Депутат от Партии регионов Вадим Колесниченко: люди на улице Грушевского – это обученные боевики, ориентированные на кровопролитие

Здесь и сейчас
20 января 2014
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Павел Лобков
Теги:
Украина

Комментарии

Скрыть

Вадим Колесниченко, депутат Верховной Рады от Партии Регионов, рассказал Павлу Лобкову о том, какое влияние оказали на протестное движение внесенные накануне поправки в законодательство и чем объясняются столь неагрессивные действия «Беркута» и киевской милиции.

Лобков: Как вы считаете, эти драконовские поправки сыграли свою роль в резком обострении ситуации в Киеве?

Колесниченко: Давайте начнем с того, что те, кто себя называют мирными протестующими, называют себя Евромайдан. В слове Евромайдан подразумевается, что они сторонники европейского выбора Украины. Я вам могу официально заявить, что тот проект закона, который мы сделали, он под копирку повторяет базовые принципы европейского и американского законодательства. За одним исключением – он либеральнее в украинском варианте где-то процентов на 70. Это вопрос не в законе – это первое. Второе – мы же четко понимаем, я полагаю, все прекрасно видели, что погромы, которые вчера были, они не имеют ни малейшего отношения ни к закону, ни к европейскому выбору Украины. Это реализация спецслужбами иностранных государств сценария по началу гражданской войны в Украине.

Лобков: Вадим, понимаете, дело, может быть, не в содержании самих законов, а в том, что они были приняты, во-первых, экстренно, во-вторых, на фоне очевидного раскола в Верховной Раде, поскольку у фракции «Регионов» есть большинство, но оно не абсолютно и, в-третьих, это выглядело как абсолютная реакция на Майдан. То есть признать весь Майдан, весь тот лагерь, который находится на Площади Незалежности, нелегальным и подготовится к его разгону. Именно сочетание этих трех факторов, не говоря о содержании законов, и могло послужить спусковым крючком для вчерашней атаки праворадикальных элементов на полицейские цепи.

Колесниченко: Первое – в данном законе, который, слава Богу, стал законом, нет ни одной буквы, которая касалась бы европомойки, которая стоит в центре города-героя Киев. Часть этой европомойки, уже есть, по-моему, 5 или 6 решений судов о еенезаконности. Поэтому к данному объекту этот закон не имел ни малейшего отношения. Вопрос очень простой: с какой целью было принято решение штурмовать цепи работников внутренних сил, захватывать здание Верховного Совета, которое две недели не должно работать. Кого они хотели утром там увидеть – уборщиц? Поэтому я еще раз напоминаю вам, в субботу я проводил пресс-конференцию в Севастополе и дал официальную информацию, что только в декабре из Украины было выслано триста иностранных экспертов по организации гражданской войны. На сегодняшний день в наших зданиях, которые захвачены в Киеве, находится в общей сложности до полутора тысяч боевиков, которые обслуживаются психологами и экспертами по организации гражданской войны, часть из них, кстати, из России.

Лобков: А откуда боевики?

Колесниченко: Это боевики, которые долгое время готовились, это люди, которые мотивированы сегодня на кровопролитие.

Лобков: Очень многие политологи раньше даже и не слышали самого предложения «Правое крыло» или «Правый сектор», как будто бы он появился внезапно, буквально за 3 или 4 дня, может, за неделю до кровавых событий минувшей ночью.

Колесниченко: Название не имеет значения. Назовите хоть Карлсоном. Вопрос же не в названии, вопрос в сути. Как вы себе представляете, на протяжении месяца людей с утра до вечера учат организации гражданской войны в условиях городской черты, психологи, официально могу вам сказать, которые сегодня под видом журналистов приехали к нами – больше ста человек, обучают психологической устойчивости и пониманию того, что им море по колено. Что, вы считаете, эти люди должны делать? Мы их не видели, лозунгов и призывов не было, кроме «Бей, убивай, жги!».

Лобков: В чем причина того, что преобладающие, гораздо более вооруженные силы «Беркута», ну как обычно – выставили вперед себя сотрудников внутренних войск, а что касается их собственных действий, то об этом красноречиво говорит Twitter очевидцев, что бойцы «Беркута» раздели двух строителей, выкинули к баррикадам, молодых мужчин раздели, побили и облили водой. И эти кадры мы показывали. Вот такая была асимметричная реакция. Почему «Беркут» не пошел на то, чтобы тотально выдавить, если уж такой закон есть, вот эту горстку протестующих – 300-400 человек с площади? Откуда такая нерешительность?

Колесниченко: Вы как раз говорите то, что было сделано осознано. Мы вынуждены были, понимая, что страдают наши сотрудники органов внутренних дел, доказать заказчикам спецсценария, что власть не провоцирует конфликт, что это погромщики пытаются организовать гражданскую войну. Мы видели, что у нас 30 ноября была ситуация аналогичная. И тогда, по сути, «Беркут» действовал где-то в рамках, наверное, своих полномочий. Как это было все извращено. Поэтому на сегодняшний день никто не давал команду, был четкий, однозначный приказ – стоять, не применять. Должен был народ увидеть цели, смыслы и задачи. Я доволен, что велись трансляции, я доволен, что велась оперативная сьемка, я доволен, что мы теперь понимаем, что мы стоим на пороге гражданской войны. И эта гражданская война управляется не мирными митингующими, пушечное мясо в виде евроактивистов или в виде так называемых евромечтателей, оно используется в качестве силы. Но самого главного не произошло – не появилось жертв, им нужны трупы. И вы правильно говорите: почему не применили силу, хотя должна была быть? И в Америке, и в Европе, и у вас, полагаю, сила давно уже была бы применена.

Лобков: Вадим, вот те сотрудники внутренних войск, которые в ходе этих столкновений лишились своих щитов, активисты забирали у них каски и противогазы, возможно, это свидетельство того, о чем говорил вчера с трибуны Виталий Кличко, призывая милицию переходить на сторону народа, или это показатель слабости подготовленности внутренних войск?

Колесниченко: Украина – не полицейское государство, и внутренние войска призваны не воевать, а обеспечивать порядок.

Лобков: Скажите, а вот уже по результатам видеосъемки, по результатам, возможно, агентурного наблюдения, есть какие-то конкретные подозреваемые, зачинщики?

Колесниченко: Конечно, есть. Уже возбуждено судебное производство, уже выявлено около 10 человек, уже есть задержанные.

Лобков: Чего вы ожидаете сегодня? Вот сегодня люди ходят, подбирают эти булыжники уже как сувениры этой памятной ночи, стоят сожженные автобусы. Основной костяк митингующих, я имею в виду наиболее пассионарной части, разошлись по Киеву. Ожидаете ли вы, что сегодня будет продолжаться то, что началось вчера?

Колесниченко: Да, можно ожидать где-то до четверга включительно, когда так называемый День соборности Украины будет отмечаться. Если вы меня не услышали, я еще раз повторю – в центре Киева находятся до 1700 хорошо мотивированных, хорошо подготовленных боевиков, которые должны организовать гражданскую войну, среди них более 700 экспертов по организации партизанской войны в условиях города. Но мы же славяне и знаем, что если в первом акте спектакля появилось ружье, оно обязательно должно выстрелить. Деньги потрачены и просто так этого никто не даст.

Лобков: Но президент Янукович идет на переговоры. Вы так обозначили резко конфронтационно эту ситуацию, что, казалось бы, о чем могут быть переговоры с Кличко и Яценюком. Знаете ли вы, пройдут ли они вместе, будут ли лидеры оппозиции все вместе или это будет по отдельности переговоры? В чем может быть предмет переговоров, если вы говорите, что эти боевики не подчиняются лидерам оппозиции?

Колесниченко: Я полагаю, что вы это и так видите, что они не подчиняются, во-первых. Во-вторых, президент и власть уже на протяжении полутора месяцев предлагает вести переговорный процесс, а переговоров нет, потому что не с кем вести переговоры. Даже заявление  16 числа, после голосования в парламенте от трех лидеров оппозиции прозвучало через полтора часа после событий, когда текст был согласован европарламентариями и американцами. Поэтому самостоятельность нашей оппозиции ходульная. Переговоры могут вестись в части законных требований. Если вы обратили внимание, власть пошла на уступки и освободила от ответственности бандитов, которые избивали милицию, захватывали учреждения в ноябре и в декабре. Сегодня нам предлагают опять тот же вариант - опять объявлять амнистию? По принципу агрессивное меньшинство управляет большинством, вы этого хотите сценария?

Лобков: Как представителя Партии регионов хочу вас спросить. Существует информация о том, что явно не без благословения властей заблокированы воинские части в Западной Украине, откуда должны были выйти войска «Беркута» и внутренние войска для подкрепления. Не считаете ли вы это неким прологом распада Украины и разделения ее по областям уже санкционированным местными властями?

Колесниченко: Вы знаете, местные власти – это давно обанкротившиеся представители фашисткой партии «Свобода». Для их реализации планов, конечно же, нужен гражданский конфликт. Вопрос распада Украины – это, конечно, животрепещущий вопрос, который нам постоянно насаждают. Вернемся к началу нашего разговора, это вариант югославский, который усиленно насаждают, но не могут согласиться с тем, что Украина еще слишком большая, и на две трети Украина все же – прославянского направления. И задача – понудить Украину выступить в качестве врага для стран славянской ориентации. Здесь вопрос глобального переустройства мира. А Украина, к сожалению, всего лишь пешка в игре больших игроков. 

Фото: AP

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.