали. КПРФ - это как альтернатива, я считаю, больше сработала. Потому что то, что предлагает КПРФ, ну я не знаю, в общем-то, сегодня можно, наверное, сказать об этом, их время прошло, это возврат, по сути, в прошлое, которое симпатичное, милое, но невозможно достигнуть, да еще такими средствами, что здравомыслящие люди современные, успешные, я думаю, на второй день уже такого рода реформ в обратную сторону, если кто-то еще не сбежал, то сбегут из страны.

Макеева: Владимир Абдуалиевич еще звонок. Вы не торопитесь?

Васильев: Нет, с удовольствием. Коль пришел к вам сюда.

Макеева: Отлично. Алексей, на этот раз из Москвы. Алексей, мы слушаем вас.

Алексей: Да, да, здравствуйте.

Макеева: Здравствуйте.

Алексей: У меня вопрос к вашему собеседнику, представителю власти по поводу итогов выборов. Он предлагает нам дождаться официального заключения и после этого оспаривать все в суде. Я бы хотел сказать отдельно про суды про наши. То есть, это предложение оно, конечно, не выдерживает никакой критики, потому что только что закончился суд над Навальным.

Вчера судья Боровкова присудила 15 суток, и только что судья Криворучко эти 15 суток утвердил. Притом, что имеются все доказательства того, что он не оказывал сопротивление, есть видеозаписи, фотографии, показания свидетелей. Полицейские дали ложные показания, это все зафиксировано, есть свидетели. Судья Боровкова вчера отказалась посмотреть видеозапись на ноутбуке, который ей принесли, мотивировав тем, что нет технической возможности посмотреть на ноутбуке, который ей принесли.

И сегодня судья Криворучко заявил, что то, что на фотографиях при задержании Навального нет, не изображены те полицейские, которые давали показания, что его задерживали - это не доказывает то, что они его не задерживали. Вот такая формулировка. То есть, при таких судах как можно надеяться на какое-то справедливое решение? Власть сама подталкивает людей к неправомерным каким-то действиям, к незаконным, так скажем.

Казнин: Спасибо за вопрос.

Васильев: Алексей, спасибо за вопрос. Вы знаете, вы хорошо сказали в конце, «в каких судах?». В вышестоящих судах - это первое. Теперь по поводу вашей логики о том, что Навальный ни в чем не виноват. Я слышал и вы слышали его заявления публичные о том, что «он будет грызть горло этим скотам». Это одно из мягких его выражений. И я могу себе представить, что человек, который такую лексику использует, при контакте с полицией мог себя вести, мягко говоря, не совсем адекватно. Но это мой жизненный опыт. Вас жизненный опыт подсказывает вам одно, а мой жизненный опыт подсказывает мне вот это. И когда Навальный, допустим, занимался вот этими откатами в рамках, так сказать, морально нормальных, это вызывало симпатию людей, это вызывало интерес. Когда он стал разыгрывать вот эту карту, значит, радикальную и национальную, очень многие люди о нем подумали по-другому. Плохо, конечно, что из него сейчас делают мученика, но, похоже, он к этому стремится.

Макеева: Владимир Абдуалиевич, давайте так отстраненно немножко обсудим этот звонок. Вот смотрите, один человек думает так, ему говорят, так: «Откуда же вы знаете, вы не знаете губернатора лично. Откуда вы знаете, кто за кого голосовал? КПРФ не предлагала ничего интересно». Другой человек говорит: «Я считаю, что Навальный не виноват, а его судят. Мне это удивительно, потому то судья отказывается на ноутбуке посмотреть». Вы даете свои аргументы. Ведь также получается, что несколько тысяч человек, которые имеют каждый свое мнение по этим вопросам, вот они вышли на Чистые пруды. К каждому же так не подойдешь не скажешь. Получается, что очень большое количество людей, которые не могут получить ответ от вышестоящих ли инстанций, которые не доверяют судебной системе, не доверяют власти в целом. Что вот сейчас делать в такой ситуации, что собирается делать «Единая Россия»? Тут одними митингами барабанщиков явно эту ситуацию не разрешишь.

Васильев: По поводу митинга барабанщиков у меня свое мнение. Значит, работать, работать с людьми. Я рад за ту возможность, которую вы мне сегодня представляете. Я, во всяком случае, насколько могу, искренне говорю о том, что я слышу, отвечаю на эти вопросы. Я также работают с людьми и на улице, останавливаюсь, разговариваю. Встречаюсь сейчас, работаю в том режиме, в котором я должен работать как депутат. И буду это делать.

А вам спасибо за то, что вы даете возможность нашим зрителям сегодня выслушать разные точки зрения. И я просто сейчас, может быть, немножко даже больше, чем следовало, напирал на свою позицию. Почему? - Потому что вижу, что нет баланса. Вот тот баланс, где кричат «долой власть» как таковую, - это меня тревожит очень. Потому что я, к сожалению, слишком много сталкивался с теми ситуациями, когда вот такие простые решения заводили нас в очень сложную ситуацию.

Макеева: Спасибо большое.

Казнин: У меня еще, все-таки коротко. Вы сказали, у вас свое мнение по поводу митинга барабанщиков. Можете его высказать?

Васильев: Но я считаю, что, вы знаете, митинги против митингов, ну, наверное, это возможно какая-то формула. Для меня она необъяснима, потому что я всю жизнь работаю в системе права, в системе правоохранительной. А сегодня в Комитете по безопасности, я считаю, что более эффективна работа в рамках закона, и в рамках силовых структур, в частности. А если говорить о вашем совете, то конечно, надо людям разъяснять, потому что когда две политические силы достаточно широко представлены, приблизительно одного возраста людьми, то я боюсь, что здесь консенсуса мы не получим. Это мое личное мнение.

Макеева: Спасибо большое.

Васильев: Но я и сейчас говорю, это всего лишь мое личное мнение, человека, который еще неизвестно, будет ли депутатом.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.