Colta.ru возобновляет работу, издание стало партнером Slon.ru

Здесь и сейчас
14 января 2013
Поддержать программу
Поделиться

Комментарии

Скрыть

Об этом сотрудничестве в программе ЧАЙ СО СЛОНОМ рассказали главный редактор Slon.ru Андрей Горянов и заместитель главного редактора Colta.ru Михаил Ратгауз.

Макеева: Неслучайно вы пришли сегодня вдвоём, сейчас Андрей и Михаил нам объяснят, почему это так.

Горянов: Рады сообщить нашим читателям, а также нашим зрителям о том, что сайт Colta.ru стал нашим партнёром. Партнёрство это будет подразумевать, что теперь читатели Slon.ru могут обращать внимание и прямо читать с сайта лучшие материалы сайта Colta.ru, а читатели культа могут читать какие-то материалы Slona. Для нас это большая радость, потому что нам всегда казалось, что культура - это то, через что очень хорошо можно понимать современную действительность, но это не являлось нашей компетенцией. Когда мы договорились, мы дико обрадовались, потому что мы получили некую команду мечты, которая будет теперь в партнёрстве с нами.

Макеева: Сейчас самое время, чтоб Михаил нам немного рассказал, что собой представляет издание Colta.ru.

Ратгауз: Наше издание является прямым наследником сайта OpenSpace.ru в его прежней инкарнации, потому что оно состоит из редакции OpenSpace.ru, каким он был в течение 4 лет. Наш сайт существует с июля, мы прерывались на 2 месяца, 19 ноября мы прекращали работу, и сегодня через пару часов мы снова будем в эфире. Я надеюсь, часть аудитории «Дождя» знает нас, потому что мы считаем, что это совпадающая аудитория. Те, кто не знает, это, прежде всего, сайт про культуру,  а также про общество и про дух времени.

Макеева: Какой-нибудь пример, вот у нас такие события волнующие, как Colta на это отзовётся с точки зрения культуры?

Ратгауз: Colta будет отзываться, как и отзывалась.

Макеева: Я вас подвожу к тому, чтобы вы рассказали на примере какого-то материала, чтобы лучше понять дух издания.

Ратгауз: У нас есть 8 разделов по всем искусствам, плюс медиа и общество. Каждый из этих разделов в меру сил и возможностей, которых у нас, как мы считаем, много, занимается кино, театром, современной музыкой, академической музыкой, обществом, медиа, по-моему, я ничего не забыл.

Макеева: Но ведь таких изданий довольно много, которые могут именно так о себе сказать.

Ратгауз: Вообще нет.

Горянов: Это удивительно, но это не так. Изданий, которые делают умные, длинные тексты, по-настоящему стараясь осмыслить культурное пространство, их немного. Я подтверждаю.

Ратгауз: На самом деле, мы одни такие, это так, у нас нет конкурентов, в этом наше эволюционное преимущество, поэтому мы всплываем снова и снова, мне так кажется. Действительно, сайтов, которые занимались бы экспертным анализом культуры в том смысле, в котором мы занимаемся, в Рунете просто нет.

Макеева: Хорошо, я не буду приводить примеры, которые, тем не менее, приходят мне на ум, кто ещё мог заниматься глобальным анализом культуры. Что касается длинных, умных текстов о культуре и о чём бы то ни было, в общем, длинных текстов, сейчас время длинных текстов?

Ратгауз: Как ни странно, да.

Горянов: Я бы ответил словами Дэвида Ремника, главреда в журнала The New Yorker, с которым мы вели на эту тему…

Макеева: Большой любитель России.

Горянов: Корреспондент по России, получивший Пулитцеровскую премию за книгу о России. Как-то я задавал ему аналогичный вопрос, он сказал: «Вы будете удивлены, что на сайте The New Yorker самые читаемые тексты - это длинные тексты».

Макеева: А как он это объясняет? Это в наше время разговор был?

Горянов: Это было полгода назад. Просто, видимо, есть два параллельных процесса: один основан на компрессии информации, на очень быстром медиа употреблении - у  меня есть 10 минут, я сижу в офисе и мне надо быстро прочитать, никуда не уходит страсть человека читать что-то серьёзное и длинное; у меня есть час, и я хочу прочитать то, что меня действительно трогает, то, из чего я смогу понять что-то новое. Они идут параллельно, и никуда не уходят.

Макеева: Как вы считаете, Михаил, это определённая социальная группа или, может быть, возрастная группа людей, способных читать длинные тексты? Потому что много же говорится о поколении, которое не воспринимает текст, длиннее определённого формата.

Ратгауз: Мне кажется, что в обществе есть очень широкий, глубокий, распространённый запрос на разные смыслы, который появился на рубеже нулевых и десятых годов. Это запрос распространяется не только на людей, которые читали советские книжки в советском детстве, но и людей после девяностого года рождения. В принципе наша аудитория достаточно молодая. Я полностью согласен с Дэвидом Ремником, потому что ещё по нашему опыту ещё на OpenSpace, у нас главные хиты - это текстовые. Например, у нас была знаменитая колонка Лошака, которая называлась «Закоротило», которую прочло 700 000 человек, это был длинный текст. Поэтому тут никакого противоречия я не вижу.

Горянов: Мне ещё очень симпатичны авторы, которые сотрудничают с изданием, например, есть театральный критик Марина Давыдова, которая действительно пишет долгие и размышлятельные тексты, необязательно только о театре, но и через театр об обществе в целом. Это действительно очень увлекательно. Иногда почитать какого-то Леонида Фёдорова солиста группы «Аукцыон» и узнать что-то новое об обществе, о протестном движении, о том, что происходит в мире, может быть даже полезнее, чем прочитать 5 колонок политологов. Если у вас есть навык чтения политологов, вы представляете, что они скажут в зависимости от того, с какой стороны они лагеря, и какого типа они, а вот почитать человека со стороны, другое мнение - это иногда дорого стоит.

Уже подписчик?
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.
Дождь в вашей почте
Нажав кнопку подписаться, я соглашаюсь получать электронные письма от телеканала Дождь и соглашаюсь с тем, что письма могут содержать информацию рекламного характера.