Давид Якобашвили решит проблемы с торфяными пожарами

Здесь и сейчас
28 апреля 2011
Поддержать программу
Поделиться
Ведущие:
Михаил Зыгарь

Комментарии

Скрыть

Не напрасно "Гринпис России" волновался по поводу пожароопасной обстановке в лесах, по крайней мере перспективой снова оказаться в задымленном городе, заинтересовались в Кремле.

Президент Дмитрий Медведев свой интерес выразил угрозой, пообещав, что "если не справитесь, все поедете торфяники тушить — и правительство Московской области и правительство России". Считайте, что это важнейшее поручение перед этим летом".

Сегодня первый вице-премьер Виктор Зубков, докладывал президенту о том, как идет обводнение торфяников. Еще в прошлом году, когда дымовая завеса висела над Москвой, специалисты предупреждали: обводнение — не дело нескольких месяцев, этот процесс займет годы. В итоге, чего и следовало ожидать, пока обработано всего около 9% московский торфяников, которые были осушены еще в советские времена.

Состояние торфяников обсуждаем с создателем компании "Вимм-Билль-Данн" Давидом Якобашвили, который планирует создать холдинг по производству альтернативного топлива из торфа.

Якобашвили: Мы уже этим занимаемся, а сегодня мы провели очень хорошую конференцию в Твери, я сегодня специально летал в Тверь, там вместо 170 человек зарегистрировалось 320. И такого же плана конференция была и в Санкт-Петербурге, где присутствовало также порядка 220 человек. Разговор шел о самовозобновляемом топливе. Энтузиазм огромнейший. И хочу сказать по поводу всего этого – у нас проблема не в болотах, в Советском союзе добывался торф и болота высушивались. И весь тот торф, который был высушен в свое время, он и горит. И никакой водой его не потушить. Можно решить вопрос временно.

Зыгарь: А что же делать?

Якобашвили: Что мы делаем. Мы берем, и все губернаторы готовы на это, они нам дают бесплатно месторождения, они нам дают котельные. Мы берем этот фрезерный торф, добываем его, брикетируем – делаем из него более плотный материал, потому что он содержит в себе 50% воды, и это уже хорошее топливо, которое легко экономически и по всем теплопараметрам может соревноваться и с мазутом и с углем и также с газом.

Писпанен: Это топливо дешевле, чем газ, например.

Якобашвили: Оно дешевле, чем мазут, и намного дешевле, чем уголь сегодня. Потому что резкий рост тарифов на газ настолько быстр, что через год, если сохраниться такая же тенденция, цена на торф станет лучше. И мы экономическую выгоду получим по сравнению с газом.

Писпанен: Но вложиться же тоже нужно, котельные же нужно переоборудовать?

Якобашвили: Да. Мы ставим туда новые котлы, оборудование, мы закупаем из-за границы. У нас уже Владимирская область – в полный рост идет работа. В Тверской области начинается, в Псковской мы поставили котлы. Мы работаем сейчас со Свердловскими ребятами, мы работаем в Карелии также – во всех направлениях идет работа. И я не один, потому что много энтузиастов, много людей, которые хотят это сделать.

Писпанен: То есть, я так понимаю, Давид, Что если сейчас вложиться в эту область и переоборудовать котельные, которые, как вы говорите, вам просто отдают, хотя, они в системе ЖКХ, наверное, и принадлежат городу…

Якобашвили: Ну, а что они с ними делать будут?

Писпанен: Это значит, что нам-то всем будет только хорошо от этого? Снизятся тарифы ЖКХ.

Якобашвили: Абсолютно. Это и есть решение вопросов, но не только тарифов, а в первую очередь, это решение проблемы пожаров.

Зыгарь: Но с другой стороны, если посмотреть, получается, что торфяники будут гореть до тех пор, пока их все не добыть?

Якобашвили: У каждого торфяника должен быть свой хозяин. Если мне выгородят определенную территорию торфяника, я уже о ней буду заботиться: и там у меня будет и рында, у меня там и лопата будет, и песок и, если нужно, я пожаротушительную машину поставлю вовремя. И если он загорается, так я его вовремя потушу, потому что это под моим надзором.

Писпанен: Но сейчас-то они тоже чьи-то?

Якобашвили: Они ничьи-то, необязательно. Там есть чьи-то, но ничьи-то… Когда Шатуру закрыли и перевели ее на уголь и газ, торф этот бросили. Конечно, это огромнейшее Шатурское месторождение чье-то, но, а кто о нем будет заботиться? Денег это не приносит, торф этот никто не покупает – на какие деньги он будет содержать все это?

Зыгарь: То есть получается, нужна новая национальная система, например некий Торфпром, который бы этим занимался.

Якобашвили: Даже не Торфпром. Это должны быть отдельные предприятия, отдельные энтузиасты, бизнесмены, инвесторы, которые…

Писпанен: То есть это не будет такая газовая монополия?

Якобашвили: Нет-нет. Это отдельные люди, потому что это невозможно. Россия сегодня – самый крупнейший вообще обладатель запасов торфа.

Писпанен: Второй в мире, после Канады.

Якобашвили: Нет, крупнейший в мире: 320 млрд. тонн у нас объем. И когда пополняемых только запасов – 85 млн. тонн ежегодно. А мы никогда в жизни, даже в советское время таких объемов не потребляли.

Писпанен: Я не понимаю одной простой вещи: это торфяники – это же земля, которая не может быть ничейной, у нас уже вся земля чья-то. И те же самые месторождения торфяников…

Зыгарь: Нет, ну одно дело земля, а другое – недра.

Писпанен: Вы их все покупаете?

Якобашвили: Что-то мы покупаем. За что-то мы платим, потому что люди уже вошли туда. Одно вы возьмете болото, которое надо расчищать, они готовы вам его бесплатно дать, но есть еще расчищенное и вы сможете добывать там уже завтра. Вы загоняете туда трактора и собираете этот торф, можете его складировать и везти потом на свой завод и там его брикетировать – это одна вещь; уже люди что-то потратили. Но это небольшие деньги, вы им платите за это, ставите оборудование, которое переводит это в другое состояние, и работаете над котельными, которые будут поставлять горячую воду, пар, а в некоторых случаях – электроэнергию. То есть, во-первых – вы, те области, которые зависимы от электроэнергии, импортируют ее, вы можете сделать абсолютно независимыми и вы можете эти маленькие городки полностью обеспечить электроэнергией. И вы решите экологическую проблему.

Писпанен: Тогда последний вопрос – скажите, пожалуйста, я не очень хорошо понимаю, почему же тогда отказались от такой торфяной истории. В 80-х же было очень развито?

Якобашвили: Потому что нас развратил дешевый газ. В Советском союзе газ не стоил ничего, он был дешев, и развратили всех; бросили, решили, что намного легче из газа получать электроэнергию, когда торфяники мы делали просто из фрезерного торфа. То есть берется торф, где до 60% воды. Как его высушивать? Только единственное – под солнцем. И возить это на дальние дистанции просто невозможно. У нас должно оборудование стоять в 2 км. И из-за этого это стало невыгодным.

Зыгарь: А теперь самый-самый последний вопрос, касающийся не очень интересной темы торфяников, которые, в общем, опять волнуют, как и прошлым летом, всех наших телезрителей, а теперь мы коснемся темы, которая здесь и сейчас волнует нас – это тема телеканала «Дождь» и его дня рождения. За последний год у нас произошло очень важное событие – мы запустились, в вашей жизни тоже важное событие – вы перестали быть владельцем «Вимм-Билль-Данна» и начали много новых проектов. Вот, подводя итоги вашей и нашей жизни, что можете сказать?

Якобашвили: Хочу сказать, что я рад, что столько молодых красивых людей собрались вместе, и идут вперед, и делают прекрасное дело. Вы оставляете информацию людям. По этой информации я могу предсказать, допустим, я посмотрю вашу программу, и могу предсказать, что мне купить завтра, или что мне сделать завтра, чтобы я заработал денег. Во всяком случае, это очень важно, для любого бизнеса – это очень важно. А для меня что произошло – мне интересно заниматься этими проектами. Вот когда смертность только в Москве увеличилась на 50-60 тысяч человек этим летом – это вдвое увеличилась смертность за 2 месяца, я подумал: «Нежели ничего нельзя сделать?».

Писпанен: То есть, вы решили заняться торфяниками - это такая социальная ответственность?

Якобашвили: А что еще больше?

Писпанен: Ну, вы как бизнесмен, все-таки должны еще и просчитывать?

Якобашвили: Я прекрасно просчитываю, но я думаю, что, если я займусь финансовыми операциями, чем я и занимаюсь – это намного доходнее. И не связываешься ни с чем, и не с человеческим ресурсом и так далее. Так что в данной ситуации мне интересно это сделать. И я это буду делать

Писпанен: Спасибо больше, что избавите нас от дымовой завесы в Москве.

Якобашвили: Частично, не полностью, но частично - точно.

Зыгарь: По крайней мере, начнете. У нас в гостях был Давид Якобашвили – гроза торфяников. 

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.