Депутат и экс-губернатор Зубов: власть в России слабеет и боится свободных выборов

Здесь и сейчас
2 апреля 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть
И года не прошло, как в России вернули выборы губернаторов, так Владимир Путин подписал указ, который позволяет эти выборы снова отменить. Официально это называется «расширение полномочий регионов».

Мол, власти на местах могут самостоятельно решать, нужны им губернаторские выборы, или нет.

Причиной такого шага тот же Путин назвал желание национальных республик. Якобы, в случае непосредственного голосования жителей, представители более многочисленных народов могут получить преимущество над малочисленными. А на Кавказе и вовсе из-за выборов неизбежны конфликты кланов.

Прямые губернаторские выборы были отменены в России в 2004 году, по инициативе президента Владимира Путина – сразу после теракта в Беслане. Тогда этот шаг тоже объяснили заботой о безопасности. В прошлом году Дмитрий Медведев, когда еще находился на посту президента, предложил выборы вернуть. Но наспех написанный закон вместе с возвращением выборов вводил и так называемые «муниципальные фильтры» – это когда все кандидаты должны для выдвижения собирать подписи муниципальных депутатов.

Пока закон не вступил в силу, всех слабых губернаторов оперативно заменили, а тех, у кого истекали полномочия, переназначили. Так что осенью прошли выборы только в пяти регионах. Везде победили кандидаты от власти.

Станут ли те выборы последними, спросили у нашего гостя – Валерия Зубова, экс-губернатора Красноярского края, депутата Госдумы от «Справедливой России».

Казнин: Как вы расцениваете эту двоякую ситуацию: пойдут регионы на выборы или в большинстве своем будут за назначение?

Зубов: Большинство регионов, думаю, не применят этот закон, этот закон – не указ. Они не пойдут на принятие этих законов. По простой причине – это будет явная демонстрация слабости региональных лидеров, поэтому они попробуют все-таки искусить судьбу и пойти на реальные выборы.

Арно: Если представить карту России, где мы видим 100% отказников, а где видим свободолюбивые регионы?

Зубов: Трудно сказать. У нас есть регионы и на Кавказе с сильными лидерами, и со сложной ситуации, и в Сибири, и в Поволжье. На Северо-Западном демонстрирует, пожалуйста: председатель Совета Федерации сегодняшний – это вам факт слабого регионального лидера.

Казнин: Вы так говорите: «побоятся показать слабость». Перед кем?

Зубов: Неудобно будет депутатам голосовать за принятие такого закона. По существу, закон ничего особого не меняет. Это точно такая же усложненная процедура назначения. Потому что закон предполагает, прежде, чем депутаты проголосуют, сначала президент должен представить трех кандидатов. Это уже президентское представление. А до того, как президент представит трех кандидатов, все парламентские партии, плюс все партии, представленные в данном регионе, имеют право представить не менее трех кандидатур. То есть выбирает-то президент. Плюс еще парламентские партии должны по какой-то процедуре согласовать эти кандидатуры с теми, которые не парламентские, а их десятки. Реально это все-таки будет кандидатура президента, и это будет реальное назначение, и все будет согласовано до того, как депутаты будут поднимать руку. И депутаты это понимают, и в очередной раз многие подумают, стоит ли им терять лицо в этой игре.

Казнин: То есть выборы все-таки будут?

Зубов: Будет та самая имитация выборов, которая проходила в последнее время.

Казнин: А зачем тогда?

Зубов: У меня есть только одно объяснение этому – власть слабеет на глазах. И это такие действия копеечные создают иллюзию чего-то нового и уводят нас от решения серьезных проблем. Вот выборы в Жуковском. Что они показали? Что партия власти не может открыто выдвинуть своего кандидата. Она понимает, что если бы он выдвигался от «Единой России», хотя все знают, что он представляет «Единую Россию»… Иначе как? Парламентские партии, «Справедливая Россия», коммунисты, выставляют своих кандидатов, а партия большинства не выставляет своего «как бы» кандидата. Все знают, что от «Единой России», но если от «Единой России», то этот бренд уже давит, отнимает голоса, ставит под риск. Поэтому «как бы» независимый. Все наше законодательное поле теперь «как бы». И эта игра немножко затянулась. Вы меня сразу увели, и я сразу вместе с вами ушел, на частности, но все-таки по существу. У меня вопрос в связи с принятием закона, за который, естественно, мы не голосовали: где мой председатель Конституционного суда, товарищ Зорькин? Где наш Конституционный суд? Где определение, что из Конституции в очередной раз демонстративно вырывается понятие «разделения властей». Представляет представитель исполнительной власти, избирает исполнитель у власти, кто главное действующее лицо? Губернатор, президент, исполнительная власть. Но избирают законодатели. Разделения властей нет. Нет федерализма: представляет руководитель федерального центра, президент, регионам избрать кого-то. И нет народовластия – третий столп нашей Конституции. Потому что народ-то отстранен будет в этой ситуации вообще от выборов. Но депутат соглашается, что на выборы пойдет кандидатом в губернаторы или президенты… Сколько голосов набрал этот местный депутат? Несколько десятков, сотен? И он имеет право вето, получается? Это наши фильтры… Извините, вы депутаты, сколько за вами стоит региональных голосов в парламентах? Ну, десятки тысяч максимум, даже не сотни тысяч. А регионы у нас миллионные. Поэтому здесь в очередной раз демонстрируется выхолащивание Конституции, произвольная трактовка, и что важно -  размывается  единое законодательное поле. Здесь по одному закону выбирать губернатора, а здесь – заксобрание выбирать. Так мы стремимся к единству страны или создаем импульсы для ее растекания? Это важный закон, на самом деле. Он вряд ли будет работать, но дает вполне точные сигналы.

Арно: Прямые единые выборы вернули в 2012 году, и это было…

Зубов: Нет, не вернули.

Арно: Как?

Зубов: Это был проект закона, но пока проект закона двигался, в него уже добавили фильтры.

Казнин:  Когда случились массовые митинги, это подавалось, как уступка протестному электорату: мол, смотрите, мы легко даем возможность перерегистрировать партии, а вот возвращаем еще и выборы. Другое дело, как потом это все случилось на самом деле. Если влезть в шкуру тех, кто принимает решения, и попытаться понять эту логику, может быть, это опять назовут переходным периодом?

Зубов: Ну, сколько может быть переходный период? То у нас по одномандатным округам выбирают, следующие выборы – одномандатные отменяют. Теперь снова возвращаются к идее вернуть одномандатные округа. То у нас  заявка на то, что мы  возвращаемся к выборам губернаторов, то мы добавляем фильтры, то мы теперь отдельный закон, который… послушайте. Ни слово стабильность не применимо к этой ситуации, ни слово устойчивость. Но самое главное, что за всем этим мы не занимаемся действительно серьезными проблемами страны. Мы не занимаемся бюджетом по-настоящему,  межбюджетными отношениями, пенсионной реформой. Неверная установка дана по тому, что делать с тарифом на коммунальные услуги и так далее. Мы обсуждаем, принимаем абсолютно не имеющие значения для фундаментального развития страны, мы не занимаемся проблемами страны. Это плохо.

Казнин: А есть шанс, что во главе регионов встанут люди, которые смогут в этих регионах что-то менять? Даже  в результате этого закона.

Зубов: Так случилось, что я участник первых выборов в стране, точнее, первые выборы были в Санкт-Петербурге и Москве по отдельным указам, а по закону я попал в первую восьмерку, которая избиралась в стране в 1993 году. С этого момента сформировался целый ряд губернаторов  в результате выборов. Да, оказались некоторые слабые, некоторые не выдержали и их сменили потом – это было, но в целом такие фамилии, как Россель, Ножиков, Лужков, Собчак – это уже теперь исторические фамилии. Я могу продолжать. И это все  в результате выборов. Без настоящих соревнований, если только во дворе играете в футбол, вы никогда не станете чемпионами мира, не сможете претендовать. Без настоящих выборов страна никогда не будет иметь достаточное количество сильных региональных выборов, в которых она нуждается.

Казнин: По поводу переходного периода. Может, ждут, когда решится ситуация с «Единой Россией», которая сейчас  в подвешенном состоянии? Есть еще и Народный фронт, на который, судя по всему, делается ставка в ближайшее будущее?

Зубов: Я думаю, что это медвежья услуга как раз «Единой России». Если бы не культивировалось в общественном пространстве, не поддерживалось самими членами «Единой России», когда они все «одобрямс», то, глядишь, выяснилось, что потенциал есть. Там много грамотных  , умных, честных, сильных людей, но они как-то в массе тех, кто на все согласны, все штампуют, утонули, и сами своими руками и опустили рейтинг своей партии. Теперь нужны какие-то подпорки.

Казнин: Есть и сейчас главы регионов, типа Никиты Белых или тех немногих….

Зубов: Да, белые вороны всегда есть.

Казнин: Вы считаете, это исключение из правила?

Зубов: Да, конечно, это исключение…

Казнин: Не будет попытки постепенно этих людей, молодых, не из «Единой России»…

Зубов: Думаю, что не будет. Будут отдельные подачки, вкрапления, чтобы сказать, что «есть Никита Белых». Поэтому это будет точечно, а в целом, конечно, ничего не будет. В целом – установка на централизацию. Вертикаль будет сохраняться, потому что иначе надо будет заниматься по серьезному экономикой. А это в сегодняшней ситуации, как в 1991 году: уже страшновато по серьезному решать проблемы. Реформы всегда болезненны, а экономика требует серьезных реформ. Поэтому надо, чтобы хотя бы на политическом поле, пусть болото, но тишина.

Казнин: Отдали ЛДПР Смоленску область,  у справедливороссов Иркутск. Это что такое?

Зубов: Да, ну, чтобы показать, что, во-первых, дали, плюрализм. Во-вторых, дали такие территории, с которых очень тяжело сделать что-то серьезное. Это все-таки очень депрессивные регионы: и Забайкальский край, Смоленская область. Если бы кому-то дали Нижний Новгород, тогда бы мы посмотрели. Если бы появился в Кемерово другой губернатор, мы бы посмотрели, и в Новосибирске.

Казнин: Кстати, за Тулеева голосует население, по крайней мере, в той прошлой жизни, когда выборы были, за него голосовали.

Зубов: Я не конкретно – вот, Тулеев. У меня добрые с ним отношения, он популярный человек в своем регионе, но я к примеру говорю. Потому что Кемеровская область – одна из ведущих областей. Или, например, Самарская область. Я говорю о том, что действующая власть не допустит ситуации, при которой на крупный, серьезный, определяющий развитие страны регион попадет человек не из новой номенклатуры.

Арно: Наши зрители в восторге от нашего сегодняшнего гостя, если бы выборы проходили сейчас здесь, на сайте телеканала, вы бы победили. Я читаю отзывы.

Зубов: Спасибо большое. Я сейчас приду, узнаю мнение жены и сына. Для меня это самое важное.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.